16 июня Верховный Суд вынес Определение № 307-ЭС22-5301 по делу № А56-82830/2020, в котором согласился с выводами апелляции, сделанными при повторном рассмотрении дела, о том, что лизингодатель несет риски неисполнения выбранным им продавцом предмета лизинга своих обязательств и не вправе требовать уплаты процентов от лизингополучателя или удерживать их при осуществлении завершающих расчетов по договору лизинга.
Суды поддержали лизинговую компанию в споре лизингополучателем
13 февраля 2020 г. ООО «Ресурс» заключил с АО «Сбербанк Лизинг» договор лизинга, согласно которому лизингодатель принял на себя обязательства приобрести в собственность предмет лизинга – экскаватор Hyundai R330LC-9S и предоставить его во временное владение и пользование лизингополучателю на срок, в порядке и на условиях, установленных договором лизинга. В соответствии с договором, к отношениям сторон применяются Правила предоставления имущества в лизинг, которые являются неотъемлемой частью договора и опубликованы на официальном сайте общества «Сбербанк Лизинг». Графиком платежей было предусмотрено внесение предварительного платежа в размере 2,56 млн руб., а также периодических ежемесячных платежей в период с 25 марта 2020 г. по 25 февраля 2023 г. на общую сумму около 15,86 млн руб. и последнего платежа (выкупной стоимости) в размере 1 тыс. руб.
13 февраля 2020 г. общество «Ресурс» перечислило предварительный платеж лизинговой компании в размере более 2,5 млн руб. В тот же день во исполнение договора лизинга «Сбербанк Лизинг» заключил с ООО «ТехМашЮнит» договор купли-продажи экскаватора, общая стоимость которого составила около 12,8 млн руб. Стороны согласовали срок поставки товара не позднее 16 марта 2020 г., при условии поступления на расчетный счет продавца денежных средств в размере общей стоимости товара. В тот же день лизингодатель перечислил «ТехМашЮнит» общую стоимость товара. В последующем общество «Ресурс» произвело уплату двух лизинговых платежей 25 марта и 27 апреля 2020 г. на сумму около 370 тыс. руб. каждый.
В связи с тем, что продавец не произвел отгрузку предмета лизинга в установленный срок, общество «Ресурс» направило лизингодателю письмо с требованием расторгнуть договор купли-продажи и договор лизинга. 2 июня 2020 г. АО «Сбербанк Лизинг» уведомило продавца об отказе от исполнения договора купли-продажи и возврате уплаченных по договору денежных средств в размере около 12,8 млн руб.
Ссылаясь на наличие у лизингополучателя задолженности по лизинговым платежам, «Сбербанк Лизинг» в одностороннем порядке отказался от исполнения договора лизинга, направив «Ресурсу» уведомление от 16 июля 2020 г. о расторжении договора.
25 сентября 2020 г. «ТехМашЮнит» платежным поручением вернул АО «Сбербанк Лизинг» денежные средства в размере 12,8 млн руб. После получения указанной суммы и по результатам произведенного сальдирования встречных обязательств по договору лизинга «Сбербанк Лизинг» 25 ноября 2020 г. перечислило обществу «Ресурс» более 1,5 млн руб.
ООО «Ресурс» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к АО «Сбербанк Лизинг» о взыскании 1,77 млн руб., процентов за пользование чужими деньгами за период с 25 сентября по 25 ноября 2020 г. в размере около 24 тыс. руб. и за период с 25 ноября 2020 г. по 1 февраля 2021 г. в размере 14 тыс. руб. Истец указал, что лизинговая компания, получив от лизингополучателя предварительную оплату и два лизинговых платежа на общую сумму около 3 млн руб., а также возврат стоимости товара от продавца на сумму около 13 млн руб., возвратило лизингополучателю только более 1,5 млн руб., что привело к образованию на стороне лизинговой компании неосновательного обогащения на сумму около 1,77 млн руб.
Суды отказали в удовлетворении иска. Они исходили из того, что по условиям договора лизинга выбор продавца и предмета лизинга осуществлен лизингополучателем, в связи с чем именно лизингополучатель несет риск неисполнения поставщиком обязанности по передаче предмета лизинга и сохраняет обязанность по внесению лизинговых платежей, несмотря на то, что предмет лизинга не был получен.
