×
Передрук Александр
Передрук Александр
Юрист проекта «Открытая полиция», стажер адвоката АП Санкт-Петербурга
Вера Писарева
Пресс-секретарь правозащитной инициативы «Гражданин и армия»


Европейский Суд по правам человека (ЕСПЧ) рассматривает жалобу российского пацифиста Максима Дягилева на отказ ему в праве на альтернативную гражданскую службу (АГС). С одной стороны, это обычное дело для российской практики: отказов в замене военной службы АГС немало, и граждане их оспаривают. Но вместе с тем дело Дягилева крайне важно для российских призывников, так как в нем ключевым является не частный интерес, а публичный – защита права граждан России на свободу совести.

О деле Дягилева
Магистр философии Российского государственного педагогического университета Максим Дягилев дважды подавал в призывную комиссию (ПК) заявление о замене ему военной службы на альтернативную гражданскую в связи с наличием у него пацифистских убеждений. При этом заявитель оба раза подробно изложил суть своих взглядов и причины их возникновения, сославшись на философские тексты и ценность прав человека.

По первому заявлению, поданному в рамках осеннего призыва 2014 г., призывная комиссия вынесла немотивированный отказ. Второе, поданное весной 2015 г., комиссия не рассмотрела. Военный комиссар Санкт-Петербурга вернул его заявителю письмом, сославшись на ранее принятое решение об отказе в замене ему военной службы. При этом само решение ПК к письму не прилагалось. Позже оно не было представлено и в российские суды, в которых заявитель оспаривал отказ в предоставлении ему права на альтернативную гражданскую службу. И только на стадии ЕСПЧ это решение было представлено.

Жалоба в ЕСПЧ на нарушение статей Европейской конвенции о свободе совести и запрете дискриминации была подана Дягилевым в 2016 г.

Суд, коммуницировав жалобу «Дягилев против России» (Dyagilev v. Russia, № 49972/16), задал Правительству РФ вопросы о вмешательстве в права заявителя, а также запросил общую статистику по АГС в России.

Уполномоченный от России при Европейском Суде Михаил Гальперин заявил, что военные чиновники правомерно отказали Максиму Дягилеву в праве пройти службу без оружия в руках, а также указал, что призывные комиссии являются независимым органом от Министерства обороны. Кроме того, чиновник направил в Суд статистику, исходя из которой 98% заявлений на прохождение альтернативной гражданской службы имеют положительный исход.

В январе 2018 г. юридическая команда заявителя, членами которой являлись я как юрист правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» и адвокат Сергей Голубок, представила ЕСПЧ собственный меморандум, содержащий ответы на вопросы Суда сторонам, а также контрдоводы на аргументы властей Российской Федерации, указанные в меморандуме Правительства. В документе подчеркивалось, что дело Дягилева – это показательный пример обычной для России практики незаконного и немотивированного отказа призывнику в замене военной службы альтернативной гражданской. Внимание было уделено общей ситуации, касающейся реализации конституционного права российских граждан на альтернативную гражданскую службу в связи с наличием у них убеждений, препятствующих прохождению военной службы.

Общая ситуация с реализацией права на АГС в России
В меморандуме Правительства утверждается, что в России призывные комиссии одобряют большинство заявлений граждан о замене им военной службы альтернативной гражданской, а суды осуществляют эффективный контроль в связи со случаями отказа призывникам в этом праве. В действительности в России сложилась обратная ситуация: призывные комиссии удовлетворяют меньшую часть заявлений о замене военной службы по призыву альтернативной гражданской, а судебный контроль неэффективен. Судами удовлетворяется лишь небольшая доля заявлений об оспаривании решений призывных комиссий об отказе в замене военной службы на альтернативную гражданскую. Кроме того, даже если суд выносит положительное для гражданина решение, право на альтернативную гражданскую службу все равно предоставляет призывная комиссия, которая зависима от военного ведомства.

Российские власти имеют искаженное представление о доступности альтернативной гражданской службы в России, а статистика, которой их снабжает военное ведомство, недостоверна. Об этом свидетельствуют расчеты, произведенные мною на основе анализа информации независимых источников, базы данных государственной системы «Правосудие», а также статистические данные, предоставленные на адвокатский запрос Сергея Голубка. 

