×

Точка отсчета

Как определяется начало срока, в течение которого Европейский суд может принять дело к рассмотрению
Материал выпуска № 14 (55) 16-31 июля 2009 года.

ТОЧКА ОТСЧЕТА

Как определяется начало срока, в течение которого Европейский суд может принять дело к рассмотрению


В соответствии со § 1 ст. 35 Конвенции о защите прав человека и основных свобод Европейский суд по правам человека (далее – Суд) может принять дело к рассмотрению только в течение шести месяцев с даты вынесения национальными органами окончательного решения по делу. В практике Суда данное требование получило название «правило шестимесячного срока» (“the rule of six month” или “six month rule”).

На первый взгляд это правило выглядит понятным, и, казалось бы, его соблюдение не должно вызвать каких-либо затруднений. На самом деле в связи с применением этого правила могут вставать многочисленные вопросы: как исчисляется шестимесячный срок в тех случаях, когда средств правовой защиты либо не имеется совсем, либо они в определенный момент оказываются неэффективными; как исчисляется срок при длящихся нарушениях и при «серии» однотипных или различных нарушений; какой день считается датой подачи жалобы в Суд; восстанавливается ли пропущенный срок и др. Каждый из этих вопросов в свою очередь поднимет проблемы, от правильного разрешения которых может зависеть судьба поданной жалобы. Поэтому адвокат должен серьезно относиться к данному критерию приемлемости жалобы.

В настоящей статье представлен анализ вопроса о том, когда шестимесячный срок начинает свое течение.

«Правило шестимесячного срока» неразрывно связано с правилом исчерпания внутренних средств правовой защиты, поэтому начало течения срока зависит от наличия или отсутствия у заявителя внутренних средств правовой защиты. С этой точки зрения можно выделить три ситуации:

  • в распоряжении заявителя имеется эффективное средство правовой защиты;
  • в распоряжении заявителя имеется средство правовой защиты, однако его эффективность вызывает сомнения;
  • эффективного средства правовой защиты не существует.
В данной статье рассматриваются лишь те вопросы, которые возникают в первой ситуации.

Дата вынесения решения

В идеальном случае, не требующем какого-либо анализа, вынесенное окончательно решение оглашается (зачитывается судом) в полном объеме, в этот же день данное решение изготавливается в письменной форме и его копия также в этот день вручается и заявителю, и его представителю. (Вопрос о том, что является окончательным решением, в рамках данной статьи затрагиваться не будет.) Однако таких случаев практически не бывает, по крайней мере в нашей стране.

Анализ прецедентной практики Суда показывает, что нельзя просто исходить из того, что «дата вынесения решения» – это та дата, которая указана в самом решении, и шестимесячный срок определяется путем простого прибавления к этой дате шести месяцев. 

Нам приходилось сталкиваться с ситуациями, когда потенциальный заявитель отказывался от подачи жалобы, считая, что если после вынесения кассационного определения прошло более шести месяцев, то срок пропущен и подача жалобы бессмысленна. Однако во многих случаях при надлежащем обосновании можно убедить Суд в том, что шестимесячный срок пропущен не был.

К сожалению, прецедентная практика Суда не дает однозначного и четкого ответа на вопрос, что Суд понимает под термином «вынесение решения» в контексте «правила шестимесячного срока». В любом случае Суд толкует понятие «вынесение решения» весьма широко, и практика Суда поэтому требует глубокого анализа.

Дата получения копии решения

Существует обстоятельство, на которое Суд практически всегда обращает внимание при определении начала течения шестимесячного срока: имеет ли заявитель право на получение ex officio копии судебного решения.

Так, в деле «Ворм против Австрии» («Worm v. Austria»)  Суд указал, что «… согласно его прецедентному праву, исходя из смысла и цели правила ст. 35 § 1 Конвенции шестимесячный срок исчисляется со дня получения письменного судебного решения в случаях, когда заявитель имеет право в соответствии с внутригосударственным правом на получение ex officio письменной копии окончательного решения, даже тогда, когда данное судебное решение было оглашено устно».

Данную формулировку Суд воспроизводит в большинстве постановлений и решений, в которых рассматривается вопрос о соблюдении заявителем «правила шестимесячного срока».

В таких случаях Суд исходит из того, что шестимесячный срок не может начать свое течение до того момента, пока заявитель не будет в достаточной степени осведомлен об окончательном решении по делу («Багли против Франции» (Baghli v. France)).

Право на получение ex officio письменной копии окончательного решения является важным, но не единственным обстоятельством, на которое Суд обращает свое внимание.

Так, в деле «Ворм против Австрии» Суд, анализируя ситуацию, отметил то обстоятельство, что длительная задержка во вручении копии окончательного решения произошла исключительно по вине властей. Можно предположить, что в том случае, если ответственность лежала бы не на властях, а полностью или частично на заявителе, Суд мог бы прийти к другим выводам и, соответственно, принять другое решение.

Кроме того, в указанном деле Суд обратил свое внимание и на тот факт, что доводы, на которых было основано решение, были изложены на девяти страницах. Отсюда можно сделать вывод о том, что, если бы решение содержало меньшее количество страниц либо не содержало какого-либо правового обоснования, Суд мог бы прийти к выводу о том, что шестимесячный срок должен был начать свое течение в другое время.

Можно прогнозировать и то, что Суд мог бы поступить иначе, если бы, например, копия решения была вручена заявителю спустя не пять месяцев после оглашения, как в рассматриваемом деле, а спустя, скажем, два года. Представляется, что в этом случае Суд стал бы более тщательно анализировать ситуацию, в том числе и на предмет добросовестности действий заявителя. Суд мог бы, например, прийти к выводу о том, что заявитель на определенном этапе был обязан проявить инициативу и старательность и принять меры к получению копии решения от компетентных властей. Поэтому не исключено, что Суд мог бы признать шестимесячный срок пропущенным.

Итак, Суд при определении даты начала течения шестимесячного срока толкует положения ст. 35 § 1 Конвенции расширительно, понимая под указанной датой в том числе и дату получения копии соответствующего решения.

Полный текст статьи читайте в печатной версии "Новой адвокатской газеты" № 14, 2009