×

Как ранее писала «АГ», 16 января Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ в Определении № 305-ЭС19-16954 по делу № А40-168999/2015 представила разъяснения относительно возможности и необходимости применения обеспечительных мер в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) при привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ПАО «Тайм Банк» конкурсный управляющий обратился с заявлением о принятии обеспечительных мер по обособленному спору о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности на сумму свыше 589 млн руб.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявленных требований, апелляция и кассация оставили данное определение без изменения.

Суды ссылались в первую очередь на то, что конкурсный управляющий не доказал, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным исполнение судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности, а также не подтвердил, что ответчиками по соответствующему обособленному спору принимаются меры по реализации принадлежащего им имущества и (или) что заявленные обеспечительные меры необходимы для предотвращения ущерба банку и его кредиторам.

Между тем ВС РФ со ссылкой на Конституционный Суд РФ указал, что исполнение судебного акта следует рассматривать как элемент судебной защиты.

Кроме того, высшая судебная инстанция сослалась на Постановление ЕСПЧ от 19 марта 1997 г. по делу «Хорнсби против Греции», из которого следует, что по смыслу ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод право на исполнение судебного решения должно рассматриваться как неотъемлемая часть судебной защиты.

Институт обеспечительных мер в настоящее время является одним из признаваемых в подобной ситуации правопорядком способов защиты прав кредиторов, своевременное и разумное применение которого устраняет препятствия к исполнению судебного определения в будущем, достигая тем самым цели правосудия.

Согласно ч. 1 и 2 ст. 90 АПК РФ, п. 1 ст. 46 Закона о банкротстве, а также п. 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 12 октября 2006 г. № 55 «О применении арбитражными судами обеспечительных мер» (далее – Постановление ВАС № 55) основанием для принятия обеспечительных мер является предполагаемая затруднительность или невозможность исполнения судебного акта либо предотвращение причинения значительного ущерба заявителю на случай, если испрашиваемые меры не будут приняты. Обеспечительные меры носят временный срочный характер, они должны быть направлены на обеспечение иска и соразмерны заявленному требованию.

Так, в п. 10 Постановления ВАС № 55 разъяснено, что в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 92 АПК РФ заявитель должен обосновать причины обращения с требованием о применении обеспечительных мер. Поскольку обеспечительные меры являются ускоренным средством защиты, для их применения не требуется представления доказательств в объеме, необходимом для обоснования требований и возражений стороны по существу спора. Обязательно представление заявителем доказательств наличия оспоренного или нарушенного права, а также факта его нарушения.

Законодатель предусмотрел упрощенную процедуру разрешения вопроса о применении обеспечительных мер, установив механизм, обеспечивающий соблюдение прав и законных интересов ответчика.

Согласно ст. 95 АПК РФ и п. 22 Постановления ВАС № 55 по ходатайству ответчика обеспечительная мера может быть заменена или отменена судом.

ВС РФ обратил внимание, что вопрос о принятии обеспечительных мер рассматривался судом первой инстанции с извещением заинтересованных лиц. Ответчики, в свою очередь, ни в первой инстанции, ни в апелляции не предприняли никаких шагов для предоставления доказательств того, что ими принимаются меры по возмещению вреда либо по сотрудничеству с АСВ на предмет раскрытия информации, позволяющей проследить судьбу имущества банка, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов, и т.д.

Таким образом, ВС РФ оценил характер поведения ответчиков как один из критериев для оценки при принятии решения о применении или неприменении обеспечительных мер. Поскольку упомянутых доказательств ответчики не представили, Суд пришел к выводу, что существует высокая вероятность того, что в дальнейшем названные лица продолжат действовать недобросовестно и по этой причине после определения размера ответственности каждого из них без принятия испрашиваемых обеспечительных мер взыскание сумм возмещения вреда будет существенно затруднено, что причинит ущерб кредиторам банка.

Напомню, что ВС РФ в конце 2018 г. уже высказывал аналогичную позицию в Определении от 27 декабря 2018 г. № 305-ЭС17-4004 (2) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве), определение об отказе в принятии обеспечительных мер было отменено и направлено в суд первой инстанции, где ходатайство конкурсного управляющего было удовлетворено и приняты обеспечительные меры (определение Арбитражного суда г. Москвы от 5 февраля 2019 г. по делу № А40-80460/2015, оставленное без изменения Девятым арбитражным апелляционным судом и вступившее в силу 15 апреля 2019 г.).

В рассматриваемом Определении ВС РФ еще раз напомнил нижестоящим судам о необходимости отойти от формального подхода при рассмотрении обеспечительных мер и учитывать наличие разумных подозрений относительно возникновения обстоятельств, указанных в ч. 2 ст. 90 АПК РФ.

ВС РФ критикует такой формальный подход нижестоящих судов при рассмотрении ходатайств о принятии обеспечительных мер.

