×

Авторитет в праве

28 марта Тамара Георгиевна Морщакова отметила свой юбилей
Материал выпуска № 7 (216) 1-15 апреля 2016 года.

АВТОРИТЕТ В ПРАВЕ

28 марта Тамара Георгиевна Морщакова отметила свой юбилей

Редакция «Новой адвокатской газеты» поздравляет одного из самых авторитетных представителей юридической профессии и рассказывает о взглядах Тамары Георгиевны на профессию и судебную систему в России ее же словами.

Тамара Морщакова – судья Конституционного Суда РФ в отставке, председатель Постоянной комиссии по гражданскому участию в правовой реформе Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека, заведующая кафедрой судебной власти факультета права НИУ «Высшая школа экономики», член Научно-консультативного совета Верховного Суда РФ, доктор юридических наук, профессор.

Тамара Георгиевна принимала участие в разработке проектов Конституции РФ, Концепции судебной реформы в Российской Федерации, а также проектов Федерального конституционного закона «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», Федерального закона «О статусе судей в Российской Федерации»; автор более 130 научных работ и переводов на русский язык ряда законов ФРГ. В 1991 г. она была избрана членом Конституционного Суда РФ, а на период с 1995 по 2002 г. – заместителем председателя КС РФ. В течение многих лет преподавала в Российской правовой академии Министерства юстиции РФ и Московской государственной юридической академии.

Благодаря огромному вкладу в развитие отечественной правовой системы, высочайшему профессионализму и ответственности, с которыми она подходит к научной, законотворческой, судебной, преподавательской, правозащитной деятельности, благодаря твердости и мужеству, с которыми она отстаивает конституционные ценности, права и свободы, Тамара Георгиевна принадлежит к элите российского и мирового юридического сообщества. Соединяя в себе выдающийся интеллект и незаурядную силу духа с женственностью и элегантностью, она является образцом интеллигентности и благородства.

Для российской адвокатской корпорации огромная честь, что именно Тамара Георгиевна Морщакова, как член Постоянной комиссии СПЧ, занимается в том числе вопросами адвокатской деятельности и адвокатуры, обеспечения дополнительных гарантий независимости адвокатов при исполнении ими профессиональных обязанностей, отметил в поздравительном письме от имени адвокатского сообщества президент ФПА РФ Юрий Пилипенко.

О профессии
Юристом я стала случайно: изначально хотела поступить на факультет журналистики МГУ, куда меня не приняли, несмотря на наличие золотой медали. Меня «спас» школьный друг, который посоветовал пойти на юрфак. С течением времени я поняла, что нет ни одной профессии в мире, которая настолько хорошо соответствовала бы моим внутренним возможностям. Юриспруденция – стопроцентно «мое» дело («Право.Ru», февраль 2010 г.).

Работа судьи – очень интересная профессиональная деятельность, самое большое профессиональное самовыражение, которое можно представить, венец юридической профессии. И, если бы можно было не уходить в отставку по закону, я бы, конечно, по собственной инициативе не ушла («Harvard Business Review – Россия», апрель 2012 г.).

Юриспруденция требует скорее мозгов, чем памяти. У хорошего юриста должна быть логика, но не железобетонная, а подвижная, чтобы позволяла ему оценивать каждую новую ситуацию с точки зрения одного и того же предписания. Хорошо было бы проверять интеллектуальный уровень тех, кто учится этой профессии («Русский репортер», август 2009 г.).

Я сочувствую всем судьям. Иногда они на меня сердятся, поскольку то, что я говорю, им кажется обидным. Но я делаю это, сгорая от стыда и переполненная жалостью к судьям, из любви к тому, что есть суд. Потому что суд в подлинном смысле слова – это великий инструмент. Для человечества, не для власти (НТВ, «Школа злословия», сентябрь 2011 г.).

О судебной системе
Ценности права столь значительны, что их следует уважать сами по себе («Право.Ru», февраль 2010 г.).

Независимый суд нужен власти, только если она опасается возможности своей смены. Только в таких условиях власть начинает быть заинтересована в независимом суде. Пока нет угрозы того, что кто-то придет на смену правящей элите, – тем, кто власть имеет, не нужен независимый суд. Потому-то он нужен только для того, чтобы с ними не расправились, когда они власть потеряют («Openspace.ru», март 2011 г.).

Это старая тенденция – обвинение почти всегда одерживает победу такое явление, как оправдательный приговор, давно в нашей судебной системе заклеймено, потому что это признак слабости, признак ошибки, которую допустили органы расследования или низшие суды («Взгляд», август 2011 г.).

Судьи откровенно боятся освобождать из-под стражи людей, преследуемых системой государственного обвинения. Предпочитают не спорить со следствием, опасаясь быть обвиненными в пособничестве задержанным. И это, кстати, яркое свидетельство соотношения сил между судами и правоохранительными органами. Сразу видно, у кого реальная власть («Итоги», февраль 2011 г.).

Подходы к формированию судейского корпуса необходимо менять. Проверка профессиональной подготовки по единым стандартам должна быть функцией отдельного органа. Пусть это будет профессура, адвокаты, туда должны входить и судьи, но это не может быть внутри судебной системы («Право.ру», май 2015 г.).

Набор действий, который мог бы радикально улучшить судебную систему в стране, конечен. Для заметного и радикального улучшения нужны: действительная несменяемость судей, получение должностей достойными, лишение председателей судов административных функций по отношению к судье, иной принцип формирования органов судейского сообщества, обеспечение возможности проверять судебные решения. Вот он, весь набор! И мешает его реализовать отсутствующая или существующая политическая воля («Openspace.ru», март 2011 г.).

Нам нужно развивать институт суда присяжных. Потому что надежды на объективность профессиональных судей, которые встроены в общую правоохранительную систему, отчитывающуюся о борьбе с преступностью, нет. Надежда на объективность и совесть присяжных есть («Openspace», март 2011 г.).

О законодательстве
Нужно ли менять законодательство, если правоприменительная практика так плоха? Я думаю, что на этот вопрос нужно ответить утвердительно. Чем хуже законодательство, тем сильнее оно будет испорчено плохой практикой. На хорошее [законодательство] еще можно было бы надеяться («Право.ру», октябрь 2011 г.).

Об адвокатах
[Адвокатов не берут в судьи]. Потому что они будут слишком самостоятельными, у них есть опыт предыдущей работы другого свойства, не такого, как у представителей обвинительной власти, Следственного комитета, прокуратуры или работников аппарата судов («Право.ру», май 2015 г.).

Подготовила Екатерина ГОРБУНОВА,
корр. «АГ»