×

Обвинительные стереотипы судей

Обжалование меры пресечения в виде содержания под стражей, избранной судом при постановлении приговора
Материал выпуска № 20 (205) 16-31 октября 2015 года.

ОБВИНИТЕЛЬНЫЕ СТЕРЕОТИПЫ СУДЕЙ

Обжалование меры пресечения в виде содержания под стражей, избранной судом при постановлении приговора

В подавляющем большинстве случаев после вынесения обвинительного приговора с назначением наказания в виде реального лишения свободы, если осужденный не был ранее заключен под стражу, суды безосновательно изменяют избранную меру пресечения на содержание под стражей, указывая, что это делается в целях исполнения приговора и нарушая основополагающий принцип уголовного судопроизводства, в соответствии с которым гражданин не может считаться виновным до вступления в отношении него приговора в силу. Рассмотрим судебную практику и возможные изменения в уголовно-процессуальное законодательство.

Недостатки процессуального закона
Закон в настоящее время не регулирует вопросы о том, в какой процессуальной форме оформляется решение об изменении меры пресечения в рассматриваемом случае, и возможности его отдельного от приговора обжалования.

В соответствии с п. 57 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 г. № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» и положений ч. 4 ст. 389.11 УПК РФ меры пресечения в виде домашнего ареста и заключения под стражу действуют до вступления приговора в законную силу независимо от того, обжалован ли он в апелляционном порядке.

Исходя из смысла ст. 389.1, 389.2, 389.11 УПК РФ до вступления приговора в законную силу (т.е. до вынесения решения апелляционной инстанцией) вопрос об изменении, сохранении и отмене меры пресечения отдельно от итогового решения апелляционному обжалованию не подлежит, за исключением промежуточных судебных решений.

Пункт 4 ч. 1 ст. 389.11 УПК РФ о том, что суд апелляционной инстанции на стадии назначения судебного заседания правомочен разрешить вопрос о сохранении, отмене или изменении меры пресечения в отношении осужденного, утратил силу с 1 августа 2013 г. (Федеральный закон от 23 июля 2013 г. № 217-ФЗ).

При этом нельзя не отметить, что сам УПК РФ в части невозможности судебного контроля помещения лица под стражу после вынесения не вступившего в силу приговора до его полного обжалования противоречит нормам международного права, а именно ч. 4 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающей, что каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу признано судом незаконным.

Положения указанной международной нормы в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ должны применяться в том случае, если ими установлены иные правила, чем предусмотренные национальным законом. Однако сложившаяся судебная практика по данному вопросу к настоящему времени противоречива.

Судебная практика
В июле 2013 г. прокуратура Кировской области внесла апелляционное представление на приговор Ленинского районного суда г. Кирова в отношении осужденных к реальному сроку наказания по так называемому «Делу “Кировлеса”» Алексея Навального и Петра Офицерова в части изменения избранной судом меры пресечения в виде заключения под стражу.

Приговором суда постановлено изменить ранее избранную осужденным к реальному сроку наказания меру пресечения с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу до вступления приговора в законную силу, и они были взяты под стражу в зале суда.

В представлении прокуратура обращала внимание, что у суда не было оснований для изменения меры пресечения Навальному и Офицерову, и до вступления приговора в законную силу они могут находиться под подпиской о невыезде. Кроме того, по мнению прокуратуры, решение суда о заключении Навального под стражу нарушало его права как зарегистрированного кандидата на выборах мэра Москвы на участие в предвыборной кампании наравне с остальными кандидатами.

Удивительно, но рассмотрение представления было назначено судом апелляционной инстанции буквально на следующий день после его внесения. Видимо, сказалась «резонансность» рассматриваемого дела и особый «кандидатский» статус одного из осужденных. В результате суд удовлетворил представление, оба осужденных были освобождены из-под стражи в зале суда.

В апелляционном определении суда от 19 июля 2013 г. по делу № 22-2521 отмечалось, что «в соответствии со ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется при невозможности применения иной более мягкой меры пресечения. Согласно ст. 110 УПК РФ мера пресечения изменяется на более строгую, когда изменяются основания для ее избрания. К таковым закон относит наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Из представленных материалов следует, что основания, послужившие для избрания Навальному А.А. и Офицерову П.Ю. меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, не изменились. Навальный А.А. и Офицеров П.Ю. имеют постоянное место жительства, которое не покидали без разрешения суда, в назначенный срок являлись по вызовам суда, иным путем производству по уголовному делу не препятствовали.

