Правительство внесло в Госдуму проект поправок в Гражданский кодекс РФ, которыми предлагается конкретизировать взаимоотношения предпринимателей (законопроект № 1272483-8).
Согласно пояснительной записке, законопроект содержит положения, позволяющие более четко определить экономическое существо отношений кредитора и должника в тех случаях, когда сделка между ними содержит условие «бери или плати» или иные нестандартные условия, не сводящиеся лишь к выплате денежного эквивалента товара или услуги в момент получения этого товара или услуги. Нормы Кодекса в редакции законопроекта позволят правоприменителю учитывать все разнообразные интересы субъектов экономической деятельности, в том числе интересы, состоящие в обеспечении эффективности планируемых долгосрочных договорных связей и возможного их досрочного прекращения.
Часть первая ГК РФ
Обязательства
Предлагается изменить п. 3 ст. 310 ГК, указав, что в случае, если односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, или одностороннее изменение условий такого обязательства не вызваны нарушением обязательства другой стороной, то предусмотренное законодательством или договором право на такой отказ или на такое изменение может быть обусловлено по соглашению сторон необходимостью выплаты денежной суммы, размер которой или порядок определения размера которой устанавливается соглашением сторон, в том числе вне зависимости от соразмерности этой денежной суммы стоимости полученного или причитающегося исполнения по обязательству.
Пункт 3 ст. 407 ГК предлагается изложить так: стороны своим соглашением вправе прекратить обязательство. Если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства, стороны вправе предусмотреть своим соглашением последствия, наступающие вследствие прекращения обязательства.
Договор
В п. 2 ст. 429.4 ГК предлагается закрепить, что абонент обязан передавать встречное предоставление в размере и в порядке, определяемых в соответствии с абонентским договором, независимо от того, было ли затребовано им соответствующее исполнение от исполнителя, если иное не предусмотрено законом или договором. Абонентским договором могут быть предусмотрены условия, при наступлении которых размер встречного предоставления абонента изменяется.
Предусматривается дополнение данной статьи п. 3, согласно которому размер встречного предоставления абонента может быть уменьшен судом, если доказано, что у исполнителя отсутствовала фактическая возможность предоставить абоненту предусмотренное договором исполнение в количестве или объеме либо на иных условиях, предусмотренных абонентским договором.
Часть вторая ГК РФ
Подряд и возмездное оказание услуг
Статью 717 «Отказ заказчика от исполнения договора подряда» ГК предлагается дополнить указанием на то, что иные последствия отказа заказчика от исполнения договора подряда могут быть установлены договором подряда, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности.
В п. 1 ст. 782 ГК закрепляется, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов. Законопроектом предлагается уточнить, что отказаться заказчик вправе, если иные последствия прекращения обязательств сторон не установлены договором возмездного оказания услуг, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности.
Также и в п. 2 данной статьи закрепляется, что если иное не предусмотрено договором возмездного оказания услуг, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, исполнитель вправе отказаться от исполнения обязательств по договору возмездного оказания услуг лишь при условии полного возмещения заказчику убытков.
Аналогичные поправки предусматриваются в ч. 2 ст. 806 ГК об одностороннем отказе от исполнения договора транспортной экспедиции.
Хранение
Абзац 2 п. 1 ст. 888 ГК предлагается изложить в следующей редакции: «поклажедатель, не передавший вещь на хранение в предусмотренный договором срок и не заявивший в разумный срок хранителю об отказе от его услуг, обязан возместить хранителю убытки, причиненные в связи с несостоявшимся хранением, если иные последствия прекращения обязательств сторон не установлены договором хранения, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности». При этом предлагается указать, что срок может быть не только разумным, но и предусмотренным договором хранения.
Согласно действующей ст. 904 ГК хранитель обязан по первому требованию поклажедателя возвратить принятую на хранение вещь, хотя бы предусмотренный договором срок ее хранения еще не окончился. Данную статью предлагается дополнить положением о том, что в этом случае поклажедатель обязан уплатить хранителю соразмерную часть вознаграждения, если иные последствия прекращения обязательств сторон не установлены договором хранения, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности.
Комиссия и прекращение или расторжение договоров
В п. 1 ст. 1003 «Отмена комиссионного поручения комитентом» ГК РФ предлагается указать, что комиссионер вправе требовать возмещения убытков, вызванных отменой поручения, если иные последствия прекращения обязательств сторон не установлены договором комиссии, связанным с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности.
Наличие «иных последствий прекращения обязательств» предусматривается закрепить в п. 1 ст. 1024 «Прекращение договора доверительного управления имуществом» и в ст. 1052 «Расторжение договора простого товарищества по требованию стороны» ГК РФ.
Эксперты «АГ» оценили предложенные изменения
Начальник юридического отдела ООО «Стройкапитал» Давид Исаев заметил, что поправки направлены на расширение диспозитивности гражданско-правового регулирования в предпринимательских отношениях и усиливают действие принципа свободы договора. Возможность предусмотреть в договоре фиксированную плату за отказ от договора позволит сторонам заранее определить экономические последствия реализации такого права, более эффективно распределить предпринимательские риски и повысить предсказуемость долгосрочных коммерческих отношений, полагает он.
