29 мая Верховный Суд вынес Определение № 310-ЭС26-1602 по делу № А14-23000/2024, в котором разъяснены тонкости оплаты услуг переводчика на стадии предварительного следствия.
В апреле 2022 г. в адрес ООО «Академ-класс» поступил запрос от следователя СЧ по РОПД ГСУ ГУ МВД России по Воронежской области о предоставлении сведений о наличии переводчика для осуществления осмотра и перевода с таджикского и узбекского языков на русский язык в рамках следствия по уголовному делу. К обращению прилагались два CD-R диска.
В период с 13 апреля по 1 июня 2022 г. переводчик осуществил перевод содержания дисков, а именно прослушал аудиозаписи и записал перевод текста на русский язык. Перевод аудиофайлов с узбекского языка на русский язык был передан следователю, в производство которого перешло уголовное дело, которое далее было рассмотрено по существу судом, приговор в отношении осужденных вступил в законную силу.
В дальнейшем «Академ-класс» передал следователю комплекты документов на оплату услуг по переводу аудиозаписей на сумму 490 тыс. руб. и по устному переводу в ходе следственных действий на сумму 69,7 тыс. руб., оформленные на основании Постановления Правительства РФ от 1 декабря 2012 г. № 1240 «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с производством по уголовному делу, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации».
Направленные в адрес следователя контракт, акт оказанных услуг, акт участия переводчика по уголовному делу со стороны уполномоченных лиц ГУ МВД России по Воронежской области не были подписаны, оплата в 490 тыс. руб. не произведена. Был оплачен только устный перевод в период следственных действий на сумму в 69,7 тыс. руб. В отношении неоплаченной денежной суммы обществу было разъяснено, что услуги по переводу аудиозаписей по уголовному делу следователями не запрашивались, а лишь испрашивалась возможность перевода, поэтому нет оснований для приобщения этого перевода к материалам дела.
Тогда «Академ-класс» направил письмо в ГУ МВД России с просьбой разобраться в сложившейся ситуацией, указав на неоплату услуг перевода, оказанных по запросу следователя. Письмом от 23 мая 2024 г. ГУ МВД России по Воронежской области разъяснило, что письменный перевод содержимого двух дисков не запрашивался ввиду отсутствия такой необходимости по делу.
После этого общество обратилось в суд общей юрисдикции с иском к ГУ МВД по Воронежской области о взыскании 490 тыс. руб. задолженности за услуги переводчика, осуществленные в ходе уголовного судопроизводства, ссылаясь на то, что ответчик уклоняется от оплаты. Суд передал это дело на рассмотрение по подсудности в Арбитражный суд Воронежской области под предлогом того, что спор носит экономический характер и возник между двумя юрлицами.
Арбитражный суд удовлетворил иск, указав на доказанность факта возникновения между обществом и ГУ МВД России по Воронежской области гражданских правоотношений по возмездному оказанию услуг и их оказания истцом. Однако апелляция отменила это решение, ссылаясь на то, что это дело не подлежит рассмотрению в арбитражном суде, поскольку требование ООО представляет собой процессуальные издержки, вопрос о возмещении которых рассматривается исключительно в порядке уголовного судопроизводства.
Далее окружной суд отменил постановление апелляции и вернул дело на новое апелляционное рассмотрение под предлогом того, что прекращение производства по делу не является мерой, направленной на реализацию принципа справедливого судебного разбирательства, не способствует установлению правовой определенности в спорных правоотношениях в разумные сроки, не обеспечивает право на суд.
Тогда ГУ МВД России по Воронежской области обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд. После изучения материалов дела Судебная коллегия по экономическим спорам ВС напомнила, что по смыслу ч. 3 ст. 131 УПК РФ вопрос о выплате сумм, относящихся к процессуальным издержкам, к числу которых относятся расходы на языковой перевод, решается должностным лицом или судом, в производстве которого находилось уголовное дело, и которые понесены в соответствующей стадии уголовного процесса. Согласно ч. 3 ст. 132 УПК процессуальные издержки, связанные с участием в деле переводчика, возмещаются за счет средств федерального бюджета. Если он исполнял свои обязанности в порядке служебного задания, то оплата его труда возмещается государством организации, в которой работает переводчик.
Как отметил ВС, процессуальные издержки – это необходимые и оправданные расходы, связанные с производством по уголовному делу, в том числе суммы, выплачиваемые физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников. Процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета. Соответственно, заявленные истцом к возмещению по выплате вознаграждения расходы переводчику представляют собой процессуальные издержки, вопрос о возмещении которых, в том числе за счет федерального бюджета, как испрашивает «Академ-класс», подлежит рассмотрению исключительно в порядке уголовного судопроизводства органом или должностным лицом, осуществлявшим предварительное расследование, если они понесены на досудебной стадии, и судом общей юрисдикции, если они понесены на стадии судебного производства.
Касательно вопроса о компетенции по распределению судебных издержек в уголовном деле, не разрешенном при постановлении приговора, Верховный Суд напомнил, что подсудность таких споров не ставится в зависимость от статуса истца, а определяется компетенцией суда общей юрисдикции по рассмотрению заявлений об оспаривании действий или бездействия следственных органов либо заявлений о взыскании процессуальных издержек, связанных с производством по делу. Как правильно указала апелляция, процессуальные издержки, связанные с осуществлением действий в рамках УПК, возмещаются в порядке гражданского судопроизводства, когда имеются объективные препятствия для реализации заинтересованным лицом своих прав, в частности если уголовно-процессуальный закон такую возможность не предусматривает, например если уголовное дело не возбуждалось, вынесено внесудебное постановление о выплате издержек, но оно не исполняется; в иных подобных случаях.
