×

Оспаривание экспроприации имущества: российская и международная практика

Как доказать нарушение права на уважение собственности
Охотин Сергей
Охотин Сергей
Директор Центра практических консультаций, юрист

Вмешательство государства в право на уважение частной собственности приобрело в последние годы в России широкое распространение. Как показывает практика, желание властей различных уровней, а также госпредприятий экспроприировать либо использовать в своих целях имущество граждан и юридических лиц не пресекается судами, которые практически всегда встают на сторону властей.

Так, 24 марта ЕСПЧ присудил заявителям из Чечни компенсацию имущественного ущерба на сумму свыше 97 тыс. евро и морального вреда на 6,5 тыс. евро за нарушение процедуры экспроприации дома и земельного участка, признав нарушенным право на уважение собственности.

Подобных дел на рассмотрении Европейского Суда много. В качестве примера приведу случай из практики. Осенью 2018 г. гражданин обратился к нам в Центр за помощью в защите права собственности на принадлежащий его семье земельный участок в центре г. Гудермеса Чеченской Республики, выделенный районной администрацией под индивидуальное жилищное строительство. По его словам, данный участок был захвачен влиятельной чеченской семьей. Мужчина пояснил, что, как только начал строительство, на территории появились вооруженные люди в камуфляжной форме, угрожавшие расправой, если он «не уберется с участка».

В июне 2015 г. заявитель обратился в Гудермесский районный суд Чеченской Республики с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения и взыскании убытков. Больше года правосудие было недоступным для заявителя – суд возвращал исковые заявления и лишь в ноябре 2016 г. принял к рассмотрению. Ответчики, в свою очередь, подали встречный иск о признании распоряжения администрации и договора о предоставлении участка недействительными, а также об аннулировании сведений о регистрации права. Кроме того, они заявили о пропуске истцом сроков исковой давности (заявитель действительно долгое время не решался обратиться за судебной защитой своих прав). В марте 2017 г. суд вынес решение об удовлетворении требований истца в полном объеме. В удовлетворении встречного иска было отказано.

Судебное решение первой инстанции, хотя формально и вынесено в пользу заявителя, но было сформулировано заведомо дефектным образом, что в дальнейшем должно было повлечь его отмену. Действительно, апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда ЧР решение суда первой инстанции было отменено и принято новое – об отказе в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском срока исковой давности. В октябре того же года судебной коллегией ВС ЧР было принято дополнительное решение об удовлетворении встречных исковых требований ответчика.

Нарушение права на уважение имущества заявителя выразилось в двух аспектах. Первый – вмешательство per nefas частных лиц, но действующих sud potestate и под покровительством высокопоставленного лица правительства республики. Второй – пересмотр апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам ВС ЧР решения суда первой инстанции, повлекший лишение заявителя принадлежащего ему на праве собственности недвижимого имущества без соблюдения судебных гарантий и правил.

ВС ЧР не принял во внимание аргумент заявителя о том, что сроки обжалования актов муниципальных органов давно истекли и ходатайство об их восстановлении ответчиками по делу не заявлялось. Помимо этого решение о признании недействительным распоряжения районной администрации было вынесено в отсутствие ее представителей, без заслушивания их позиции.

В данном деле заявитель, на наш взгляд, изначально избрал неверный способ защиты права, обратившись с виндикационным иском, что позволяло суду применить срок исковой давности. Далее ситуация развивалась следующим образом: суд первой инстанции своим заведомо дефектным решением подготовил почву для отмены решения апелляцией, после чего ВС ЧР лишил истца права, за защитой которого он обратился в суд. Кассационное обжалование результата не принесло.

В наш Центр заявитель обратился после отказа судьи Верховного Суда РФ в передаче жалобы на кассационное рассмотрение.

