Как стало известно «АГ», 23 июня Кунцевский районный суд г. Москвы вынес постановление, которым отказал в ходатайстве следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении мужчины, обвиняемого в покушении на незаконный сбыт наркотиков (документ есть у «АГ»).
27 ноября 2022 г. СО ОМВД России по Можайскому району г. Москвы было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в отношении неустановленного лица. Тогда же в порядке ст. 91, 92 УПК был задержан гражданин Ж., и ему было предъявлено обвинение в совершении этого преступления (документы есть у редакции).
На следующий день Кунцевским районным судом г. Москвы в отношении Ж. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая впоследствии была неоднократно продлена судом – в последний раз до 27 июня 2023 г. Срок следствия по уголовному делу был продлен до восьми месяцев, т.е. до 27 июля 2023 г. В связи с этим старший следователь Р. обратилась в суд с ходатайством о продлении срока содержания Ж. под стражей еще на месяц. Она указала, что срок содержания обвиняемого под стражей истекает, однако окончить предварительное следствие в указанный срок не представляется возможным, так как по уголовному делу необходимо выполнить ряд следственных и процессуальных действий.
В ходатайстве отмечалось, что оснований для отмены либо изменения избранной в отношении обвиняемого меры пресечения на более мягкую, не связанную с лишением свободы, не имеется. Следователь подчеркнула, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания в отношении Ж. меры пресечения в виде заключения под стражу, не изменились и своей актуальности не утратили. Она указывала, что Ж. обвиняется в совершении умышленного преступления, отнесенного законом к категории особо тяжких, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 20 лет.
Следователь Р. отмечала, что обвиняемый официально не трудоустроен, т.е. не имеет законного и постоянного источника дохода. В ходатайстве также обращалось внимание на то, что не установлен соучастник Ж., а сам обвиняемый является потребителем наркотических средств. По мнению следователя, действующая мера пресечения в виде заключения под стражу, в случае вынесения в отношении Ж. обвинительного приговора, является гарантией и средством обеспечения его исполнения. Кроме того, отмечалось: у следствия имеются достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, а также иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, добавила следователь.
Защитник Ж. – адвокат АП Московской области Сергей Коротаев обжаловал прокурору и руководству следственных органов постановления о возбуждении уголовного дела и о привлечении его подзащитного в качестве обвиняемого. В судебном порядке защитник также обжаловал постановления об избрании меры пресечения заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей, о производстве обыска.
В судебном заседании, на котором было рассмотрено ходатайство следователя, обвиняемый Ж. возражал против него и сообщил, что на протяжении последних шести лет не потребляет наркотические средства. Также он отмечал, что с последнего продления срока содержания под стражей было проведено несколько очных ставок. Сергей Коротаев тоже просил отказать в удовлетворении заявленного ходатайства, ссылаясь на процессуальные нарушения, на недоказанность обвинения, фальсификацию документов; он просил отменить меру пресечения Ж. и освободить его из-под стражи в зале суда. Адвокат указывал, что следствием нарушалась ч. 1 ст. 11 УПК РФ, в результате чего Ж. не разъяснены, не ясны его права, обязанности, ответственность, не обеспечена возможность осуществления этих прав.
Защитник отмечал, что Ж. в своих показаниях сообщил следователю о злоупотреблении должностными полномочиями, превышении должностных полномочий сотрудниками ОМВД по Можайскому району, так как на очных ставках его подзащитный указал на то, что сотрудники полиции М. и С. причиняли ему побои и вымогали взятку. По словам адвоката, ходатайствуя о продлении срока содержания под стражей, следствие и прокуратура стремятся к сокрытию преступных действий со стороны сотрудников ОМВД.
Сергей Коротаев подчеркивал, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого указаны заведомо ложные сведения, не основанные на доказательствах, предусмотренных п. 1–4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ и ст. 74 УПК РФ. Также он пояснил, что суду не представлены допустимые с точки зрения законности документы о психическом здоровье Ж. и наличии у него психического заболевания. При этом следователем не подтверждено ни одним документом, соответствующим закону, что обвиняемый является потребителем запрещенных веществ. Более того, в дело были переданы характеризующие данные на Ж.: три характеристики с места работы, два сертификата об обучении и благодарственная грамота об участии в благотворительной волонтерской работе.
Изучив представленные материалы, суд напомнил, что, как указано в п. 21 Постановления Пленума ВС РФ № 41 от 19 декабря 2013 г., при продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. Помимо этого надлежит учитывать обстоятельства, указанные в ст. 99 УПК РФ, и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Также следует проверять обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования.
Суд разъяснил, что в случае если ходатайство о продлении срока содержания под стражей возбуждается перед судом неоднократно и по мотивам необходимости выполнения следственных действий, указанных в предыдущих ходатайствах, то надлежит выяснять причины, по которым они не были произведены. Если причина, по мнению суда, заключается в неэффективной организации расследования, это может явиться одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства. Суд констатировал, что при предыдущем продлении срок содержания Ж. был увеличен на месяц, однако каких-либо значимых следственных действий проведено не было. Также он учел пояснения обвиняемого о том, что за указанный месяц было проведено две очных ставки.
Суд также обратил внимание, что в представленных материалах отсутствуют какие-либо объективные данные, содержащие достаточные и существенные сведения, свидетельствующие о том, что обвиняемый может скрыться от следствия и суда, продолжить преступную деятельность, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по делу. Он указал: из материалов дела усматривается, что Ж., хотя и обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, при этом ранее к уголовной ответственности не привлекался, имеет постоянное место регистрации и место жительства.
Таким образом, суд установил основания, препятствующие дальнейшему продлению срока содержания под стражей, с учетом того, что следователем не приведено обоснований, предусмотренных ч. 2 ст. 109 УПК, подтвержденных фактическими данными. В постановлении поясняется: суд учитывает, что на первоначальных этапах производства по уголовному делу тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения обвиняемого под стражу. Однако в дальнейшем одни только эти обстоятельства не могут признаваться достаточными для продления срока действия данной меры пресечения. Помимо этого суд счел, что указание следователем в ходатайстве на необходимость проведения многочисленных следственных действий на первоначальных этапах расследования свидетельствует о неэффективной его организации.
В связи с этим Кунцевский районный суд г. Москвы отказал в удовлетворении ходатайства следствия, избрав обвиняемому меру пресечения в виде домашнего ареста.
В комментарии «АГ» Сергей Коротаев рассказал, что ранее каждое решение суда о продлении стражи обжаловалось в апелляционном, а некоторые – и в кассационном порядке. В конечном итоге, считает адвокат, суд учел высказывание самого подзащитного о том, что дело который раз рассматривается судом, однако следствием ничего не делается с декабря 2022 года. Кроме того, по его мнению, у конкретной судьи возникли определенные сомнения в информации, предоставляемой стороной обвинения. «Самым трудным в деле является каждодневное обращение внимания суда и должностных лиц на защиту прав обвиняемого, требование соблюдать и защищать его права», – добавил Сергей Коротаев.
Адвокат также рассказал, что обратился в АП Московской области, сообщив о том, что в ходе оказания юрпомощи Ж. имели место факты угроз в его адрес со стороны неустановленного сотрудника ОМВД по Можайскому району. Адвокат пояснил, что доступность Ж. для выполнения следственных действий создает потенциальную возможность провокаций и преступных действий в адрес защитника со стороны недобросовестных сотрудников ОМВД. Председатель Комиссии по защите прав адвокатов АПМО Вадим Логинов сообщил «АГ», что заявление Сергея Коротаева получено палатой и адвокату даны необходимые разъяснения по ситуации.
