28 мая Правительство РФ внесло в Госдуму проект поправок в ст. 34 и 61.15 Закона о банкротстве (законопроект № 132289-8), принятие которого позволит лицам, привлекаемым к субсидиарной ответственности, участвовать в деле о банкротстве при рассмотрении вопросов, решение которых может повлиять на привлечение к ответственности. Законопроект разработан во исполнение Постановления Конституционного Суда РФ от 16 ноября 2021 г. № 49-П.
По состоянию на ноябрь 2021 г. положение контролирующего должника лица (далее – КДЛ) по вопросу его привлечения к субсидиарной ответственности можно было охарактеризовать фразой: «Без меня меня женили». Действительно, процессы о банкротстве юридических лиц могут длиться годами. В течение всего этого времени суды рассматривают заявления кредиторов о включении в реестр требований той или иной суммы денежных средств, которые, как полагают заявители, должник им был возвратить, но не сделал этого. По результатам проведения всех конкурсных процедур и завершении расчетов с кредиторами сумма денежных средств, оставшаяся непогашенной, составляет размер субсидиарной ответственности.
Вопрос о взыскании с КДЛ суммы субсидиарной ответственности разрешается судом в последнюю очередь (порой проходит несколько лет). К тому времени судебные акты о включении требований кредиторов в реестр, как правило, вступают в законную силу. Таким образом, заявитель спустя годы предъявляет КДЛ в судебном порядке «счет на оплату», равный сумме субсидиарной ответственности, и контролирующему лицу ничего не остается, кроме оспаривания наличия его вины в банкротстве должника, но не самого размера субсидиарной ответственности.
В подобных случаях КДЛ можно было только посочувствовать и морально поддержать. Однако 16 ноября 2021 г. Конституционный Суд РФ вынес Постановление № 49-П, в котором указал, что отсутствие возможности пересмотреть нарушающий или затрагивающий права КДЛ судебный акт по его жалобе на включение в реестр определенных требований кредиторов не согласуется с универсальным правилом о справедливом правосудии.
При этом КС отметил, что федеральный законодатель не лишен возможности осуществить регулирование, направленное на обеспечение баланса интересов всех участников правоотношений в рамках процедуры банкротства, в том числе определить порядок обжалования лицом – при его привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника – принятого без его участия судебного акта о признании требований кредиторов обоснованными.
На замечания КС оперативно отреагировало Министерство юстиции РФ и в феврале 2022 г. представило на общественное обсуждение законопроект, согласно которому предлагалось внести изменение в п. 1 ст. 61.15 Закона о банкротстве, дополнив его правом КДЛ заявлять возражения против требований кредиторов и обжаловать определения о включении этих требований в реестр, а также обращаться с жалобами на действия (бездействие) арбитражного управляющего, приводящие к уменьшению конкурсной массы.
Мы с коллегами приветствовали быстроту реакции Минюста, но при этом заметили, что недобросовестные КДЛ могут воспользоваться новым правом для «затягивания» дела о банкротстве в целях избежать законной ответственности за их вину в банкротстве должника.
Как видим, текст законопроекта, внесенного в Госдуму, изменился: изложенное новое право для КДЛ осталось, но добавилось больше процессуальной конкретики относительно времени его реализации с целью недопущения «затягивания» банкротного дела.
Итак, согласно законопроекту контролирующее должника лицо, желающее воспользоваться новым правом, должно подать в суд соответствующее ходатайство. Если оно будет удовлетворено, данное лицо будет допущено к участию в деле о банкротстве должника.
На этой стадии следует обратить особое внимание на обстоятельство, которое позволит суду удовлетворить ходатайство и допустить КДЛ к процессу:
- заявитель обязан доказать, что обладает признаками КДЛ;
- выполнить эту обязанность КДЛ должно в тот момент, когда у него появилась первая соответствующая процессуальная возможность.
Иными словами, недобросовестно ждать, когда дело о банкротстве должника будет подходить к завершению, а потом начать реализовывать указанное право и обжаловать, например, все подряд определения суда о включении требований кредиторов в реестр у КДЛ в случае принятия законопроекта в предложенной редакции не получится. На этом стоит заострить внимание.
В законопроекте предусмотрен «блок» такого действия, а именно: суд откажет в восстановлении пропущенного КДЛ срока обжалования судебного акта, если выяснит, что данное лицо имело фактическую возможность участвовать в деле о банкротстве, но не воспользовалось ею, – за исключением случая, когда оно не вступило в дело о банкротстве ввиду того, что добросовестно заблуждалось относительно наличия у него статуса контролирующего лица.
В то же время, думаю, не все КДЛ захотят реализовать предоставляемое новое право – в силу боязни самого факта установления их статуса контролирующего лица.
Напомню, что КДЛ условно можно разделить на две группы – «явные» и «скрытые». Установление в суде статуса «явного» КДЛ не представляет процессуальной трудности, в то время как выявить статус КДЛ для «скрытого» лица (например, для фактического бенефициара) на практике бывает сложно. Именно такие лица будут размышлять – стоит ли им сразу раскрывать свой статус и воспользоваться новым правом или предпочтительнее по возможности долго оставаться «в тени» и применить данный инструмент как средство защиты их интересов.
Законопроект содержит оговорку о том, что подача ходатайства об участии в деле о банкротстве не является признанием заявившим его лицом вины в банкротстве должника и не может служить основанием для привлечения данного лица к ответственности. Однако, на мой взгляд, этой оговорке не стоит придавать абсолютного характера.
Подводя итог, отмечу: если лицо желает иметь процессуальную возможность влиять на установление факта отсутствия его вины в банкротстве должника или на определение размера будущей субсидиарной ответственности, ему необходимо своевременно заявить о себе как о КДЛ, иначе потом такой возможности реализовать эти права не представится.
Очевидно, что законодатель, исполняя указания КС, решил не только предоставить КДЛ возможность законно «уменьшить» размер субсидиарной ответственности или попытаться освободиться от нее, но еще и ввести механизм недопущения злоупотребления новыми правами со стороны недобросовестных лиц.
Таким образом, «система сдержек и противовесов» между КДЛ, должником и кредиторами совершенствуется.