Так, в меморандуме Правительства заместитель министра юстиции Михаил Гальперин указал, что в России удовлетворяется 98% заявлений призывников о замене военной службы АГС. Российские власти также представили в Суд письмо начальника Генерального штаба Вооруженных сил РФ В.В. Герасимова от 8 сентября 2017 г., содержащее следующие данные: в 2014–2017 гг. в России в призывные комиссии подано 4110 заявлений о замене военной службы альтернативной гражданской, из которых удовлетворено 4022. Таким образом, по данным Правительства, призывные комиссии за все это время вынесли решения об отказе лишь по 88 заявлениям.

Однако Сергей Голубок на свой адвокатский запрос на имя губернатора Санкт-Петербурга, который является председателем призывной комиссии, а также военного комиссара Санкт-Петербурга получил противоречащие этим данным сведения. Согласно им, в период с 2014 по 2017 г. в Санкт-Петербурге соотношение поданных заявлений о замене военной службы альтернативной гражданской и одобренных призывными комиссиями заявлений было следующим:

  • в 2014 г. подано 129 заявлений, из которых 67 удовлетворено;
  • в 2015 г. подано 161 заявление, 91 удовлетворено;
  • в 2016 г. подано 138 заявлений, 73 удовлетворено;
  • в 2017 г. подано 132 заявления, 94 удовлетворено.

То есть за 2014–2017 гг. из 560 заявлений было удовлетворено 325. Получается, что только в одном из российских регионов за указанный период не было удовлетворено 235 заявлений о замене военной службы альтернативной гражданской, что более чем в два раза превышает указанное в меморандуме Правительства число неудовлетворенных заявлений по всей стране. Таким образом, количество удовлетворенных заявлений по стране составляет не 98%, как утверждают власти Российской Федерации, а около 58%.

Эти цифры подтверждаются и данными Движения сознательных отказчиков, выступающих в деле в качестве третьей стороны – друга Суда (amicus curiae). Согласно статистике Движения, менее половины призывников, подавших заявления о замене военной службы альтернативной гражданской, добиваются положительных решений призывных комиссий.

Правительство также ссылается на то, что с 1 января 2014 г. по 1 сентября 2017 г. российские суды удовлетворили 44 иска об оспаривании решений призывных комиссий об отказе в замене военной службы альтернативной гражданской. К меморандуму Правительства были приложены копии ряда судебных актов российских судов. Изучив их, мы обнаружили, что некоторые из них не являются релевантными, так как вынесены не по искам об оспаривании отказа комиссии в праве пройти АГС.

Например, отдельные решения были вынесены по следующим искам:

  • заявление о замене военной службы альтернативной гражданской не было рассмотрено призывной комиссией (решение Жигулевского городского суда Самарской области от 30 июля 2014 г.);
  • бездействие призывной комиссии по рассмотрению заявления о замене военной службы альтернативной гражданской (решения Ленинского районного суда г. Иваново от 13 мая 2014 г., апелляционное определение Ивановского областного суда от 27 августа 2014 г., решения Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 22 декабря 2014 г. и Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 17 июня 2014 г).

Наконец, используя открытую базу данных государственной автоматизированной системы «Правосудие», мы идентифицировали 123 вступивших в силу в 2014–2017 гг. решения районных судов, оставивших без удовлетворения иски граждан, которые оспаривали отказ в замене военной службы альтернативной гражданской. Эти цифры свидетельствуют о том, что система по обеспечению доступа призывников к альтернативной гражданской службе и по защите их права на свободу совести в России неэффективна.

Внимание ЕСПЧ было обращено на следующие причины этой неэффективности:

  • отсутствие презумпции добропорядочности при рассмотрении заявлений на АГС;
  • отсутствие независимого органа по рассмотрению заявлений о замене военной службы альтернативной гражданской;
  • неэффективность судебного контроля.

Ниже об этом подробнее.

Отсутствие презумпции добропорядочности
В России призывники часто получают отказ в замене военной службы альтернативной гражданской из-за того, что призывные комиссии не верят в искренность их заявлений, полагая, что таким образом они пытаются уклониться от военной службы. При этом члены призывных комиссий серьезно опасаются, что доступность АГС может отрицательно сказаться на обороноспособности страны.

Подобные опасения несостоятельны.

