×

Прекращение дела или переквалификация?

Суд вернул уголовное дело прокурору, согласившись с доводами адвоката потерпевшего
Денисов Вячеслав
Денисов Вячеслав
Адвокат АП Новосибирской области

Этот случай для адвокатской практики может быть интересен самим фактом события – уголовное дело было возвращено прокурору по ходатайству не защитника, а представителя потерпевшего. Постановлением о возврате дела прокурору суд разъяснил гособвинению, что ссылка адвоката на редко используемое на практике Постановление Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 г. № 18-П «О проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» оправданна и процессуально обоснована.

В апреле 2020 г. несовершеннолетний Х. назвал в соцсети малознакомую собеседницу дурочкой. О времена, о нравы! Мы снова возвращаемся в пушкинскую эпоху! Еще совсем недавно мальчики называли малознакомых девочек словами, которые не только неловко произносить вслух, но и трудно написать технически. А тут – «дурочка»! У человека, который является очевидцем сетевых «батлов» с использованием «подвальной» лексики, это слово ассоциируется с кринолинами, поклонами и нежным трепетом штор. Но девочка о гусарах, очевидно, не слышала и сообщила другому знакомому, В., что оскорблена. Это сообщение, видимо, было сформулировано таким образом, что можно было вообразить, не подумывает ли она наложить на себя руки. Тогда, чтобы этого не случилось, В. встретился с Х. и «наложил руки» на него. Рванув на себе майку как Доцент в «Джентльменах удачи», он нанес юноше не менее 15 ударов по лицу. По результатам судмедэкспертизы у потерпевшего был диагностирован закрытый перелом костей лицевого скелета и закрытая черепно-мозговая травма, что было квалифицировано как вред здоровью средней тяжести, и он был привлечен к ответственности по ч. 1 ст. 112 УК РФ.

Но, как во многих уголовных делах, неочевидных явлений в этом деле было куда больше, чем очевидных. Так, В. избивал Х., не имея для этого повода, в общественном месте, публично раздевшись до брюк, в присутствии несовершеннолетних разных возрастов, презрев общественные представления о морали и нравственности. Зная это из материалов уголовного дела, даже первокурсник юридического факультета наверняка задастся вопросом: почему, собственно, деяние было квалифицировано по ч. 1 ст. 112, когда из обстоятельств дела следует, что ч. 2 этой статьи не миновать? И здесь начинается самое интересное…

В течение почти года Х. и его законный представитель органом уголовного преследования не признавались потерпевшими, в то время как орган дознания заявлял о виновных лицах как о «неустановленных», что, по его мнению, давало дознавателю, несмотря на требования ст. 223 УПК, право продлевать сроки дознания бесконечно.

Гадать о причинах столь небрежного (или, напротив, старательного?) отношения к службе, думаю, бессмысленно. Тем временем срок привлечения В. к уголовной ответственности истек. Дело в том, что преступления по ч. 1 ст. 112 УК в соответствии с требованиями ст. 15 Кодекса относятся к преступлениям небольшой тяжести, а обвиняемый на тот момент был несовершеннолетним. В совокупности это породило ситуацию, при которой, согласно ст. 78 УК, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года. В отношении несовершеннолетних этот срок составляет год. Таким образом, орган дознания создал, на мой взгляд, искусственные условия для освобождения В. от уголовной ответственности. В конце концов дело было направлено в суд.

В суде после состоявшегося судебного следствия адвокаты заявили два ходатайства. Защитник подсудимого – о прекращении уголовного преследования в связи с истечением сроков привлечения к уголовной ответственности. Я как представитель потерпевшего, не согласившись с квалификацией преступного деяния, – о возвращении дела прокурору на основании п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК.

В своем ходатайстве я пояснил, что в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК судья по ходатайству стороны возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном акте, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого как более тяжкого преступления либо в ходе предварительного слушания или судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления, общественно опасного деяния.

