13 октября Конституционный Суд вынес Определение № 3294-О/2026 по жалобе на неконституционность положений Списка II Постановления Правительства РФ от 1 октября 2012 г. № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ» и п. 3 Постановления Правительства РФ от 6 февраля 2020 г. № 101 «Об установлении сортов наркосодержащих растений, разрешенных для культивирования для производства используемых в медицинских целях и (или) ветеринарии наркотических средств и психотропных веществ, для культивирования в промышленных целях, не связанных с производством или изготовлением наркотических средств и психотропных веществ, а также требований к сортам и условиям их культивирования».
Осуждение за реализацию семян мака со следами наркотиков
В марте 2025 г. суд признал Гюзелию Султангирову виновной в незаконном сбыте в составе группы лиц по предварительному сговору наркотических средств в крупном размере (п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ). Он выявил, что подсудимая приобрела, хранила и реализовала 4,8385122 гр. морфина и 0,0876552 гр. кодеина, которые содержались на поверхностности зрелых семян мака массой 94 778 граммов. Основываясь на экспертном заключении, суд определил крупный размер наркотического средства, содержащегося на поверхности семян.
В доказательство вины суд, в частности, сослался на то, что Гузелия Султангирова продавала семена пищевого мака после того, как получила в 2020 г. предостережение правоохранительных органов о недопустимости продажи такого товара, содержащего примеси наркотических средств, и сделала на этом предостережении рукописную запись о том, что не занимается продажей кондитерского мака с 2019 г. Суд также учел показания эксперта, обнаружившего кодеин и морфин на семенах мака, который пояснил, что в ходе экспертизы в чистом виде кодеин и морфин не были получены, их количество определялось инструментальным методом, а также назвал литературные источники, описывающие способ экстракции морфина из растительной массы, в том числе из семян мака, доступный в быту. Кроме того, суд учел показания специалиста о том, что современные методы очистки семян мака не позволяют полностью избавиться от примесей других частей этого растения, содержащих наркотические алкалоиды. При этом ввиду имевшихся противоречий в показаниях, данных в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, они были приняты в части, не противоречащей фактическим обстоятельствам, установленным судом.
Апелляция оставила в силе обвинительный приговор, отклонив довод защиты о том, что в рамках международной конвенции содержание морфина в препаратах ниже 0,2% считается неизвлекаемым, как основанный на неверном толковании положений ст. 228.1 УК и опровергаемый показаниями свидетелей о возможности изготовления раствора наркотика из семян мака, которые реализовывали осужденные, в том числе Гюзелия Султангирова.
В свою очередь, кассация оставила без удовлетворения жалобу защитника осужденной, в которой подчеркивалось, что в отношении семян мака морфин и кодеин были примесями, а не наркотическим средством. Кассационный суд заметил, что семена мака сами по себе не являются наркотиком, но при наличии на них следов наркотических веществ в значительном количестве могут рассматриваться как их носитель. Кроме того, наличие в кондитерском маке наркотических алкалоидов в концентрации ниже 0,6%, разрешенной Постановлением № 101, не влияет на квалификацию преступления и о невиновности осужденной не свидетельствует, поскольку указанный НПА регламентирует культивирование мака снотворного в промышленных целях, не связанных с производством или изготовлением наркотических средств, Гюзелия Султангирова же культивированием мака не занималась, а сбывала наркотические средства. Верховный Суд не стал рассматривать кассационную жалобу осужденной.
КС пояснил применение оспоренных постановлений Правительства РФ
В жалобе в Конституционный Суд Гюзелия Султангирова отметила, что оспариваемые ею положения постановлений Правительства РФ № 1002 и № 101 не соответствуют Конституции, поскольку они не устанавливают критериев допустимого содержания наркотических алкалоидов в пищевом маке, допускают уголовную ответственность при наличии следового количества морфина на поверхности семян пищевого мака, позволяют определять размер наркотика расчетным способом без его фактического выделения из семян пищевого мака.
