«Доход минус расход» при разделе имущества супругов

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), как известно, относятся также доходы каждого из них от предпринимательской деятельности (п. 2 ст. 34 Семейного кодекса РФ).

Казалось бы, в данной норме все понятно и не может быть ничего сложного. Но не тут-то было…

Верховный Суд РФ опубликовал первый в этом году Обзор судебной практики № 1 от 10 июня 2020 г. (далее – Обзор), в котором рассмотрел, в частности, вопрос о разделе совместно нажитого имущества – дохода от предпринимательской деятельности одного из супругов при выполнении им работ и оказании услуг контрагентам (п. 10).

Вкратце напомню обстоятельства дела (Определение ВС РФ от 1 октября 2019 г. по делу № 78-КГ19-41). В период брака один из супругов – индивидуальный предприниматель – заключил с организацией договор на выполнение работ и оказание услуг. Работы были выполнены и услуги оказаны также в период брака и фактического совместного проживания супругов, однако оплата за них была произведена уже после прекращения совместного проживания супругов и развода. В связи с этим бывший муж счел полученный от организации-заказчика доход своим личным имуществом.

Бывшая супруга, в свою очередь, посчитала иначе и предъявила иск о разделе данного дохода, квалифицируя его как общее имущество.

В вынесенных по делу решениях суды первой и апелляционной инстанций удивили «правоприменительной фантазией». Так, они отказали в удовлетворении иска о разделе дохода, полученного супругом-предпринимателем, на том основании, что, во-первых, доход был получен после того, как супруги перестали совместно жить и расторгли брак, а во-вторых, в суде не было доказано, что полученный доход был использован на общие нужды семьи.

Удивительным в данных выводах, на мой взгляд, является то, что СК РФ не содержит положения, указывающего, что в совместную собственность супругов входят только предпринимательские доходы, передаваемые в бюджет семьи, а остальные доходы от предпринимательской деятельности являются собственностью супруга-предпринимателя.

На это обоснованно указал Верховный Суд РФ, рассматривая дело в качестве высшей судебной инстанции.

Более того, как справедливо заметил ВС РФ, важное значение по этому делу имеет период, когда у супруга-предпринимателя возникло право на получение от заказчика денежных средств за выполненные работы и оказанные услуги. Это произошло тогда, когда супруги и совместно проживали, и находились в браке. Поэтому фактическое перечисление денежных средств после прекращения брака не лишает экс-супругу права на получение части этих средств при разделе имущества.

В данном случае Верховный Суд пресек «волюнтаристское» толкование закона нижестоящими судами, что позволило вовремя восстановить нарушенные права и законные интересы другого супруга.

Кроме того, в Обзоре указано, что совокупный размер дохода от предпринимательской деятельности необходимо определять с учетом затрат, понесенных в процессе такой деятельности.

В этом, на мой взгляд, наблюдается некий новый поворот.

Норма п. 2 ст. 34 СК РФ не содержит упоминания о необходимости учитывать затраты – в ней идет речь только о доходах. Тем не менее я разделяю позицию ВС о необходимости учитывать затраты при определении подлежащего разделу между супругами дохода.

Осуществляя коммерческую деятельность, предприниматель несет расходы на аренду (офиса, склада и др.), приобретение материалов (расходных, строительных и др.), оплату транспортных услуг и связи, выплату заработной платы работникам, уплату налогов и социальных платежей и многое другое. Все эти затраты ему необходимы, иначе он не сможет выполнить обязательства перед заказчиками.

В то же время указанные платежи уменьшают его валовый доход и определяют размер чистой прибыли, которой предприниматель может распоряжаться по своему усмотрению, не обязательно расходуя ее на предпринимательскую деятельность. Сумма чистой прибыли и составляет часть денежных средств, подлежащую разделу как совместно нажитое имущество супругов.

При этом, как указал Верховный Суд в Обзоре, бремя доказывания размера расходов в силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ должно быть возложено на ответчика – в данном случае на супруга-предпринимателя. На практике это означает, что экс-супруге достаточно заявить в суде требование о разделе всего общего дохода и представить доказательства суммы валового дохода бывшего мужа-предпринимателя. Если тот не согласится с предложенным вариантом раздела дохода, то, как обоснованно заметил ВС, именно супруг обязан доказать размер затраченных на его получение средств.

Безусловно, в данном случае необходимо представлять исключительно письменные доказательства (договоры, акты, счета, счета-фактуры, платежные поручения, выписки из банка, приказы, товарные накладные, товарно-транспортные накладные и другое – в зависимости от обстоятельств дела). Они должны прямо свидетельствовать о затратах супруга-предпринимателя в целях получения подлежащего разделу в суде дохода. При этом необходимо, чтобы указанные документы отвечали принципу относимости в гражданском процессе – то есть напрямую указывали на получаемый в результате этих расходов доход. Кроме того, они должны быть заполнены, подписаны уполномоченными лицами и при необходимости скреплены печатями, что будет соответствовать принципу законности гражданского процесса.

Но будут ли данные документы «уменьшать» валовой доход даже при соблюдении всех перечисленных условий?

C высокой степенью вероятности можно предположить, что супруг-предприниматель в суде будет настаивать на признании уменьшения дохода. Другая сторона, в свою очередь, будет против этого возражать.

Именно в этой ситуации, учитывая позицию Верховного Суда, супругу-предпринимателю необходимо заявлять ходатайство о назначении судебной бухгалтерской экспертизы. Судебный эксперт, обладая специальными знаниями, сможет обосновать, какие из затрат супруга-предпринимателя действительно уменьшают доход, а какие нет, и это найдет отражение в его заключении.

Поэтому справедливо утверждение о том, что в спорах супругов есть третье лицо – бухгалтер.

Конечно, это шутка, но, как известно, в каждой шутке есть доля правды, в частности для случая, когда экс-супруги решат делить доход мужа-предпринимателя в суде.

Отмечу, что во времена Древней Руси, как полагают многие историки, имущество супругов было раздельным. В частности, к имуществу одного из супругов помимо доходов с владений могли также относиться деньги, полученные в результате совершения финансовых сделок или иных юридических операций. Об этом свидетельствуют новгородские берестяные грамоты, из которых следует, что мужчины и женщины, действуя независимо друг от друга, могли заключать договоры, выступать в судах по финансовым вопросам, действовать в качестве поручителей, заниматься каким-либо прибыльным делом (например, ремеслом или ростовщической деятельностью). По всей видимости, как утверждают историки, при разводе все заработанное таким образом имущество оставалось в собственности того, кто его заработал. На это указывают сохранившиеся разводные грамоты, в которых супруги обязуются не предъявлять друг другу никаких претензий¹.

Возвращаясь к Обзору ВС и положению п. 2 ст. 34 СК РФ, представляется целесообразным устранить пробел в законодательстве, четко определив в Кодексе, что под предпринимательским доходом подразумевается доход, уменьшенный на величину затрат (на сумму расходов, необходимых на получение дохода). Это позволит и не имеющему юридического образования человеку сразу понять, на что он может претендовать, и не допустить разочарования от судебной системы в случае, когда суд, рассматривая отдельно взятое дело, не удовлетворит в полном объеме его исковые требования в части получения доли от всего совокупного дохода бывшего супруга-предпринимателя.

Резюмируя, отмечу, что зачастую именно судебная практика опережает положения нормативных правовых актов. Поэтому мы, адвокаты, внимательно следим за ней, а порой даже ее формируем. Но нарабатываемый опыт желательно успевать еще и кодифицировать.