Верховный Суд вынес Постановление по делу № 88-АД26-9-К8, в котором разъяснено, что отсутствие лица, в отношении которого установлен административный надзор, вне места жительства в течение одной ночи нельзя наказывать дважды, так как это правонарушение является длящимся.
Решением Асиновского городского суда Томской области от 9 апреля 2024 г. на Дмитрия Козлова было наложено ограничение в виде запрета пребывания с 23:00 до 06:00 вне места жительства.
11 ноября того же года и.о. мирового судьи судебного участка № 2 Колпашевского судебного района Томской области Дмитрий Козлов был привлечен к ответственности по ч. 1 ст. 19.24 «Несоблюдение административных ограничений и невыполнение обязанностей, устанавливаемых при административном надзоре» КоАП РФ за то, что 31 октября после 23:00 не находился по месту жительства. При этом 12 ноября тот же мировой судья привлек Дмитрия Козлова к ответственности за аналогичное правонарушение за отсутствие по месту жительства ночью 1 ноября. Впоследствии Восьмой кассационный суд общей юрисдикции оставил в силе постановление и.о. мирового судьи от 12 ноября.
Дмитрий Козлов обратился с жалобой в Верховный Суд. Изучив материалы дела и доводы сторон, судья ВС РФ Инна Переверзева напомнила со ссылкой на ч. 5 ст. 4.1 КоАП, что никто не может нести административную ответственность дважды за одно и то же административное правонарушение. В силу п. 7 ч. 1 ст. 24.5 Кодекса производство по делу не может быть начато, а начатое производство прекращается при наличии по одному и тому же факту совершения противоправных действий или бездействия лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о назначении административного наказания либо постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном той же статьей или той же частью статьи КоАП или закона субъекта РФ, либо постановления о возбуждении уголовного дела. При этом длящимся является такое административное правонарушение, которое выражается в длительном непрекращающемся невыполнении или ненадлежащем выполнении предусмотренных законом обязанностей.
В рассматриваемом случае, как заметила судья ВС, Дмитрий Козлов постановлениями и.о. мирового судьи был привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.24 КоАП за пребывание вне места жительства в период с 23:00 31 октября 2024 г. по 06:00 1 ноября 2024 г. В постановлении от 11 ноября несоблюдение указанного административного ограничения вменено Дмитрию Козлову 31 октября в 23:17, в постановлении от 12 ноября – 1 ноября в 03:49, т.е. в один и тот же период. Такое противоправное деяние является длящимся.
Таким образом, на момент вынесения мировым судьей 12 ноября 2024 г. постановления по этому делу о привлечении Дмитрия Козлова к административной ответственности за пребывание вне места жительства в период с 23:00 31 октября 2024 г. по 06:00 1 ноября 2024 г. он уже был подвергнут административному наказанию за несоблюдение указанного ограничения в этот период. Основанием для привлечения к административной ответственности послужили одни и те же обстоятельства. В нарушение требований ч. 5 ст. 4.1 КоАП Дмитрий Козлов дважды привлечен к административной ответственности по одному и тому же факту совершения противоправных действий.
Судья ВС РФ отметила, что разъяснения, изложенные в п. 10 Постановления Пленума ВС РФ от 22 декабря 2022 г. № 40 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, связанных с несоблюдением административных ограничений, устанавливаемых при административном надзоре», относятся к несоблюдению поднадзорным лицом иного установленного ему судом административного ограничения, которое выражается в неявке для регистрации в ОВД и в рассматриваемом случае применению не подлежат. В нем также разъяснено, что каждая такая неявка должна квалифицироваться как самостоятельное административное правонарушение с вынесением отдельного постановления по делу.
В постановлении ВС подчеркивается: у судьи кассационного суда не было повода заключить, что как самостоятельный состав административного правонарушения следует квалифицировать каждый выявленный случай несоблюдения поднадзорным лицом установленного ему административного ограничения в виде запрета пребывания в определенный период вне жилья, являющегося местом жительства. То обстоятельство, что отсутствие Дмитрия Козлова по месту жительства 31 октября 2024 г. в 23:17 и 1 ноября 2024 г. в 03:49 выявлено должностным лицом в разное время и зафиксировано отдельными актами, не стало основанием для квалификации его деяния в качестве самостоятельного состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.24 КоАП, как о том указано судьей кассационного суда.
В связи с этим Верховный Суд отменил обжалуемые судебные акты, прекратив производство по делу об административном правонарушении на основании п. 7 ч. 1 ст. 24.5 КоАП.
Член АП Ставропольского края Александр Польченко заметил, что в рассматриваемом случае Дмитрий Козлов был дважды привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 19.24 КоАП, при этом оба эпизода фактически имели место в течение одной ночи – с 31 октября на 1 ноября 2024 г., когда поднадзорное лицо обязано было находиться по месту жительства в силу установленного судом ограничения. «Орган, осуществляющий административный надзор, зафиксировав отсутствие Козлова дома в 23:17, повторно проверил его место жительства спустя всего 4 часа 30 минут – в 03:49. Формально безупречные контрольные мероприятия на практике свелись к фиксации одного и того же непрерывного факта отсутствия лица по месту жительства в рамках единого временного интервала действия запрета. На неправомерность такого подхода обоснованно указал ВС: правонарушение носит длящийся характер, поэтому повторный визит сотрудников полиции не образовал новый состав правонарушения. Подобные действия надзорного органа привели к искусственному дроблению единого деяния, составлению двух протоколов и, как следствие, к нарушению фундаментального правового принципа non bis in idem – запрета двойного наказания за одно и то же правонарушение», – пояснил он.