Как отмечено судами, сальдирование встречных обязательств сторон по договору лизинга должно происходить на условиях, установленных п. 10.10.1 Правил лизинга, исходя из «суммы закрытия сделки», указанной в графике лизинговых платежей на период возврата предварительной оплаты по договору купли-продажи (сентябрь 2020 г.), а сальдо встречных предоставлений по договору – сложилось в пользу общества «Ресурс» в сумме более 1,5 млн руб. Поскольку 25 ноября 2020 г. данная сумма была перечислена истцу на расчетный счет, это свидетельствует о надлежащем исполнении лизинговой компанией своих обязательств.
При первом рассмотрении ВС предложил сторонам представить расчет сальдо встречных предоставлений
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС Определением от 6 октября 2022 г. отменила решения трех инстанций, направив дело на новое. Она указала на неправильное применение судами положений п. 2 ст. 22 Закона о лизинге, по смыслу которого лизингодатель не вправе начислять проценты (плату) за пользование финансированием, если он отвечал за выбор продавца предмета лизинга или уклонялся от содействия лизингополучателю в удовлетворении его договорного интереса, например, если предмет лизинга не был передан продавцом по обстоятельствам, зависящим от лизингодателя, либо лизингодателем не предприняты меры по расторжению договора купли-продажи и возврату произведенной за предмет лизинга предварительной оплаты.
Экономколлегия при направлении дела на новое рассмотрение указала судам на необходимость дать оценку доводам и возражениям сторон относительно того, лизингополучателем или лизингодателем в действительности был осуществлен выбор продавца предмета лизинга, с учетом доказательств, раскрывающих порядок формирования воли сторон на заключение договоров лизинга и купли-продажи, фактическую последовательность совершения действий для заключения упомянутых сделок.
Кроме того, Верховный Суд также признал неправомерным вывод судов о применении п. 10.10.1 Правил лизинга при рассмотрении дела, поскольку предложенный лизинговой компанией и примененный судами порядок определения завершающей договорной обязанности сторон имеет очевидные признаки нарушения эквивалентности встречных предоставлений и нарушает баланс интересов сторон. Произведенные лизинговой компанией удержания составили до трети дохода, который мог быть получен от исполнения договора лизинга за три года, при том, что не оплаченный лизингополучателем период пользования финансированием являлся несоразмерно меньшим, составляя несколько месяцев. При рассмотрении дела ответчиком не была представлена информация о том, каким образом определена величина требований лизингодателя. В материалах дела отсутствуют сведения о процентах (плате за пользование финансированием), начисленных за период фактического пользования финансированием и остававшихся непогашенными на момент осуществления расчетов в сентябре 2020 г., сведения о начисленных неустойках и т.п. Представленный обществом «Сбербанк Лизинг» расчет сальдо встречных обязательств основан на «сумме закрытия сделки» в размере около 9,8 млн руб. при том, что в материалах дела отсутствуют доказательства, раскрывающие принцип определения этой суммы.
В связи с этим ВС указал судам на необходимость предложить сторонам в целях правильного разрешения спора представить расчет сальдо встречных предоставлений применительно к положениям п. 3-4 Постановления Пленума ВАС от 14 марта 2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».
При новом рассмотрении дела суды разошлись во мнениях
Определением АС г. Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18 апреля 2023 г. была произведена замена истца – общества «Ресурс» на ИП Светлану Гусарову. Предприниматель уточнила заявленные требования и просила взыскать со «Сбербанк Лизинг» около 1,8 млн руб., проценты за пользование чужими деньгами за период с 25 сентября по 25 ноября 2020 г. в размере около 24 тыс. руб., за период с 26 ноября 2020 г. по 30 января 2023 г. в размере более 308 тыс. руб. и за период с 30 января 2023 г. по дату фактического исполнения обязательства.
Повторно рассмотрев дело, суд удовлетворил иск в части взыскания более 616 тыс. руб. задолженности и соответствующей суммы процентов за пользование чужими деньгами. В удовлетворении остальных требований было отказано. Суд исходил из того, что материалы дела не содержат доказательств того, что лизинговая компания давала обществу «Ресурс» какие-либо гарантии, убеждала лизингополучателя в необходимости выбора продавца – общества «ТехМашЮнит», либо указывала ему, что договор лизинга на иных условиях и при ином продавце заключен не будет. В связи с этим именно лизингополучатель считается ответственным за выбор поставщика в данном случае.
При этом, отклоняя ссылки истца на преддоговорную переписку, суд отметил, что данная переписка не опровергает факт выбора поставщика лизингополучателем, поскольку содержавшееся в ней предложение «Сбербанк Лизинг» о поставке предмета лизинга не равнозначно выбору продавца по договору купли-продажи предмета лизинга. Такой выбор, исходя из обстоятельств дела, никто, кроме лизингополучателя, не принимал.