Изучив эту жалобу, Конституционный Суд отказал в принятии ее к рассмотрению, напомнив, что правовые основы государственной политики в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, а также в области противодействия их незаконному обороту в целях охраны здоровья граждан, государственной и общественной безопасности установлены Законом о наркотических средствах и психотропных веществах. Согласно п. 6 ст. 18 этого закона сорта наркосодержащих растений, разрешенные для культивирования для производства используемых в медицинских целях или в ветеринарии наркотических средств и психотропных веществ, для культивирования в промышленных целях, не связанных с производством или изготовлением наркотических средств и психотропных веществ, а также требования к сортам и условиям культивирования указанных растений определяются Правительством РФ, что и нашло отражение в принятом им Постановлении № 101. Из данного НПА следует, что предметом его регулирования являются исключительно отношения, связанные с культивированием наркосодержащих растений. Значит, этим подзаконным актом, включая его п. 3, не регламентируются вопросы, связанные с производством, изготовлением или перемещением наркотиков и психотропных веществ, в том числе количественные показатели размеров таких средств и веществ в целях уголовно-правовой квалификации соответствующих деяний.
В соответствии с п. 1 и 2 ст. 2 Закона о наркотических средствах и психотропных веществах они включаются в Перечень наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 30 июня 1998 г. № 681, и в зависимости от применяемых государством мер контроля вносятся в предусмотренные указанным законом списки и таблицы. В Перечень Постановления № 681 в составе Списка II включены наркотические средства и психотропные вещества, оборот которых в РФ ограничен и в отношении которых устанавливаются меры контроля в соответствии с российским законодательством и международными договорами, в том числе кодеин и морфин. Параметры же значительного, крупного и особо крупного размеров наркотиков и психотропных веществ, а также растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей применения ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ определены в Постановлении № 1002.
В силу ст. 1 Закона о наркотических средствах и психотропных веществах семена мака, не будучи включенными в Перечень Постановления № 681, наркотическим средством не являются, несмотря на это, не исключается признание таковыми алкалоидов естественного происхождения, включая кодеин и морфин, содержащихся на поверхности семян мака, которые пригодны и с учетом обстоятельств конкретного дела предназначены для незаконного изготовления наркотических препаратов.
Конституционный Суд указал, что, как следует из фактических обстоятельств, установленных судами по уголовному делу Гюзелии Султангировой, она не позднее 10 декабря 2021 г., действуя по предварительному сговору со своим мужем, приобрела семена мака, содержащие на поверхности кодеин и морфин. Дополнительно к этому ими с целью сбыта были приобретены также таблетки «Д.». В последующем они, будучи осведомленными о том, что их знакомая осуществляет сбыт семян мака наркозависимым лицам, продали ей семена мака общей массой 94 778 гр., упакованные в 10 коробок, вместе с неустановленным количеством таблеток «Д.».
Согласно выводу судов, осужденная знала, что сбываемые ею семена мака содержат на поверхности наркотики и реализуются наркозависимым лицам, которые дали показания о случаях неоднократного приобретения семян мака (как по отдельности, так и в составе специального набора), из которых изготавливали раствор, обладающий сильным наркотическим эффектом. В отличие от этого, семена мака, продающегося в магазинах, не были пригодны для такого использования. Согласно экспертным заключениям, на поверхности семян мака установлено содержание кодеина массой 0,0876552 гр. и морфина массой 4,8385122 гр. Руководствуясь Списком II Постановления № 1002, суд счел, что вес морфина свыше 0,5 гр. является крупным размером, а находящийся на семенах мака кодеин не образует даже значительного размера указанного наркотика и на квалификацию деяния Гюзелии Султангировой не влияет.
Таким образом, оспариваемые положения, как заметил КС, не допускают произвольного привлечения граждан к уголовной ответственности за преступления, касающиеся незаконного оборота наркотиков, и не нарушают прав заявительницы в обозначенном ею аспекте.