Кроме того, изменяя меру пресечения на более строгую, суд первой инстанции не учел, что Навальный А.А. 17 июля 2013 г. решением Московской городской избирательной комиссии зарегистрирован в качестве кандидата на замещение государственной должности мэра г. Москвы. В соответствии со ст. 32 Конституции РФ граждане РФ имеют право быть избранными в органы государственной власти. Не имеют права быть избранными граждане, содержащиеся в местах лишения свободы по приговору суда».

И это единственный «положительный» для осужденных пример, который мне известен в настоящее время.

Собственная адвокатская практика
После того как из СМИ стало известно о данном решении суда, я предпринял попытку аналогичного обжалования меры пресечения, измененной приговором Хамовнического районного суда города Москвы с подписки о невыезде на содержание под стражей, в отношении своего подзащитного, имеющего, как и Алексей Навальный, статус адвоката и приговоренного к реальному сроку наказания по обвинению в совершении мошенничества.

Я подал дополнительную апелляционную жалобу, в которой, апеллируя вышеуказанным судебным прецедентом, обратил внимание на то, что: «По состоянию на 19 июля 2013 г. уголовное дело в отношении Н. для рассмотрения в суд апелляционной инстанции по не известным нам причинам не направлено, что нарушает право подзащитного на своевременный доступ к правосудию.

В связи с тем, что решение суда об изменении в отношении подзащитного меры пресечения на более строгую, судом в приговоре никак не мотивировано, а рассмотрение апелляционных жалоб по существу неоправданно длительно затягивается, учитывая, что процессуальный закон предусматривает более сжатые сроки рассмотрения жалоб по вопросам избрания меры пресечения в виде содержания под стражей, считаем необходимым на данной стадии процесса дополнительно обжаловать приговор в части, касающейся избранной Н. меры пресечения, до рассмотрения основных жалоб по существу.

Принятое при постановлении приговора суда в отношении Н. процессуальное решение в части изменения ему меры пресечения с наименее строгой на наиболее строгую считаю преждевременным, необоснованным и несправедливым, а также не отвечающим целям и задачам правосудия. Часть 4 статьи 7 УПК РФ требует, чтобы любое решение суда было законным, обоснованным и мотивированным. Приговор суда в части решения об избрании в отношении Н. меры пресечения в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу таковым признан быть не может.

Согласно части 1 статьи 110 УПК РФ мера пресечения отменяется или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ. Таких оснований в обжалуемом приговоре не приведено. Напротив, как следует из приговора, Н. ранее не судим, положительно характеризуется по месту жительства и работы, постоянно проживает в Москве, более 12 лет занимается адвокатской деятельностью…

Необходимо учесть, что второй осужденный по делу – А., а также С., признанный по уголовному делу потерпевшим, ранее осуждены к реальным срокам по другим уголовным делам в связи с чем содержатся под стражей. Н. вынужден в настоящее время содержаться в одном следственном изоляторе с указанными лицами, которые, кроме того, являлись его бывшими подзащитными… Полагаю, что при таких обстоятельствах изменение Н. меры пресечения на прежнюю до рассмотрения апелляционных жалоб по существу будет являться разумным и справедливым процессуальным решением, а также позволит подзащитному максимально реализовать свои права на защиту в апелляционной инстанции…»
Одновременно с жалобой, было подано ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока на обжалование избранной меры пресечения, срок которой к моменту подачи жалобы составлял уже ровно три месяца.

Надо отдать должное тому, что судья Хамовнического районного суда г. Москвы не только принял к производству жалобу, но и восстановил пропущенный на обжалование меры пресечения процессуальный срок (в основной апелляционной жалобе ставился вопрос об отмене меры пресечения в случае отмены приговора. – Прим. авт.), подготовил необходимые материалы из уголовного дела, касающиеся меры пресечения, и направил их в Московский городской суд для рассмотрения по существу.

