Международное правосудие претерпевает значительные изменения

В апреле в Москве прошел XX Международный конгресс «Блищенковские чтения», темой которого стало международное право в условиях глобального цивилизационного противостояния. В работе конгресса приняли участие представители системы ООН в Российской Федерации, Министерства иностранных дел РФ, Министерства юстиции РФ, Министерства науки и высшего образования РФ, институтов системы РАН.

Организатором конгресса выступила кафедра международного права юридического института РУДН им. Патриса Лумумбы, в числе соорганизаторов были МГИМО МИД России, Дипломатическая академия МИД России, Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, юридический факультет Белорусского государственного университета, Санкт-Петербургский государственный университет, кафедра международного и интеграционного права юридического факультета им. М. М. Сперанского Института права и национальной безопасности РАНХиГС при Президенте РФ, Российская ассоциация содействия ООН; в числе партнеров – Управление Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

Работа конгресса проходила в рамках пленарного заседания и круглых столов, темы которых касались международного права как основы поддержания международного мира и безопасности, международно-правового регулирования миграции и вынужденного перемещения, развития интеграции между Европой и Азией в условиях современных геополитических сдвигов, прав международных организаций и т. п.

Выступая с докладом на тему «Разумность сроков апелляционного обжалования в международном уголовном праве», я отметил, что в современном мире международное правосудие, которое играет ключевую роль в обеспечении правопорядка и привлечении к ответственности лиц, совершивших тяжкие преступления, претерпевает значительные изменения. Это, по моему мнению, обусловлено не только глобализацией, изменением мироустройства, ростом количества международных преступлений и вопросами к ООН и Международному суду в части объективного и беспристрастного правосудия, но и проблемами, связанными с практической деятельностью трибуналов ad hoc (на примере трибунала по бывшей Югославии) и Международного уголовного суда (МУС). Так, д. ю. н., профессор, член Всемирной Ассоциации международного права (член Комитета по правам человека данной ассоциации) и других ассоциаций Александр Мезяев, принимавший участие в защите президента Югославии Слободана Милошевича в Международном трибунале по бывшей Югославии (2003–2006 гг.) и других обвиняемых данного трибунала (профессора В. Шешеля и генерала Р. Младича), в своих работах неоднократно указывал на незаконность создания и деятельности трибунала, а также на нарушения прав обвиняемых¹.

Работа МУС также вызывает вопросы. Во-первых, ряд государств, включая Россию, Китай и США, отказались присоединиться к Римскому статуту. Это ставит под сомнение универсальность юрисдикции указанного суда. Во-вторых, МУС сосредоточен преимущественно на рассмотрении преступлений, совершенных в слаборазвитых африканских странах. В-третьих, сложная и длительная процедура расследования и судебного разбирательства в МУС нередко приводит к затягиванию процессов и неэффективной работе.

Обращаясь к срокам рассмотрения апелляционной жалобы, стоит отметить отсутствие в Правилах процедуры и доказывания (далее – ППД МУС) и Статутах каких-либо сроков. В ППД МУС в части процедуры апелляционного производства указано только, что апелляционная жалоба рассматривается в максимально короткие сроки (например, п. 4 правила 156 ППД МУС). В нормативных правовых актах трибуналов указанные сроки также не урегулированы. В связи с этим в МУС и трибуналах решение апелляционной палаты нередко выносится спустя два–три года после вынесения приговора и назначения наказания. Так, по одному из дел² приговор вынесен 29 мая 2013 г., а решение апелляции – 29 ноября 2017 г., – т. е. спустя более четырех лет. По другому делу³ ситуация аналогичная (решение апелляции вынесено спустя больше трех лет после приговора).

Особого внимания требуют случаи, когда апелляционным решением ранее осужденное лицо было оправдано. Так, приговором от 15 апреля 2012 г. Судебная палата признала виновным Анте Готовина в преступлениях против человечности и нарушении законов и обычаев и приговорила к 24 годам лишения свободы. Этим же решением за аналогичные преступления был осужден Младен Маркач с назначением наказания в виде 18 лет лишения свободы. Только 4 апреля 2012 г. Апелляционная палата издала распоряжение о графике апелляционных слушаний. Ошибки в факте и в праве явились основаниями для апелляционного обжалования решений судов, и в результате 16 ноября 2012 г. осужденные были оправданы⁴.

Председатель СКР Александр Бастрыкин в своем интервью «Российской газете» указал на возможность разработки решения «с российскими партнерами по таким организациям, как СНГ, ОДКБ, БРИКС, ШОС». Кроме того, об углублении многопрофильного сотрудничества с иностранными государствами в форматах Шанхайской организации сотрудничества и БРИКС, укреплении функциональных и институциональных основ взаимодействия в рамках РИК (Россия, Индия, Китай), отмечается в Указе Президента РФ от 2 июля 2021 г. № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации».

Изложенное дает основания полагать, что трансформация международного уголовного права в XXI в. отражает растущее осознание необходимости консолидированных усилий мирового сообщества по противодействию наиболее опасным преступлениям глобального характера. Дальнейшее развитие этой отрасли права будет определяться способностью государств и международных организаций найти адекватные ответы на новые вызовы современности.