Комментарии защитников осужденной
В комментарии «АГ» член АП Саратовской области Равиль Тугушев, представляющий интересы заявительницы в Конституционном Суде, сообщил, что он и его коллега, член АП Республики Татарстан Руслан Нагиев, осуществляли защиту Гюзелии Султангировой по двум уголовным делам в Туймазинском и Октябрьском судах Республики Башкортостан. «Объединяло эти два дела то, что предметом преступления был пищевой мак в заводской упаковке с содержанием алкалоидов морфина и кодеина менее 0,0001%, то есть речь идет о семенах кондитерского мака высокой степени очистки. Согласно выводам судов, алкалоиды содержались на поверхности зрелых семян пищевого мака, хотя при проведении физико-химических экспертиз при исследовании с помощью микроскопа ничего на поверхности не было обнаружено. Алкалоиды были обнаружены с помощью метода газожидкостной хроматографии. Полученный результат был умножен на общий объем семян кондитерского мака. В чистом виде никто указанные алкалоиды не получал, возможность извлечения алкалоидов при такой концентрации никто не устанавливал», – отметил он.
В настоящий момент, как полагает адвокат, единственным НПА, который регламентирует качество семян кондитерского мака, является ГОСТ Р 52533-2006 «Мак пищевой. Технические условия». «В редакции ГОСТа 2006 г. был п. 4.4, согласно которому содержание алкалоидов в пищевом маке не допускалось. После вхождения РФ в Таможенный союз данный пункт был исключен поправкой ИУС № 9-2013. Был введен п. 4.5, в соответствии с которым содержание в пищевом маке наркотических средств определяется после введения соответствующего НПА, содержание микотоксинов, пестицидов, токсичных элементов и радионуклидов не должно превышать установленные уровни, то есть в ГОСТе не указано – допускается наличие микродоз алкалоидов в пищевом маке или нет. В 2002 г. было принято Постановление Правительства № 101, которое разрешало возделывание растения мак, не связанное с производством наркотических средств, с содержанием алкалоидов не более 0,6%. Но это постановление не регламентирует оборот продуктов, получаемых из мака, в которых могут содержаться остаточные следы алкалоидов. На данный момент не существует технологий, позволяющих на 100% очистить мак», – заметил Равиль Тугушев.
Адвокат добавил, что правовая неопределенность, связанная с оборотом пищевого мака, имеющего остаточные следы алкалоидов, послужила основанием обращения в Конституционный Суд. «Как следует из определения КС, из вышеуказанного НПА вытекает, что предметом его регулирования являются исключительно отношения, связанные с культивированием наркосодержащих растений, то есть Постановление № 101 не регламентирует транспортировку, переработку, хранение и реализацию урожая и пищевых продуктов, полученных из него. Суд также счел, что семена мака, не будучи включенными в Перечень Постановления № 681, не являются наркотическим средством, несмотря на это, не исключается признание наркотическими средствами алкалоидов естественного происхождения, содержащихся на поверхности семян мака, которые пригодны для незаконного изготовления наркотических препаратов. Однако возможность получения наркотических средств из изъятого пищевого мака в рамках уголовного дела Гюзелии Султангировой не устанавливалась», – подчеркнул он.
Равиль Тугушев заметил, что КС РФ не устранил правовую неопределенность, связанную с оборотом семян пищевого мака с остаточными следами алкалоидов. «Суд признал законным возбуждение уголовного дела при таких обстоятельствах. Какие это будет иметь последствия, покажет дальнейшая правоприменительная практика. Точность измерения методом газожидкостной хроматографии – вплоть до 1/1 000 000 доли процента, при отсутствии единых утвержденных Методических рекомендаций по исследованию пищевого мака и отсутствии указания в ГОСТ Р 52533-2006 «Мак пищевой. Технические условия» предельно допустимой концентрации остаточных следов алкалоидов в семенах любого пищевого мака можно найти следы морфина и кодеина. И это будет основанием для возбуждения аналогичных уголовных дел», – заключил защитник.
Адвокат Руслан Нагиев заметил, что рассматриваемая проблема значительно шире конкретного уголовного дела. «Она затрагивает фундаментальный вопрос уголовного права: где заканчивается законная предпринимательская деятельность и начинается преступление. КС подтвердил, что семена пищевого мака сами по себе наркотическим средством не являются. При этом возможность признания содержащихся на их поверхности алкалоидов наркотическими средствами поставлена в зависимость от их пригодности и предназначения для незаконного изготовления наркотических препаратов с учетом обстоятельств конкретного дела. Следовательно, принципиальное значение имеет не только обнаружение следовых количеств алкалоидов, но и установление обстоятельств, позволяющих разграничить реализацию обычного пищевого продукта и умышленный незаконный сбыт наркотических средств», – пояснил он.