Изучив данное дело, цивилисты пришли к выводу, что возможности для обращения с негаторным иском упущены (это нужно было делать изначально) – в части отказа в применении судом первой инстанции сроков исковой давности в деле заявителя ВС ЧР прав. Вместе с тем дополнительное апелляционное определение судебной коллегии ВС ЧР о признании недействительным распоряжения администрации и аннулировании записи в ЕГРН незаконно и необоснованно.

Указанные обстоятельства позволили нам найти защиту в положениях Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее – Конвенция), хотя пришлось немало потрудиться, подбирая практику ЕСПЧ к данному делу и находя основания для подачи жалобы, проводя разграничения между рядом ошибочных и несвоевременных действий заявителя и зоной ответственности государства, не обеспечившего защиту имущественных прав гражданина.

Кроме того, вновь обратила на себя внимание тенденция судебной практики по делам, в которых усматриваются признаки использования административного ресурса, – вынесения судом первой инстанции решений «под отмену» в пользу «слабой стороны» с последующим пересмотром их апелляцией, но без возможности обжалования по фактическим обстоятельствам.

В работе нашего Центра находятся десятки дел по связанным с изъятием недвижимости нарушениям ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции. Практически во всех подобных ситуациях лишившиеся имущества собственники либо не получают компенсацию, либо она выражается в весьма малых выплатах, несопоставимых со стоимостью экспроприированной недвижимости.

Существенно прибавилось таких дел после присоединения Крыма к России, когда в пользу государства были изъяты тысячи принадлежащих гражданам и юрлицам объектов недвижимости. Так, в 2017 г. Департамент по имущественным и земельным отношениям г. Севастополя направил в суды общей юрисдикции около 3,8 тыс. исков об истребовании участков в собственность города. Иски были поданы главным образом к добросовестным приобретателям, которые в 2015–2016 гг. купили участки у собственников в «севастопольской» части южного берега Крыма, включая бухту Ласпи, мыс Айя, урочище Аязьма. Как указывали городские власти, большинство участков расположены в лесах и заказниках, следовательно, были переданы в частную собственность незаконно.

Несмотря на то что при приобретении участков были соблюдены все предусмотренные украинским и российским законодательством процедуры, получены в установленном порядке свидетельства о регистрации права собственности, Департамент по имущественным и земельным отношениям Севастополя в исковых заявлениях указал, что, заключая сделки купли-продажи участков, приобретатели поступили недальновидно, не сумев предугадать последствия своих действий, ввиду чего какой-либо компенсации им не полагается.

Схема, по которой ЕСПЧ рассматривает такие дела, типична.

Во-первых, судьи выясняют наличие у заявителя по жалобе права собственности или права владения имуществом по смыслу ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции (под имуществом ЕСПЧ понимает не только объекты недвижимости, вещи, деньги, но и «законные ожидания» – например, судебное решение, по которому должна быть произведена выплата, ожидание предусмотренной законом компенсации, пенсии и пр.).

Во-вторых, проверяется, имело ли место вмешательство в право владения имуществом, а также характер такого вмешательства (изъятие, уничтожение, ограничение в возможности пользоваться).

В-третьих, определяется, в соответствии с какой из трех норм ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции следует рассматривать допущенное вмешательство.

Далее судьи решают, преследует ли вмешательство в право на уважение собственности какую-либо законную цель в интересах общества, является ли оно соразмерным (пропорциональным) и отвечает ли принципу правовой определенности или законности. Если вмешательство в право собственности констатируется, оно признается несовместимым со ст. 1 Протокола № 1 в том случае, если на любой из этих вопросов дан отрицательный ответ.

Вместе с тем важно помнить, что обратиться в ЕСПЧ с жалобой о признании нарушения права на уважение собственности в случае изъятия недвижимости может далеко не каждый лишенный имущества собственник. Для успешного принятия жалобы необходимо, чтобы заявитель исчерпал внутренние средства правовой защиты, – то есть путем обжалования решений судов об изъятии недвижимости дошел до Верховного Суда РФ, подав в установленные ГПК РФ сроки апелляционные и кассационные жалобы. При этом к моменту обращения в ЕСПЧ должно пройти не более 6 месяцев со дня получения определения судьи ВС РФ (об отказе в передаче жалобы на кассационное рассмотрение). Следует также иметь в виду, что обращение к Председателю ВС РФ на срок подачи жалобы не влияет.