Через месяц была назначена дата судебного заседания суда апелляционной инстанции. Однако в день заседания меня уведомили о том, что без рассмотрения жалобы по существу судья апелляционной инстанции Московского городского суда Н.В. Борисова 16 августа 2013 г. приняла решение возвратить материал в Хамовнический районный суд г. Москвы для надлежащего оформления. При этом судья в мотивировочной части постановления лишь сослалась на то, что: «согласно требованиям уголовно-процессуального законодательства данное решение обжалуется совместно с итоговым решением».

Обжаловать в кассационном порядке данное постановление мы посчитали нецелесообразным. Иных примеров рассмотрения по существу аналогичных апелляционных жалоб и ходатайств в московском регионе не установлено.

Однако я предпринял еще одну попытку изменить подзащитному меру пресечения в доапелляционной стадии.

Так, по истечении пятимесячного срока после вынесения приговора по делу в отношении адвоката Н. и, соответственно, такого же срока содержания его под стражей в следственном изоляторе, принимая во внимание, что дело по разным причинам, не зависящим от подзащитного, все еще не было сдано в канцелярию суда и не направлялось для рассмотрения по существу в суд апелляционной инстанции (несмотря на жалобы председателю Хамовнического районного суда г. Москвы) судье, постановившему приговор, стороной защиты было заявлено ходатайство об изменении ранее избранной судом меры пресечения.

В ходатайстве обращалось внимание на нарушение требований ст. 6.1 УПК РФ о разумности срока уголовного судопроизводства, а также на то, что нормы действующего законодательства не ограничивают полномочия судьи, в производстве которого все еще находится дело в доапелляционной стадии процесса, принять процессуальное решение в порядке, предусмотренном ст. 110 УПК РФ и главой 13 УПК РФ. К ходатайству было приложено личное поручительство за надлежащее поведение Н., данное вице-президентом АП Московской области.

Заявленное ходатайство было возвращено судьей без рассмотрения по существу со ссылкой на то, что вопрос о мере пресечения разрешается исключительно в суде апелляционной инстанции. Дело в кратчайшие сроки было направлено в суд апелляционной инстанции, где незаконный не только по нашему мнению, но и по мнению прокуратуры города Москвы приговор, к сожалению, вступил в силу.

Стоит отметить, что в настоящее время ЕСПЧ коммуницировал жалобу по делу незаконно осужденного адвоката Н., и, надеюсь, в ближайшее время будет принято положительное для нас решение международного суда.

Защищая подсудимого по другому уголовному делу, рассматриваемому в одном из судов города Саратова, я узнал о том, что в этом регионе суд апелляционной инстанции принимает к производству жалобы на приговор в части избранной меры пресечения и рассматривает их по существу отдельно от приговора.

В нашем случае после того, как суд одновременно с постановлением приговора абсолютно немотивированно изменил подзащитному, находящемуся в болезненном состоянии, действующую меру пресечения в виде домашнего ареста на содержание под стражей в следственном изоляторе, в трехдневный срок, предусмотренный п. 11 ст. 108 УПК РФ, мы подали жалобы в Саратовский областной суд, которые в кратчайший срок были рассмотрены судом апелляционной инстанции.

Правда, как в этом, так и в других подобных случаях, рассчитывать, что суд апелляционной инстанции «возьмет на себя смелость» изменить меру пресечения на менее строгую, не пришлось. Однако, несмотря на неурегулированность в процессуальном законе рассматриваемого вопроса, позиция Саратовского областного суда о необходимости отдельного рассмотрения «усеченной» от приговора жалобы заслуживает уважения, поскольку соответствует требованиям Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Конституции РФ.

По моему мнению, своевременное обжалование подобных решений о немотивированных изменениях меры пресечения на стадии постановления приговора не только необходимо, но и послужит дополнительным аргументом при защите нарушенных прав в ЕСПЧ, в том числе по заявлениям о принятии срочных мер реагирования.

Предложения по изменению закона
Подобные коллизии между законом и судебной практикой стали возможны из-за несовершенства действующего процессуального закона, что, безусловно, негативно отражается на справедливости судопроизводства и правах осужденных.