Особого внимания, по мнению защитника, заслуживает и вопрос доказывания количества наркотического средства. «Когда вещество не выделяется в чистом виде, а его масса определяется инструментальным и расчетным способами, крайне важно обеспечить возможность полноценной проверки достоверности экспертных выводов, примененной методики и обоснованности распространения результатов исследования на всю массу продукции. Полагаю, что уголовная ответственность за незаконный оборот наркотических средств не должна превращаться в ответственность за сам факт реализации пищевой продукции, содержащей естественные следы алкалоидов. В противном случае возникает опасность подмены доказывания умысла и всех обязательных признаков состава преступления одним лишь результатом химического исследования. При этом отказ КС в принятии жалобы к рассмотрению не устраняет необходимости обсуждения существующей правоприменительной практики и совершенствования критериев разграничения законного оборота пищевого мака и незаконного оборота наркотических средств», – резюмировал Руслан Нагиев.
Эксперты оценили выводы КС
Член АП города Москвы Пантелей Самаркин полагает, что главный вывод определения КС состоит в том, что обнаружение морфина на поверхности семян пищевого мака само по себе еще не доказывает его умышленный сбыт – обвинению необходимо установить, что алкалоиды в конкретной партии были пригодны для изготовления наркотического препарата и что продавец знал, для чего приобретался товар. «Такой подход согласуется с Решением ВС РФ от 9 октября 2023 г. № АКПИ23-449. При этом норматив 0,6%, на который ссылалась защита, относится к сортам мака, разрешенным для промышленного выращивания, переносить его на оценку действий продавца оснований нет. Для адвоката в таком деле принципиальны два вопроса: первый – насколько обоснован расчет массы вещества. В деле Гюзелии Султангировой эксперт определил, что на почти 95 кг семян приходилось около 4,84 г морфина, причем в чистом виде его не выделял. Именно от этого расчета зависел вывод о крупном размере, поэтому защите важно проверить методику отбора проб и обоснованность вывода по всей партии. Второй вопрос – чем подтвержден умысел продавца. В этом деле суды учли показания покупателей, продажу семян вместе с таблетками и ранее полученное предостережение. Для практики ценно именно это разграничение: экспертиза устанавливает состав товара, а вывод об умысле суд обязан обосновать обстоятельствами конкретной продажи», – пояснил он.
Адвокат АП города Москвы Дмитрий Палатов считает, что комментируемое определение КС РФ закрепляет сложившуюся правоприменительную обвинительную практику. «Оно не является основополагающим в части создания новых норм, но имеет критическое значение для адвокатского сообщества в целом и конкретных адвокатов, занимающихся защитой по делам о сбыте наркотических средств, в частности. Суд однозначно пресекает попытки использовать Постановление Правительства № 101 при оспаривании законности привлечения лица к уголовной ответственности, поскольку регулятивные нормы в части сельского хозяйства не могут применяться для уголовно-правовой оценки действий лица, обвиняющегося в сбыте наркотических средств. Кроме того, КС не нашел противоречий Конституции в практике, когда масса наркотического средства на маковых семенах определяется экспертом инструментально-расчетным путем, без его фактического физического выделения в чистом виде, – на практике это означает, что адвокатам будет затруднительно ссылаться на пороки обвинения ввиду неверной методики проведенной судебной химической экспертизы», – отметил он.
Вместе с тем своими выводами Конституционный Суд, по мнению эксперта, ориентирует следствие доказывать наличие умысла на сбыт именно наркотических средств, а не просто констатировать факт продажи недостаточно очищенных пищевых семян мака. «В связи с этим КС обоснованно не признал оспариваемые заявительницей положения нарушающими ее права, так как выводы судов в ее деле основаны на доказанном умысле на сбыт наркотиков, а не на случайном выявлении следов алкалоидов в крупной партии маковых семян, как это могло бы быть в случае предназначения мака для реализации в законных коммерческих целях», – заключил Дмитрий Палатов.