«Следует отметить, что подобные договорные конструкции давно известны зарубежным правопорядкам, где рассматриваются не как мера ответственности, а как согласованный сторонами механизм распределения рисков и обеспечения стабильности договорных связей. При этом значение законопроекта шире, чем закрепление платы за отказ от договора: он в целом расширяет возможности сторон самостоятельно определять последствия прекращения обязательств и тем самым способствует развитию договорной свободы в предпринимательской сфере», – подчеркнул Давид Исаев.
По мнению юриста, в законопроекте либо в последующих разъяснениях Верховного Суда РФ целесообразно четче определить правовую природу платы за отказ от договора и критерии ее разграничения с неустойкой, отступным и иными компенсационными механизмами. Давид Исаев заметил: именно отсутствие единых подходов к квалификации таких условий нередко становится причиной неоднородной судебной практики. Кроме того, отдельного внимания заслуживает предлагаемое положение о возможности установления размера такой платы независимо от ее соразмерности стоимости исполнения, поскольку именно эта новелла, вероятно, потребует формирования устойчивых подходов судебной практики после принятия закона.
Управляющий партнер АБ «Валеев, Кабанец и партнеры» Дмитрий Кабанец указал, что законопроект расширяет самостоятельное регулирование для предпринимательских договоров и достаточно аккуратно встраивает плату за односторонний отказ от исполнения обязательства в систему ГК, но при этом заметно смещает баланс в пользу устойчивости долгосрочных проектов и интересов кредиторов, оставляя риски для «слабой» стороны в предпринимательских отношениях и поле для споров о злоупотреблении правом «сильной» стороной договора.
«Явный плюс данных изменений – повышение предсказуемости для инвесторов и кредиторов путем согласования цены выхода из долгосрочного договора. Минус данных изменений в том, что если плата за отказ будет установлена “сильной” стороной договора на достаточно высоком уровне (например, 50 и более % от общей цены договора), то право на выход из договора ее “слабой” стороны станет призрачным. Кроме того, законопроект не разграничивает плату за отказ и санкции за нарушение договора», – заметил он.
Дмитрий Кабанец полагает, что было бы полезно разграничить плату за отказ и санкции за нарушение договора, иначе возникает вопрос: является ли плата за отказ по умолчанию исчерпывающей компенсацией (замещает убытки и неустойку) или она (плата за отказ) может взиматься помимо убытков и неустойки при наличии соответствующей оговорки.
Частнопрактикующий юрист Светлана Костякова сочла, что поправки направлены не только на повышение эффективности осуществления предпринимательской деятельности посредством предоставления сторонам заключенного договора дополнительных возможностей для более гибкого и оперативного урегулирования возникающих между ними обязательственных правоотношений. «Они также направлены на обеспечение соблюдения одного из базовых гражданско-правовых принципов – принципа баланса интересов сторон, суть которого заключается в обеспечении справедливого и соразмерного распределения прав, обязанностей и рисков между участниками правоотношений, а также предотвращении ситуаций, когда одна сторона получает чрезмерную выгоду или убытки, а другая – неоправданные обременения», – отметила эксперт.
Другой аспект, по ее словам, – это устранение правовой неопределенности при разрешении на практике вопроса о том, всегда ли субъект предпринимательской деятельности вправе отказаться от принятых на себя обязательств, не выплатив при этом полностью или частично заранее обещанных денежных сумм другой стороне или потребовав полного или частичного возврата ранее внесенных платежей, и, как следствие, приведение судебной практики по данной категории споров к единообразию. Еще один – это устранение правовой неопределенности при разрешении вопроса о том, в каких именно обязательствах допустимо установление платы за односторонний отказ от исполнения обязательства, что, исходя из анализа неоднородной на сегодняшний день судебной практики при разрешении данной категории споров, также является важным, поскольку направлено на соблюдение баланса интересов сторон договора, защиту интересов сторон договора, приведение судебной практики при разрешении данного вопроса к единообразию.
«Полагаю, что перечисленных выше причин более чем достаточно для того, чтобы убедиться в том, что необходимость в данных поправках назрела уже давно. Однако я также считаю, что помимо предложенных изменений в рамках данного законопроекта, в части, разрешающей вопрос о допустимости установления платы за односторонний отказ от исполнения обязательства, следует четко указать не только обязательства, когда применение такой меры является допустимым, но и обозначить конкретные обязательства, когда применение установления платы за односторонний отказ от исполнения договора является недопустимым», – указала Светлана Костякова.
По ее мнению, такой подход поможет не только повысить эффективность при реализации на практике предлагаемых в рамках данного законопроекта нововведений, но и минимизирует в этой части нарушение интересов сторон на этапе заключения договора, а также снизит риск совершения ошибок судами и заложит крепкую основу для формирования единообразной судебной практики.