По смыслу закона основанием для возвращения дела прокурору являются существенные нарушения УПК, допущенные на досудебной стадии производства по делу, не устранимые в ходе судебного разбирательства, в силу которых исключается возможность вынесения судом приговора.

Я обратил внимание суда также на Постановление КС от 8 декабря 2003 г. № 18-П, а именно – на содержание ст. 215, 220, 221, 225, 226 УПК, в соответствии с которыми обвинительное заключение или обвинительный акт как итоговые документы следствия или дознания, выносимые по их окончании, составляются, когда следственные действия по делу произведены, а собранные доказательства достаточны для составления указанных документов. Из этого следует, что если на стадии дознания допущены нарушения УПК, то ни обвинительное заключение, ни обвинительный акт не могут считаться составленными в соответствии с требованиями Кодекса. Таких нарушений, по моему мнению, в данном деле было достаточно.

Кроме того, я указал, что согласно ст. 73 УПК обстоятельствами, подлежащими доказыванию при производстве по уголовному делу, являются среди прочих событие преступления, время, место, способ и другие обстоятельства его совершения, а также характер и размер вреда, причиненного преступлением. В данном деле упомянутые обстоятельства были установлены и оценены не в полном объеме.

В ходатайстве о возвращении дела прокурору я сослался и на правовую позицию Верховного Суда РФ, изложенную в Постановлении Пленума от 15 ноября 2007 г. № 45, согласно которой под уголовно наказуемыми деяниями, совершенными из хулиганских побуждений, следует понимать умышленные действия, направленные против личности человека, которые совершены без повода или с использованием незначительного повода (хулиганские побуждения при совершении преступного деяния, предусмотренного ст. 112 УК, являются квалифицирующим признаком ч. 2 ст. 112 Кодекса). В названном постановлении отмечено также, что при решении вопроса о наличии в действиях подсудимого грубого нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, судам следует учитывать способ, время, место их совершения, а также интенсивность, продолжительность и другие обстоятельства.

Явное неуважение к обществу выражается в умышленном нарушении общепризнанных норм и правил поведения, продиктованном желанием виновного противопоставить себя окружающим, продемонстрировать пренебрежительное отношение к ним. Суду надлежит установить, в чем конкретно выражалось грубое нарушение общественного порядка, какие обстоятельства свидетельствовали о явном неуважении виновного к обществу. В рассматриваемом деле В. частично сорвал с себя одежду, демонстрируя обнаженное тело в качестве доминанты, побои несовершеннолетнему он наносил в общественном месте – на детской площадке открытого типа у магазина в садовом обществе, в присутствии несовершеннолетних, включая не достигших 16-летнего возраста, в том числе девочек. Поэтому у органа уголовного преследования были, на мой взгляд, все основания усмотреть в действиях обвиняемого хулиганские побуждения. Но вместо этого дознаватель уклонился не только от оценки данных обстоятельств, но и от упоминания об этом.

Кроме того, как отмечалось в ходатайстве, суду необходимо достоверно установить наличие у лица прямого умысла, направленного на грубое нарушение общественного порядка и проявление явного неуважения к обществу. В том, что В. наряду с умыслом причинить вред здоровью Х. имел умысел на запугивание присутствующих и постановку себя в господствующее положение методами, подлежащими осуждению не только моральными критиками, но и теоретиками уголовного права, у дознавателя, по моему мнению, не должно было остаться сомнений.

В итоге суд, согласившись с доводами ходатайства, постановил, что органы дознания не оценили, повлекли ли действия обвиняемого грубое нарушение общественного порядка, общепризнанных норм и правил поведения в обществе, безопасности в публичных местах; не нарушили ли они спокойствие неопределенно большого круга лиц, нормальные условия жизни и деятельности граждан; усматриваются ли в поведении подсудимого признаки явного неуважения к обществу, можно ли констатировать противопоставление со стороны В. себя обществу, а также демонстрацию собственной исключительности (демонстративное снятие с себя одежды перед избиением потерпевшего) с целью причинения телесных повреждений потерпевшему из хулиганских побуждений, а не по мотиву личной неприязни.