Устанавливая величину сальдо встречных предоставлений и определяя к взысканию в пользу истца более 616 тыс. руб., суд первой инстанции исходил из расчета, представленного лизинговой компанией, согласно которому в объем предоставления лизингодателя должна быть включена сумма процентов (платы) за пользование финансированием в размере более 1,1 млн руб., отклонив расчет истца.
8 сентября 2023 г. апелляция изменила решение первой инстанции, взыскав в пользу истца всю заявленную сумму основного долга, а также процентов за пользование чужими деньгами в соответствующей части. Она исходила из того, что «Сбербанк лизинг» не вправе удерживать плату за пользование финансированием из возвращенных поставщиком сумм, поскольку в действительности именно лизинговая компания предложила обществу «Ресурс» приобрести предмет лизинга у поставщика. Обосновывая данный вывод, апелляционный суд указал на совокупность представленных истцом доказательств, не исследованную судом первой инстанции в полном объеме, включавшую в себя размещенное на сайте лизинговой компании коммерческое предложение о продаже экскаватора, преддоговорную переписку с лизингодателем, а также приняла во внимание процессуальное поведение ответчика, не опровергнувшего представленные истцом доказательства.
Кассация отменила это постановление и направила дело на новое апелляционное рассмотрение. Окружной суд не указал на какие-либо нарушения апелляции норм процессуального права, связанные с оценкой доказательств, но при этом в качестве нарушения норм процессуального права, повлекшего отмену судебного акта, он назвал наличие в мотивировочной части постановления апелляции ссылки на решение первой инстанции, принятое при первоначальном рассмотрении дела.
Вновь рассмотрев дело, апелляционный суд согласился с выводами первой инстанции и 1 апреля 2024 г. оставил ее решение без изменения. Окружной суд оставил эти судебные акты в силе.
ВС указал, что лизингодатель несет риски неисполнения обязательства выбранным им продавцом
Впоследствии Светлана Гусарова обратилась в Верховный Суд с жалобой. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС со ссылкой на ч. 2 ст. 2, ч. 2 ст. 10 Закона о ВС РФ, ч. 4 ст. 291.14 АПК разъяснила, что, осуществляя толкование норм материального права при рассмотрении дела, ВС вправе указать судам, в частности, какие обстоятельства с учетом характера спорного материального правоотношения имеют значение для дела, какой из сторон они должны доказываться, какие доказательства являются допустимыми. Указания, данные в соответствии с ч. 4 ст. 291.14 АПК при осуществлении кассационного производства, направлены на обеспечение правильного толкования и применения норм материального и процессуального права и представляют собой неотъемлемую составную часть судебного акта Верховного Суда, в связи с чем имеют обязывающий характер для судов, которые должны обеспечить рассмотрение дела в соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции. Иное приводило бы к нарушению принципа правовой определенности и противоречило бы основным задачам арбитражного судопроизводства, связанным с обеспечением справедливого судебного разбирательства, формированием уважительного отношения к закону и суду.
Как отметил ВС, направляя настоящее дело на новое рассмотрение, он указал на необходимость проверки, какой из сторон договора лизинга был выбран продавец предмета лизинга, поскольку от данного обстоятельства согласно п. 2 ст. 22 Закона о лизинге зависит распределение рисков неисполнения продавцом своих обязательств и, соответственно, допустимость начисления лизинговой компанией процентов за пользование финансированием. Суд первой инстанции при новом рассмотрении дела ограничился выводом о том, что предложение лизинговой компании о приобретении предмета лизинга не свидетельствует об осуществлении выбора продавца. В нарушение ч. 1 ст. 168, п. 2 ч. 4 ст. 170 АПК в мотивировочной части решения суда первой инстанции от 19 мая 2023 г. не приведены мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные истцом в подтверждение доводов об осуществлении выбора продавца лизинговой компанией.
Несмотря на содержащиеся в определении Экономколлегии указания о распределении обязанности по доказыванию обстоятельств дела и необходимости возложения на ответчика – лизинговую компанию обязанности по представлению доказательств, раскрывающих порядок формирования воли сторон на заключение договоров лизинга и купли-продажи, фактическую последовательность совершения действий для заключения упомянутых сделок, суд первой инстанции фактически освободил ответчика от доказывания своих возражений на иск. Поведение ответчика, не представившего доказательства, раскрывающие порядок его взаимодействия с поставщиком до заключения договора лизинга, никакой оценки со стороны суда первой инстанции не получило, в то время как в силу положений ст. 8 и 9, ч. 1 ст. 65 АПК судопроизводство в арбитражных судах осуществляется на началах равенства сторон и состязательности, в связи с чем лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. При этом, добавил ВС, суд первой инстанции согласился с тем, что лизинговая компания, исходя из представленного ею расчета, вправе требовать уплаты процентов в размере более 1,1 млн руб., в то время как сам расчет процентов, содержащий данные о периоде начисления процентов, формуле расчета процентов и применявшейся процентной ставке, в материалах дела отсутствует, а итоговая сумма процентов – вновь составляет до трети дохода, на который могла рассчитывать лизинговая компания при исполнении договора, если бы он не был расторгнут.