В целях устранения подобных нарушений 3 июля 2015 г. депутат Госдумы Д.В. Коломиец внес проект закона о поправках в УПК РФ, которым предусматривается исключение подп. 10 п. 1 ст. 308 УПК РФ и дополнение п. 2 ст. 313 УПК РФ подпунктом 2.2 следующего содержания: «В случае изменения или продления подсудимому меры пресечения до вступления приговора в законную силу суд выносит определение (или постановление) об избрании или продлении указанной меры пресечения».

На мой взгляд, необходимо также дополнить данный пункт поправок указанием на возможность обжалования принятого судебного решения в этой части по правилам п. 11 ст. 108 УПК РФ, чтобы избежать различий в толковании новой нормы.

Согласно пояснительной записке к проекту федерального закона «О внесении изменений в статьи 308, 313 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» проект закона подготовлен с целью соблюдения конституционных прав граждан на свободу и личную неприкосновенность, закрепленных ст. 22 и ст. 49 Конституции РФ, согласно которой каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.

Автор законопроекта обращает внимание, что действующим законодательством не предусмотрено обжалование одного из вопросов резолютивной части приговора, а именно: о мере пресечения до вступления его в силу (п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ) отдельно от всего приговора и до истечения срока на его обжалование. УПК РФ регламентирована процедура обжалования всего приговора в целом, а не по частям (ст. 389.2 УПК РФ). Также предусмотрен запрет на истребование уголовного дела из суда первой инстанции до истечения срока на апелляционное обжалование (ч. 2 ст. 389.4 УПК РФ), т.е. ранее 10 суток с момента его провозглашения. А в соответствии с ч. 2 ст. 389.11 УПК РФ стороны должны быть уведомлены о заседании не позднее, чем за 7 суток до его начала.

Как указывает автор поправок, исходя из смысла ст. 389.1, 389.2, 389.4, 389.11 УПК РФ рассмотрение жалобы по мере пресечения отдельно от приговора противоречит главе 45.1 УПК РФ, регулирующей производство в суде апелляционной инстанции. Но при этом формально жалоба на меру пресечения вместе с жалобой на приговор может быть рассмотрена судом апелляционной инстанции не ранее, чем через 17 суток с момента вынесения приговора. Поэтому УПК РФ в этой части противоречит ч. 4 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, поскольку делает невозможным судебный контроль за помещением лица под стражу после не вступившего в силу приговора.

Последствия изменения закона
Практикующие адвокаты в большинстве случаев сталкиваются с тем, что рассмотрение апелляционных жалоб и представлений затягивается до двух и более месяцев с момента постановления приговора. В моей практике был случай, когда такой срок составил более 8 (!) месяцев. Это объясняется различными обстоятельствами, связанными с процедурой обжалования и отсутствием в ст. 389.8 УПК РФ четких сроков, регламентирующих направление уголовного дела с принесенными жалобой, представлением и возражениями на них в суд апелляционной инстанции.

Однако именно в этот период времени осужденный, ранее находившийся на свободе, в отношении которого приговор еще не вступил в законную силу, вынужден ожидать решения своей участи в далеко не комфортных условиях. При этом срок его нахождения в СИЗО носит неопределенный характер и никем не контролируется.

Таким образом, на практике будет трудно представить ситуацию, когда вышестоящий суд отменит меру пресечения в виде заключения под стражу лицу, осужденному на реальный срок лишения свободы, при том, что приговор еще не был предметом пересмотра по существу.

Более того, когда осужденный уже фактически находится под стражей, судьям апелляционной инстанции субъективно еще сложнее принимать решения об отмене приговора, а тем более – о вынесении оправдательного приговора.

Но зачастую даже в случае отмены обвинительного приговора по любым основаниям и направления дела на новое рассмотрение суды редко идут на «обратное» изменение меры пресечения. Сказываются все еще не изжитые из сознания судей обвинительные стереотипы.

Представляется, что предложенная парламентарием поправка в процессуальный закон в случае ее утверждения будет способствовать не только укреплению гарантий для лиц, в отношении которых по результатам вынесения обвинительного приговора принято решение о взятии под стражу в зале суда, но и в конечном итоге положительно отразится на результатах защиты их прав и законных интересов, а также на своевременности исправления возможных судебных ошибок.

Игорь БУШМАНОВ,
адвокат АП Московской области, управляющий партнер АБ «АВЕКС ЮСТ»