Суд постановил, что доводы представителя потерпевшего, изложенные в ходатайстве о возвращении дела прокурору, в части несоответствия квалификации действий подсудимого и необходимости переквалификации по более тяжкому составу заслуживают внимания и нуждаются в тщательной проверке и надлежащей оценке со стадии предварительного расследования.

Как указано в постановлении, обстоятельства, установленные в судебном заседании, не могут быть восполнены при рассмотрении уголовного дела, так как это отразится на всесторонности и объективности при принятии окончательного решения, поскольку согласно ч. 3 ст. 15 УПК суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных прав и обязанностей.

Таким образом, как заключил суд, по делу имеются препятствия для его рассмотрения, предусмотренные п. 6 ч. 1 ст. 237 УПК, влекущие возвращение уголовного дела прокурору с целью их устранения.

Этим же постановлением ходатайство защитника подсудимого о прекращении уголовного дела суд признал преждевременным и оставил без рассмотрения на основании возвращения дела прокурору.

Было в этом деле еще одно примечательное событие, отраженное в постановлении суда. Гособвинитель, помощник прокурора Новосибирского района Новосибирской области, возражала против удовлетворения ходатайства представителя потерпевшего о возвращении дела прокурору, мотивируя тем, что предварительное расследование проведено в полном объеме, а действиям обвиняемого дана верная юридическая оценка. В связи с этим она просила суд удовлетворить ходатайство защитника подсудимого и прекратить уголовное преследование В. в связи с истечением срока давности.

Постановлением мирового судьи от 15 сентября уголовное дело было возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Такие судебные акты встречаешь с удовлетворением не только потому, что суд прислушался к доводам адвоката потерпевшего вопреки доводам гособвинителя, но и в связи с тем, что подобные решения требуют высокой судейской самоидентификации, непредвзятости и беспристрастности.

Рассказать:
Другие мнения
Быков Александр
Быков Александр
Адвокат МКА «РОСАР», эксперт pro bono publico при Уполномоченном по защите прав предпринимателей в г. Москве
Дисбаланс правомочий эксперта и специалиста в судопроизводстве
Производство экспертизы
Какие изменения в УПК способствовали бы его устранению
27 Октября 2021
Хасанов Марат
Хасанов Марат
Адвокат АП г. Москвы, партнер Юридической группы «Парадигма»
Границы пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам
Арбитражное право и процесс
Суды по-прежнему допускают существенные ошибки в их определении
25 Октября 2021
Брославский Лазарь
Брославский Лазарь
К.ю.н., Ph. D (law), общественный консультант юридической фирмы Broslavsky & Weinman
Увольнение за «утечку информации»
Международное право
Стремление к максимизации прибыли нередко приводит компании к нарушениям законодательства
22 Октября 2021
Батурина Ирина
Батурина Ирина
Заместитель руководителя юридической службы по вопросам правового обеспечения медицинской деятельности ГК «Садко»
Срок исковой давности по «медицинским» спорам: проблемы исчисления
Медицинское право
Как на его определение влияют особенности предмета договора оказания медуслуг
21 Октября 2021
Сальникова Вероника
Сальникова Вероника
Адвокат, партнер МКА «Яковлев и партнеры»
Интересы и мнение ребенка – разные категории
Семейное право
Всегда ли мнение психолога в споре о месте проживания детей является решающим?
20 Октября 2021
Косян Артем
Косян Артем
Адвокат АП Краснодарского края
Когда «неравноценность» – не порок
Арбитражное право и процесс
Развитие института оспаривания сделок по «банкротным» основаниям: опасные тенденции
19 Октября 2021
Яндекс.Метрика