Таким образом, указал Верховный Суд, первая инстанция не исполнила указания Судебной коллегии ВС ни при определении обстоятельств, подлежащих установлению по делу, и распределении бремени их доказывания, ни при проверке расчета лизинговой компании, несмотря на то, что именно эти недостатки, допущенные при первоначальном рассмотрении дела, послужили основанием для отмены судебных актов. Апелляция, рассматривая настоящее дело повторно, напротив, предприняла меры к установлению обстоятельств дела, дав оценку всей совокупности представленных сторонами доказательств и правильно распределив обязанность по доказыванию обстоятельств дела между сторонами.
Как обратила внимание Экономколлегия, апелляционный суд установил, что коммерческое предложение о продаже экскаватора Hyundai R330LC-9S было размещено 5 февраля 2020 г. в 17:14 на сайте «Сбербанк Лизинг» в виде оферты, содержащей фотографию экскаватора, его точное наименование и стоимость. Переговоры по приобретению экскаватора от имени лизинговой компании с представителем истца вел менеджер «Сбербанк Лизинг». Предложение с офертой, спецификация экскаватора были направлены менеджером на электронную почту общества «Ресурс» также 5 февраля 2020 г. в 17:23 в ответ на заявку лизингополучателя, выбравшего соответствующий предмет лизинга на сайте лизинговой компании. Впоследствии 12 февраля 2020 г. менеджером «Сбербанк Лизинг» на электронную почту общества «Ресурс» были направлены проекты договора лизинга и ДКП, которые были подписаны лизингополучателем.
Исходя из этого, разъяснила Экономколлегия, фактически после получения заявки от общества «Ресурс» на заключение договора лизинга лизинговая компания направила лизингополучателю полный пакет документов, содержащий как проект предполагаемого к заключению договора лизинга, так и проект договора купли-продажи с «ТехМашЮнит». Впоследствии договор лизинга и договор купли-продажи были заключены в один день, в переговорах о заключении ДКП с «ТехМашЮнит» участвовал исключительно представитель «Сбербанк Лизинг».
Как отметил Верховный Суд, представленные обществом «Ресурс» доказательства, свидетельствующие о выборе поставщика лизингодателем, не были опровергнуты «Сбербанк Лизинг» вопреки положениям ст. 65, 71 АПК. В частности, со стороны лизинговой компании не представлены доказательства, раскрывающие характер договорных отношений между «Сбербанк Лизинг» и поставщиками техники, в силу которых коммерческие предложения поставщиков размещаются на сайте лизинговой компании. Материалы дела не содержат доказательств, из которых бы следовало, что лизингополучатель самостоятельно взаимодействовал с потенциальным продавцом предмета лизинга, без участия лизинговой компании, и лишь впоследствии обратился к обществу «Сбербанк Лизинг» с заявлением о предоставлении финансирования путем приобретения техники у выбранного поставщика.
Таким образом, указал ВС, лизингополучатель фактически лишь выразил согласие с предложенными лизингодателем условиями, что не может рассматриваться как выбор продавца предмета лизинга по смыслу ст. 670 ГК и п. 2 ст. 22 Закона о лизинге. Соответственно, при определении сальдо взаимных предоставлений сторон при расторжении договора судам следовало исходить из того, что выбор продавца был осуществлен лизинговой компанией. Если лизингодатель ненадлежащим образом выполняет свою обязанность по выбору продавца предмета лизинга, что приводит к невозможности достижения экономической цели договора, то встречная обязанность лизингополучателя по внесению лизинговых платежей в силу ст. 328 ГК также не возникает.
В связи с этим Верховный Суд признал правильными выводы суда апелляционной инстанции, сделанные в постановлении от 8 сентября 2023 г., об осуществлении выбора продавца лизингодателем и, соответственно, о том, что «Сбербанк лизинг» несет риски неисполнения выбранным им продавцом предмета лизинга своих обязательств и не вправе требовать уплаты процентов от лизингополучателя или удерживать их при осуществлении завершающих расчетов по договору лизинга.