Однако в рассматриваемом случае объективных препятствий для реализации «Академ-классом» своих прав в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона судом установлено не было. Следователем, в производстве которого находилось указанное дело, привлекался переводчик общества лишь для устного перевода, а в порядке досудебного производства постановление об оплате услуг переводчика по письменному переводу не выносилось. Впоследствии именно по этой причине оплата услуг истца произведена по решению уполномоченного лица только в части устного перевода в 69,7 тыс. руб. «Между органом предварительного расследования и истцом возник спор об относимости услуг по письменному переводу содержания дисков, поскольку позиция сторон сводится к разной оценке такого обстоятельства, как запрос следователя относительно наличия/отсутствия технической возможности перевода содержания носителей информации, но не запроса самого перевода», – заметил ВС.
Он также напомнил, что возмещение процессуальных издержек подотчетным лицам, а также выплата вознаграждения адвокату осуществляются на основе постановления дознавателя, следователя, прокурора, судьи или определения суда, вынесенного по результатам рассмотрения письменного заявления указанных лиц или их представителей, либо на основе постановления суда, вынесенного в порядке, установленном п. 1 ч. 6 ст. 125.1 УПК, за счет средств, предусмотренных федеральным бюджетом на указанные цели федеральным судам общей юрисдикции, госорганам, наделенным полномочиями на производство дознания и предварительного следствия, после исполнения подотчетными лицами своих процессуальных обязанностей.
Как указал Верховный Суд, вынесенный по уголовному делу приговор уже вступил в законную силу, вопрос об оплате спорных услуг переводчика ни в досудебном порядке, ни в приговоре не разрешался, переводчик не привлекался к участию в деле на судебной стадии уголовного процесса. При отказе следователя в выплате средств в спорном случае истец мог обжаловать действия или бездействие органов предварительного расследования. Истцом не соблюден порядок оспаривания отказа или бездействия следователя по возмещению издержек, предусмотренный уголовно-процессуальным законом и Положением о возмещении процессуальных издержек.
ВС добавил: судом округа не было учтено, что в данном случае в связи с возникшим спором об относимости спорных услуг к проведенному предварительному следствию по уголовному делу действующее законодательство не относит к компетенции арбитражных судов его разрешение в рамках гражданско-правового требования. Особенностью обстоятельств этого дела является наличие между сторонами спора об относимости к уголовному делу спорного объема работ, совершенных на досудебной стадии уголовного производства, который разрешается в уголовно-процессуальном порядке не только судом, но и органами предварительного следствия с сохранением гарантий судебного контроля. В связи с этим он отменил постановление окружного суда и оставил в силе постановление апелляции.
Адвокат АБ «Халимон и партнеры» Константин Смолокуров обратил внимание, что в данном случае кассация, которая рассматривает как раз процессуальные нарушения, сама допустила процессуальное нарушение, отменив апелляционное определение. «Оставление в силе кассационного постановления создало бы порочную практику дублирования или создания альтернативного варианта судопроизводства. Известно, что несмотря на объединение ВАС и ВС на практике некоторые дела могут быть рассмотрены судами общей юрисдикции и арбитражем едва ли не диаметрально противоположно, в связи с чем в “пограничных” ситуациях нужно изучать практику, чтобы “выбрать кодекс”. Кроме того, в силу разных подходов и трактовок бывают случаи преодоления вступивших в законную силу судебных актов за счет обращения в суд рамках другого судопроизводства. В рассматриваемой ситуации перед нами примерно такой случай, на что и указала апелляция, а именно: “поддержание истцом заявленного иска в арбитражном суде, по сути, направлено на преодоление императивно установленного порядка возмещения издержек, квалифицируемых согласно ст. 131 УПК”. С данным тезисом и утверждением апелляции нельзя не согласиться», – заметил он.
В этом случае, по мнению эксперта, отсутствуют сугубо гражданские правоотношения, о наличии которых указывает кассация, поскольку указанные правоотношения «отягощены» уголовно-правовым элементом, так как возникли в рамках уже возбужденного уголовного дела и, соответственно, должны быть разрешены именно в рамках УПК. «Интересно, что суд первой инстанции применил к данным правоотношениям ст. 1102 ГК, определив их как бездоговорные. Верховный Суд, установив, что рассматриваемые правоотношения возникли в рамках возбужденного уголовного дела и истец в порядке уголовного процесса не обжаловал отказ в выплате, справедливо отменил кассационное постановление и оставил в силе апелляционное определение. Его судебный акт направлен на поддержание определенности судебного процесса и исключает возможность злоупотребления правом и разрешения спора с нарушением установленных правил подведомственности», – отметил Константин Смолокуров.
Член АП Архангельской области Евгений Митин полагает, что Верховный Суд сделал важные для практики выводы в аспекте разграничения компетенции и подведомственности. «Поскольку подобные споры касаются процессуальных издержек по уголовному делу, они подлежат рассмотрению и разрешению в порядке уголовно-процессуального законодательства, а не в самостоятельном исковом порядке, даже если заказчиком и исполнителем являются юрлица, отношения сторон носят экономический характер, а спор касается, в том числе, урегулирования разногласий по вопросам относимости, объема и оплаты услуг переводчика. Соответственно, и обжалование принятых по таким вопросам процессуальных решений производится по правилам ст. 123–125 УПК, а не через отдельный иск. Вместе с тем не исключается рассмотрение таких споров в исковом порядке, но только при наличии определенных условий. Однако по данному делу таких обстоятельств не было. Это определение ВС имеет важное значение для недопущения “размывания” подсудности, предотвращения нарушения системного единства процессуального законодательства, исключения рисков вынесения противоречивых судебных актов или их дублирования, трансформации уголовно-процессуального вопроса в гражданско-правовой спор, в том числе в целях обхода установленной процедуры», – заключил он.
