Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 53-КГ25-7-К8, в котором пояснил, что если результат оказанной услуги в конечном счете направлен на использование в предпринимательской деятельности ее заказчика, то к возникшим отношениям нельзя применить Закон о защите прав потребителей.
8 июня 2020 г. Ирина Андреева заключила с Артемом Кратько договор возмездного оказания услуг, по которому последний обязался оказать юридическую помощь по подготовке, оформлению, регистрации и получению документов о переводе жилого дома без проведения работ по реконструкции, переустройству или перепланировке в нежилое помещение с целью размещения объекта придорожного сервиса, а также по изменению вида разрешенного использования земельного участка, позволяющего размещение на нем зданий для предоставления гостиничных услуг, магазинов, зданий для организации общественного питания, включая регистрацию соответствующих изменений в ЕГРН. Согласно договору, исполнитель должен был выполнить свои обязательства в период с 9 июня по 10 декабря 2020 г., стоимость услуг составила 200 тыс. руб. 9 июня 2020 г. Ирина Андреева оформила нотариально удостоверенную доверенность на имя Артема Кратько и передала ему аванс в размере 100 тыс. руб., остальная сумма должна была быть выплачена при передаче исполнителем заказчику документов о регистрации в ЕГРН изменения вида разрешенного использования и о переводе жилого дома в нежилое помещение.
3 августа 2021 г. Ирина Андреева заключила с Дмитрием Андреевым договор уступки права требования долга в размере 100 тыс. руб., переданных по договору возмездного оказания услуг. Впоследствии Дмитрий Андреев обратился в суд с иском к Артему Кратько о взыскании уплаченных денег, а также неустойки за период с 24 октября 2021 г. по день вынесения решения суда в размере 100 тыс. руб., штрафа за неисполнение в добровольном порядке требований потребителя в размере 100 тыс. руб., возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 40 тыс. руб. и почтовых расходов.
В ходе судебного разбирательства Артем Кратько в подтверждение факта исполнения им принятых на себя обязательств по договору представил копии градостроительного плана, заявлений, запросов, описей документов, принятых для оказания государственных услуг, уведомлений Управления Росреестра по Красноярскому краю.
В результате суд частично удовлетворил иск, указав, что обязательства выполнены исполнителем не в полном объеме. Ввиду того что договор содержит единую сумму вознаграждения и не предусматривает установления отдельного размера платы за каждое совершенное исполнителем действие, суд при определении стоимости выполненных Артемом Кратько услуг руководствовался стоимостью аналогичных услуг, оказываемых на территории г. Красноярска. Определив стоимость выполненных исполнителем услуг в размере 40 тыс. руб., суд первой инстанции взыскал с Артема Кратько разницу от уплаченной Ириной Андреевой денежной суммы в размере 60 тыс. руб.
Как установила первая инстанция, ответчик хотя и не имеет статуса индивидуального предпринимателя, но на систематической основе осуществляет представительские услуги в судах, что свидетельствует о необходимости применения правила, закрепленного в п. 4 ст. 23 ГК. С учетом этого с Артема Кратько также взысканы 100 тыс. руб. неустойки и 80 тыс. руб. штрафа, предусмотренных Законом о защите прав потребителей. С такими выводами согласились апелляция и кассация.
Артем Кратько обратился с кассационной жалобой в Верховный Суд РФ. Изучив материалы дела, Судебная коллегия по гражданским делам ВС отметила, что, согласно преамбуле к Закону о защите прав потребителей, под потребителем понимается гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары, работы или услуги исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
В п. 1 Постановления Пленума ВС от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает потребитель, а другой – организация либо индивидуальный предприниматель, осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми ГК РФ, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами РФ.
Таким образом, указал ВС, вывод суда первой инстанции о том, что истец является потребителем, ошибочен и сделан без исследования и оценки обстоятельств заключения договора, а также намерений по использованию результата исполненного договора. Так, из текста договора следует, что услуга по изменению вида разрешенного использования земельного участка и по переводу жилого дома в нежилое помещение предоставлялась для использования этих объектов в предпринимательской деятельности. Данное обстоятельство исключает возможность применения к спорным правоотношениям Закона о защите прав потребителей.
В связи с этим Верховный Суд отменил решения трех инстанций, а дело направил на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
В комментарии «АГ» адвокат КА Новосибирской области «Бойко и партнеры» Светлана Немчинова отметила, что Верховный Суд РФ разъяснил важный и актуальный аспект того, что отношения по защите прав потребителей применяются не ко всем гражданам, физическим лицам, а только к гражданам, которые имеют статус потребителя: «Суд констатировал, что статусом потребителя обладает лишь тот гражданин, который использует, приобретает, заказывает либо имеет намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности».
Как заметила адвокат, ВС сделал свой вывод по результатам анализа текста заключенного договора, из которого следует, что услуга по изменению вида разрешенного использования земельного участка и по переводу жилого дома в нежилое помещение предоставлялась для использования этих объектов в предпринимательской деятельности. «В настоящее время я наблюдаю тенденцию судебной практики, когда суды не формально, только исходя из того, что истец является физическим лицом, исследуют возникшие отношения и, в случае если суд установит, что возникшие отношения не связаны с семейными, домашними, бытовыми нуждами, не применяют нормы Закона о защите прав потребителей, дополнительно дающие право на освобождение от уплаты государственной пошлины, взыскание штрафа, неустойки и компенсацию морального вреда. Вместе с тем имеется правовая неопределенность, связанная с установлением данных обстоятельств, поскольку законодателем конкретно не дано понятие “личные, семейные, домашние, бытовые и иные нужды, не связанные с осуществлением предпринимательской деятельности”, что приводит к тому, что в каждом конкретном случае суд принимает решение, руководствуясь только принципом внутреннего убеждения», – заключила Светлана Немчинова.
Адвокат Виктория Антипова согласилась с позицией Верховного Суда, который, по ее мнению, рассмотрел дело не формально, а с учетом фактической сущности сложившихся правоотношений. «Представляется, что истец сознательно пытался воспользоваться статусом потребителя как более защищенной стороны с точки зрения закона и сложившейся судебной практики, ведь у потребителя априори больше возможностей и “бонусов”, хотя бы в виде освобождения от оплаты госпошлины и возможности взыскания 50% штрафа. По моему мнению, в рассматриваемом случае сыграло роль то, что для применения Закона о защите прав потребителей неважно, зарегистрирован ли человек в качестве индивидуального предпринимателя или нет. Так, есть прецеденты, когда договор заключал ИП, но суд применял Закон (например, ИП купил бытовую технику для родственника). Но есть и обратные прецеденты, когда договор заключал гражданин без статуса ИП, но суд этот Закон не применил, так как в договор было включено условие о систематическом извлечении прибыли. Таким образом, гражданин может не иметь статуса ИП, но если услугу он приобретает для осуществления деятельности, направленной на извлечение прибыли, то суды не должны применять ЗОЗПП. Имеет значение только одно: для личных, семейных, бытовых нужд заключен договор или нет. Данная “пограничная” практика новой не является, поэтому сложно сказать, почему суды трех инстанций не заметили, казалось бы, явной предпринимательской направленности в деятельности истца», – отметила эксперт.