При этом при повторном рассмотрении дела апелляция по сути уклонилась от надлежащей проверки законности и обоснованности решения суда первой инстанции от 19 мая 2023 г., воспроизведя в апелляционном постановлении от 1 апреля 2024 г. выводы суда первой инстанции, но в нарушение п. 12 ч. 2 ст. 270 АПК не привела мотивы, по которым апелляционный суд отклонил те же самые доказательства, которые при предыдущем рассмотрении дела были положены в основу постановления от 8 сентября 2023 г. Кассация, несмотря на наличие двух апелляционных постановлений от 8 сентября 2023 г. и от 1 апреля 2024 г., содержащих противоположные выводы относительно обстоятельств дела при неизменном объеме представленных доказательств, данное противоречие не устранила, при том, что в постановлении от 1 апреля 2024 г. значительная часть доказательств оставлена судом без какой-либо оценки. Выполнение указаний Судебной коллегии по экономическим спорам ВС, данных при направлении дела на новое рассмотрение, арбитражным судом кассационной инстанции фактически не было проверено.
Экономколлегия пришла к выводу, что постановление суда округа от 26 сентября 2024 г. не отвечает требованиям, предъявляемым к судебным актам арбитражного суда кассационной инстанции, поскольку доводы Светланы Гусаровой о невыполнении судами указаний, данных при направлении дела на новое рассмотрение, в названном постановлении не приведены и не получили судебной оценки. Таким образом, жалоба Светланы Гусаровой судом округа фактически не рассмотрена, что свидетельствует о невыполнении арбитражным судом кассационной инстанции при рассмотрении дела обязанности по осуществлению правосудия, о допущенном судом округа грубом нарушении норм процессуального права, повлиявшем на реализацию истцом своего конституционного права на судебную защиту.
В итоге Верховный Суд отставил в силе постановление суда апелляционной инстанции от 8 сентября 2023 г., поскольку оно принято при правильном применении норм материального и процессуального права, а постановление арбитражного суда кассационной инстанции от 21 декабря 2023 г., а также постановление апелляции от 1 апреля 2024 г. и постановление суда округа от 26 сентября 2024 г. – отменил.
Эксперты о выводах Верховного Суда
По мнению старшего преподавателя ИЗиСП при Правительстве РФ, к.ю.н. Дмитрия Чваненко, ВС РФ абсолютно справедливо заключил, что согласие лизингополучателя с предложенной лизингодателем кандидатурой продавца нельзя рассматривать как выбор лизингополучателем продавца. Он пояснил, что иной подход означал бы снятие с лизингодателя всякой ответственности за «неисправность» продавца, которого выбрал именно лизингодатель и, возможно, навязал лизингополучателю, ведь заключение договора со стороны лизингополучателя в любом случае является согласием с условиями сделки. «Следовательно, если в договоре поименован продавец, которого выбрал лизингодатель, то, указав в договоре продавца, лизингодатель снял с себя ответственность за неверный выбор такого продавца, что абсурдно», – заключил эксперт.
Адвокат, управляющий партнер юридической фирмы «Шашкин и Партнеры» Денис Шашкин назвал определение Верховного Суда прекрасным, хотя и «разносным» для судов нижестоящих инстанций. Он обратил внимание, что высшая инстанция абсолютно верно указала на необходимость нижестоящих судов выполнять указания судов вышестоящих инстанций: «Увы, в ряде последних дел, которые мне приходится изучать и комментировать, суды на втором и даже третьем круге рассмотрений допускают одни и те же ошибки, на которые им указывают кассационные инстанции. Надеюсь, это не станет антитрендом».
По мнению Дениса Шашкина, совершенно верно указано на юридически значимое обстоятельство – инициативу выбора поставщика транспорта. В данном деле лизингодатель и продавец фактически выступили на одной стороне, так как именно лизингодатель предложил кандидатуру поставщика техники. Справедливо, что лизингополучатель не должен нести потери по оплате лизинговых платежей и первоначального платежа, так как не он предложил недобросовестного продавца, просрочившего поставку. «Определение положительно повлияет на защиту интересов лизингополучателей – от того, как быстро они получат технику, приобретаемую в лизинг, зависит выполнение контрактов, соблюдение сроков и возможность в принципе взяться за работу. В данном деле я бы предложил лизингополучателю также подумать и о взыскании убытков, которые могли возникнуть в связи с просрочкой поставки техники, если это препятствовало выполнению какого-то подрядного контракта», – заключил адвокат.