Приведенная позиция вышестоящего суда, на мой взгляд, может двояко отразиться на судебной практике – с одной стороны, интересы кредиторов станут более защищенными и будут обеспечиваться арестованным имуществом, с другой – необходима выработка критериев обоснованности применения обеспечительных мер с целью избежать необоснованного применения.

Выводы, указанные в Определении от 16 января, пока не получили широкого распространения в практике. Между тем позиция, выраженная в Определении от 27 декабря 2018 г., была неоднократно использована судами апелляционной и кассационной инстанций.

В частности, судами апелляционной инстанции было выявлено 189 судебных актов, из которых в 144 делах было отказано в отмене принятых судами первой инстанции обеспечительных мер, в 39 делах заявление о принятии обеспечительных мер удовлетворено полностью или частично.

Значительный рост количества цитирований судами Определения от 27 декабря 2018 г. при вынесении судебных актов наблюдался больше во второй половине 2019 г. Так, с января по июль апелляционными судами рассматривалось от 5 до 15 дел в месяц; с августа по декабрь – от 16 до 34 дел.

Данное Определение применялось при рассмотрении 172 дел о банкротстве, 14 гражданских и 4 дел об административных правонарушениях.

Девятый, Седьмой, Семнадцатый и Восьмой апелляционные суды за весь период рассмотрели от 21 до 35 дел; Одиннадцатый, Тринадцатый и Пятнадцатый – от 11 до 14; Десятый и Двенадцатый – от 7 до 9 дел, другие апелляционные суды – не более 4 дел.

Таким образом, анализ судебной практики показывает, что Определение от 27 декабря 2018 г. широко применялось в судах апелляционной инстанции в качестве обоснования необходимости принятия обеспечительных мер.

В судах кассационной инстанции ситуация сложилась иначе – широкого распространения указанное Определение не получило.

Так, за весь период судами кассационной инстанции было рассмотрено 92 судебных акта. В большей части суды не принимали ссылки заявителей на это Определение и отказывали в применении обеспечительных мер.

В качестве оснований для отказа, суды использовали следующие доводы1:

  • обстоятельства дела не сходятся с обстоятельствами дела, рассматриваемого в Определении от 27 декабря 2018 г.;
  • заявителем не доказано, что с момента введения процедуры предпринимались меры по выводу имущества;
  • доводов конкурсного управляющего, основанных на предположениях, недостаточно.

Упомянутое Определение применялось при рассмотрении 85 дел о банкротстве и 7 гражданских. Количество дел, рассматриваемых судами округов, не превышало 13 в месяц.

Арбитражный суд Московского округа за весь период рассмотрел 62 дела, Западно-Сибирского округа – 11; Уральского округа – 6; Поволжского округа – 4; Восточно-Сибирского округа – 3; Дальневосточного округа – 2, Волго-Вятского, Северо-Западного, Северо-Кавказского и Центрального округов – по одному делу. Таким образом, анализ практики окружных судов показал, что наиболее широко позиция, изложенная в обсуждаемом Определении, использовалась в Московском округе.

Следовательно, у конкурсного управляющего (кредиторов) больше шансов убедить суд принять обеспечительные меры в судах первой и апелляционной инстанций, в то время как суды кассационной инстанции более осторожно относятся к позиции, выраженной в Определении ВС РФ от 27 декабря 2018 г. и руководствуются ею лишь в случае полного совпадения обстоятельств дела.


1  Постановления Арбитражного суда Московского округа от 17 декабря 2019 г. № А40-125012/2016, от 25 ноября 2019 г. № А40-77625/2012.

Рассказать:
Другие мнения
Семикина Елена
Семикина Елена
Адвокат Томской объединенной коллегии адвокатов

«Мучительная агония преюдиции» в гражданском процессе
Арбитражное право и процесс
Применение норм о преюдиции в актах высших судебных инстанций
24 Ноября 2020
Козенков Александр
Решение о сносе мусорного полигона в Архангельской области устояло в апелляции
Арбитражное право и процесс
Суды выявили ряд нарушений, допущенных при строительстве объекта
23 Ноября 2020
Болдинова Екатерина
Болдинова Екатерина
Адвокат, партнер Five Stones Consulting
Не ухудшает, но и не улучшает…
Конституционное право
Конституционный Суд пока не разрешил коллизию позиций судов и ФНС
20 Ноября 2020
Краснова Ирина
Краснова Ирина
Адвокат, партнер CriminalDefenseFirm
Карантин в СИЗО – не повод лишать права на участие в заседании суда
Уголовное право и процесс
Избрание и продление стражи в отсутствие подзащитного не должно стать нормой
19 Ноября 2020
Мунтян Алексей
Cоучредитель Ассоциации профессионалов в области приватности (rppa.ru)
Предстоит пройти долгий путь
Международное право
России будет непросто получить признание адекватности
17 Ноября 2020
Лагутин Максим
Лагутин Максим
Ведущий эксперт по защите персональных данных Б-152
Что нужно изменить
Международное право
Как достичь адекватной защиты персональных данных
17 Ноября 2020