Мотивом для искусственной мультипликации эпизодов, по словам эксперта, нередко выступает ведомственный интерес: повышение количественных показателей работы либо формирование формальных признаков «систематичности» и «злостности» несоблюдения административных ограничений для последующей уголовно-правовой квалификации деяния по ст. 314.1 УК РФ. «Обоснованность данных предположений подтверждается картотекой Колпашевского городского суда, согласно которой Дмитрий Козлов в 2025 и 2026 гг. дважды привлекался к уголовной ответственности по ч. 2 ст. 314.1 УК за неоднократное несоблюдение ограничений, сопряженное с совершением правонарушения, посягающего на общественный порядок. Вынесенное судьей ВС РФ постановление о прекращении производства по второму административному делу имеет существенное преюдициальное значение: устранение одного из предикатных административных правонарушений разрушает признак неоднократности и открывает для указанного гражданина реальную перспективу пересмотра обвинительного приговора по вновь открывшимся или новым обстоятельствам», – заметил Александр Польченко.
Адвокат Межреспубликанской коллегии адвокатов г. Москвы Елизавета Бернштейн отметила, что рассматриваемое постановление Верховного Суда способно оказать существенное влияние на практику рассмотрения дел по ч. 1 ст. 19.24 КоАП и стать важным ориентиром для мировых судей, судей районных судов и кассационных судов общей юрисдикции. «Прежде всего оно должно исключить практику искусственного дробления одного длящегося нарушения на несколько административных правонарушений. На практике возможна ситуация, когда сотрудники полиции в течение периода действия запрета неоднократно проверяют место жительства поднадзорного лица и при каждом обнаружении его отсутствия оформляют отдельный материал. При последующем рассмотрении дела это может приводить к неоднократному назначению административных наказаний за фактически одно и то же противоправное поведение. После рассматриваемого постановления такой подход должен получить более критичную судебную оценку», – убеждена она.
Судам необходимо будет, как полагает эксперт, устанавливать не только время выявления нарушения, но и его фактические временные границы, характер поведения поднадзорного лица, содержание установленного ограничения и наличие либо отсутствие самостоятельных эпизодов противоправного поведения. «Второе важное последствие – усиление значения принципа запрета повторного привлечения к ответственности за одно и то же деяние. В данном случае ВС продемонстрировал, что этот принцип не должен оставаться исключительно формальной гарантией. Он подлежит реальному применению и в тех ситуациях, когда одно фактическое нарушение искусственно представляется несколькими административными эпизодами посредством составления различных протоколов и вынесения нескольких постановлений. Третье последствие касается деятельности ОВД. Рассматриваемая позиция требует более внимательного подхода к фиксации нарушений административного надзора. Сам по себе факт повторного обнаружения лица вне места жительства не освобождает должностное лицо от обязанности установить, имеет ли место продолжение ранее начатого нарушения либо возникло новое самостоятельное противоправное деяние», – отметила Елизавета Бернштейн.
Вместе с тем она полагает: это постановление ВС нельзя считать основанием для утверждения, что любое повторное нарушение административных ограничений в течение суток должно квалифицироваться как одно правонарушение. «Подобное толкование было бы чрезмерно широким. Если лицо прекратило первоначальное нарушение, вернулось по месту жительства, а затем вновь покинуло его в период действия запрета, обстоятельства могут свидетельствовать о совершении нового самостоятельного деяния. Каждый такой случай требует отдельной правовой оценки. Именно поэтому принципиальное значение будет иметь установление фактической непрерывности противоправного поведения, а не только совпадение календарной даты или вида нарушенного ограничения. Считаю позицию Суда обоснованной и соответствующей основополагающим принципам административного судопроизводства. Административный надзор представляет собой установленную законом систему профилактических ограничений, направленных на предупреждение совершения правонарушений и защиту государственных и общественных интересов. Однако достижение этих целей не может осуществляться посредством расширительного толкования оснований административной ответственности и назначения нескольких наказаний за одно фактическое деяние», – полагает Елизавета Бернштейн.
Она добавила: особенно важно, что лицо, находящееся под административным надзором, не должно оказываться в ситуации правовой неопределенности, когда продолжение одного и того же нарушения фактически рассматривается как основание для неограниченного увеличения количества административных наказаний. «Иное означало бы, что интенсивность административного преследования зависит не от количества совершенных правонарушений, а от количества проверок, проведенных сотрудниками полиции, и количества составленных ими процессуальных документов. Такой подход несовместим с принципами законности, справедливости и индивидуализации административной ответственности. В то же время это постановление ВС оставляет определенное пространство для дальнейших дискуссий относительно критериев разграничения длящегося нарушения и нескольких самостоятельных эпизодов. Представляется, что именно этот вопрос в дальнейшем потребует дополнительного внимания судебной практики. Для судебной практики это постановление ВС означает необходимость отхода от формального подхода к квалификации нарушений административных ограничений. Судам предстоит более тщательно устанавливать, имело ли место одно непрерывное противоправное поведение или несколько самостоятельных правонарушений», – резюмировала Елизавета Бернштейн.
Адвокат Иркутской областной коллегии адвокатов «Алиби» Алина Арбатская полагает, что это постановление Суда направлено на соблюдение баланса между целями административного надзора и недопустимости повторного привлечения к ответственности за одно и то же правонарушение. «Если длящееся нарушение продолжается несколько часов – это не дает оснований привлекать человека дважды за одно и то же непрерывное действие. Отграничение длящегося правонарушения от нескольких влияет как на квалификацию, так и на объем противоправных действий. ВС обоснованно разграничил запрет пребывания вне дома в определенное время и обязанность явки на регистрацию. Данное постановление Суда будет способствовать недопущению формальной оценки протоколов и недопущению двойной ответственности за одно и то же правонарушение, что положительно скажется на правоприменительной практике», – заключила она.