Данные дела рассматриваются ЕСПЧ регулярно в отношении не только России, но и других стран. При этом положения ст. 1 Протокола № 1 к Конвенции помимо споров, связанных с недвижимостью, применяются и к защите иного имущества. Например:

  • в деле «Мессана против Италии» (2017 г.) нарушением ст. 1 Протокола № 1 Европейский Суд признал изъятие земельного участка без выплаты соразмерной (в рыночных ценах) компенсации. Еще одно сходное по предмету жалобы дело было рассмотрено в 2018 г. («Османян и Амирахян против Армении»);
  • в деле «Нурмиева против России» (2018 г.) нарушением ЕСПЧ счел отказ госорганов компенсировать затраты на доставку и монтаж строительных материалов, изъятых в рамках расследования;
  • в деле «Зеленчук и Цыцюра против Украины» (2018 г.) как нарушение квалифицировано отсутствие по вине властей (установление моратория) возможности продажи земельных участков сельхозназначения;
  • в деле «Ribać против Словении» (2017 г.) в качестве нарушения Суд истолковал невыплату пенсии по старости бывшему военному СФРЮ и отказ суда в присуждении такой выплаты;
  • в деле «Гырлян против России» (2018 г.) ЕСПЧ посчитал нарушением изъятие таможенными органами суммы в 90 тыс. долл., не задекларированных при перевозке через границу в аэропорту;
  • в деле «Ткаченко против России» (2018 г.) Европейский Суд признал нарушением выселение из приватизированного жилья с несоблюдением действующих процедур;
  • в деле «Владимирова против России» (2018 г.) нарушением ст. 1 Протокола № 1 сочтено длительное (два года) неисполнение государством судебного решения о выплате компенсации, связанной с уголовным преследованием.

Таким образом, в настоящее время Европейский Суд является одним из инструментов эффективной защиты собственности. В то же время следует помнить, что для успеха в ЕСПЧ нужно правильно использовать предоставленные российским законодательством национальные средства правовой защиты и возможности, дождаться оценки национальными судебными инстанциями аргументов, которые в дальнейшем планируется представить в Страсбург.

Рассказать:
Другие мнения
Козенков Александр
Решение о сносе мусорного полигона в Архангельской области устояло в апелляции
Арбитражное право и процесс
Суды выявили ряд нарушений, допущенных при строительстве объекта
23 Ноября 2020
Болдинова Екатерина
Болдинова Екатерина
Адвокат, партнер Five Stones Consulting
Не ухудшает, но и не улучшает…
Конституционное право
Конституционный Суд пока не разрешил коллизию позиций судов и ФНС
20 Ноября 2020
Краснова Ирина
Краснова Ирина
Адвокат, партнер CriminalDefenseFirm
Карантин в СИЗО – не повод лишать права на участие в заседании суда
Уголовное право и процесс
Избрание и продление стражи в отсутствие подзащитного не должно стать нормой
19 Ноября 2020
Мунтян Алексей
Cоучредитель Ассоциации профессионалов в области приватности (rppa.ru)
Предстоит пройти долгий путь
Международное право
России будет непросто получить признание адекватности
17 Ноября 2020
Лагутин Максим
Лагутин Максим
Ведущий эксперт по защите персональных данных Б-152
Что нужно изменить
Международное право
Как достичь адекватной защиты персональных данных
17 Ноября 2020
Абцешко Наталия
Руководитель Группы международных проектов VEGAS LEX
Обеспечить адекватный уровень защиты
Международное право
Разъяснения европейского регулятора о трансграничной передаче персональных данных
17 Ноября 2020