Во-первых, количество граждан, заявивших о желании пройти альтернативную гражданскую службу, незначительно – менее чем полпроцента от общего числа молодых людей, призванных на службу в Вооруженные силы РФ. Такой процент отказников не может повлиять на обороноспособность страны. Уже только это обстоятельство исключает необходимость ограничивать право граждан на альтернативную гражданскую службу.

Кроме того, АГС в России не является привлекательным видом службы. Она не легче армейской, а ее срок в 1,75 раза длиннее военной службы по призыву. У граждан нет возможности выбора профессии, учреждения и региона прохождения АГС. Чаще всего альтернативную гражданскую службу проходят в трудных условиях – в медицинской сфере и в сфере социальной поддержки населения – на наименее востребованных должностях, например оказываются санитарами в удаленных больницах. Заработная плата альтернативнослужащих, как правило, минимальная. Они не имеют права покидать населенный пункт, где проходят АГС, без согласования с работодателем, им запрещено совмещать работу с иной трудовой деятельностью.

Мы уверены: учитывая перечисленные обстоятельства, следует вовсе исключить проверку искренности убеждений заявителя и руководствоваться принципом презумпции искренности. Факт выбора Дягилевым альтернативной гражданской службы, несмотря на ее продолжительный срок и трудности, служит доказательством наличия у гражданина убеждений, не позволяющих ему проходить военную службу по соображениям совести.

Аналогичной логикой руководствовались власти Финляндии. В 1985 г. они ликвидировали проверку убеждений лица, претендующего на замену военной службы по призыву, сделав при этом замещающую службу на 240 дней длиннее военной. Таким образом, финские власти признали, что искренность убеждений, препятствующих несению военной службы, подтверждается выбором гражданином замещающей службы, которая продолжительнее военной.  

Зависимость призывных комиссий
В России компетенция по принятию решений о предоставлении гражданам права на АГС находится в ведение призывных комиссий – органа, перед которым Правительство РФ изначально поставило другую задачу: осуществлять призыв граждан на военную службу (п. 3 Положения о призыве на военную службу граждан Российской Федерации, утв. Постановлением Правительства РФ от 11 ноября 2006 г. № 663). При этом призывные комиссии зависимы от военных властей, и связано это с их составом и формой организации. Кроме того, под влиянием ведомственных интересов члены призывных комиссий изначально относятся к претендентам на альтернативную гражданскую службу с предубеждением.

Персональный состав призывных комиссий

В соответствии со ст. 27 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» председателем призывной комиссии является глава муниципального образования или его заместитель, заместителем председателя – военный комиссар (должностное лицо структурного подразделения Минобороны России). Также в состав призывной комиссии входят:

  • секретарь комиссии, которым обычно является сотрудник военного комиссариата;
  • врач, руководящий работой по медицинскому освидетельствованию призывников (подчинен военному комиссариату);
  • представители органов полиции, образования и службы занятости населения. 

То, что некоторые члены призывной комиссии относятся не к военному ведомству, а к другим государственным органам, не делает их независимыми. Все они неизбежно отстаивают государственные и ведомственные интересы. Никто из них не является беспристрастным экспертом, специализирующимся, например, на социальных науках и обладающим необходимыми познаниями для определения «глубины и искренности» убеждений отказников от военной службы. Этим во многом объясняется и то обстоятельство, что призывные комиссии зачастую не мотивируют свои решения об отказе претендентам в прохождении альтернативной гражданской службы, хотя ст. 12 Федерального закона «Об альтернативной гражданской службе» обязывает их это делать. 

Так, при рассмотрении заявления Дягилева призывная комиссия лишь почти дословно воспроизвела текст закона, никак не мотивировав свой отказ, т.е. не объяснила, почему пацифистские философские убеждения заявителя, о которых он ей сообщил, не являются действительными и достаточно глубокими для того, чтобы получить право на АГС.

Призывная комиссия, состоящая из представителей государственных структур, для которых призыв граждан на военную службу является приоритетной целью, не может считаться независимым и беспристрастным органом, способным выносить обоснованные решения по заявлениям о замене военной службы альтернативной гражданской.

Функциональное устройство ПК

Призывная комиссия лишена самостоятельного финансирования и ресурсов. Ее деятельность обеспечивается соответствующим военным комиссариатом – структурным подразделением Минобороны России. Именно военный комиссар играет ведущую роль на заседаниях комиссии, принимая основные решения. Это косвенно подтверждается и тем, что интересы призывных комиссий в судах представляют военные комиссариаты, которые, как указано в апелляционном определении Верховного Суда Республики Мордовия от 11 августа 2016 г. по делу № 33а-1946/2016, с учетом особенностей правового статуса ПК, являются административными ответчиками в делах об оспаривании решений призывных комиссий.

На судебных заседаниях по жалобе Дягилева на решения ПК представителем и призывной комиссии, и военного комиссариата являлось одно и то же лицо – штатный юрист военного комиссариата. Даже верность копии выписки из протокола заседания призывной комиссии, представленной в ЕСПЧ представителем государства-ответчика, засвидетельствована не председателем призывной комиссии, а военным комиссаром района, что подтверждает ведение военным комиссариатом всего делопроизводства и корреспонденции от имени комиссии.

Призывная комиссия, не имеющая собственного аппарата и находящаяся под определяющим воздействием военного ведомства, сотрудники которого даже представляют ее в судах, структурно заинтересована в том, чтобы граждане были отправлены на военную службу по призыву, несмотря на наличие у них препятствующих этому убеждений.

Неэффективность судебного контроля
Как указано выше, российскими судами удовлетворяется лишь небольшая доля исков об оспаривании решений призывных комиссий об отказе в замене военной службы альтернативной гражданской. Но даже признавая отказ комиссии незаконным, суды не могут своим решением направить гражданина на альтернативную гражданскую службу. Они лишь возвращают дело на рассмотрение в призывную комиссию – орган, не обладающий независимостью от военного ведомства.

Кроме того, как показывает практика, суды не возлагают на ПК обязанность принять решение о замене истцу военной службы альтернативной гражданской. Когда же Белебеевский городской суд Республики Башкортостан в своем решении от 1 ноября 2016 г. все же возложил на призывную комиссию такую обязанность, оно было отменено в этой части апелляционным определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 25 января 2017 г. При этом ВС РБ отметил следующее: «Последствия вынесенного судом решения о признании решения призывной комиссии… незаконным заключаются в том, что недействительное решение рассматривается как акт, не имеющий юридической силы и не подлежащий применению, следовательно, у принявшего его органа в соответствии с функциональными полномочиями возникает обязанность повторного рассмотрения относящегося к его компетенции вопроса и принятия по нему нового решения».

Таким образом, возможность обжаловать решение призывной комиссии в суд не представляет собой эффективный механизм по обеспечению доступа призывника к альтернативной гражданской службе и защите его прав на свободу совести.

Рассказать:
Другие мнения
Герасимов Николай
Герасимов Николай
Адвокат АП Республики Башкортостан, коллегии адвокатов «Арт Лекс»
О проблеме изъятия электронных носителей информации в рамках следственных действий
Уголовное право и процесс
Необходимы законодательные меры защиты предпринимателей
24 Апреля 2019
Истомина Ольга
Истомина Ольга
Адвокат АК «СанктаЛекс»
Уголовное преследование за кадровый вопрос
Уголовное право и процесс
Руководителя научного учреждения в очередной раз пытаются обвинить в мошенничестве
22 Апреля 2019
Николаева Александра
Николаева Александра
Управляющий партнер юридической группы «ПАГ», к.ю.н.
О недопустимости публикации сведений о частной жизни
Конституционное право
Получение согласия необходимо, даже если информация касается публичного лица
17 Апреля 2019
Ахундзянов Сергей
Ахундзянов Сергей
Председатель президиума Московской коллегии адвокатов «РОСАР», адвокат
Возвращение «царицы доказательств»
Уголовное право и процесс
Почему на предложение правоохранителей пройти полиграф лучше ответить отказом
16 Апреля 2019
Гаспарян Нвер
Гаспарян Нвер
Советник ФПА РФ, вице-президент АП Ставропольского края
Есть ли пределы в критике суда
Международное право
Обзор позиций ЕСПЧ о допустимости критических высказываний в адрес судей
16 Апреля 2019
Овчинников Алексей
Овчинников Алексей
Доцент Департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве РФ, к.ю.н.
Возмещение убытков контролирующим должника лицом
Гражданское право и процесс
О субсидиарной и деликтной ответственности при банкротстве
15 Апреля 2019