Президиум Верховного Суда РФ утвердил Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан, в который вошли 65 правовых позиций.
Пункт 58 обзора внес существенные коррективы в правила освобождения граждан от обязательств по субсидиарной ответственности. По общему правилу после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов (п. 3 ст. 213.28 Закона о банкротстве).
Однако есть исключения, к которым относится, в частности, неосвобождение гражданина от долгов, возникших в связи с привлечением к субсидиарной ответственности (п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве). Верховный Суд конкретизировал положения данного пункта, разъяснив, что долги гражданина, являющегося контролирующим лицом юрлица-должника (КДЛ), могут быть списаны при соблюдении определенных условий.
Во-первых, требуется доказать, что действия КДЛ, в результате которых оно было привлечено к субсидиарной ответственности, не были сопряжены с умыслом или грубой неосторожностью.
ВС разграничил две формы вины. Так, умысел в данном случае выражается в осознании вредоносности совершаемых действий (бездействия), а также в предвидении наступления их негативных последствий. При этом грубая неосторожность отличается тем, что КДЛ в процессе деятельности не соблюдал минимальных требований осмотрительности, в результате чего должнику был причинен вред. Таким образом, поводом для освобождения от обязательств по субсидиарной ответственности может послужить совершение КДЛ действий из простой неосторожности – например, если КДЛ одобрял убыточные сделки по указанию основного контролирующего лица общества, но не являлся бенефициаром бизнеса и не извлекал из этого имущественную выгоду.
Во-вторых, важную роль играет добросовестность поведения КДЛ в ходе процедуры личного банкротства (в том числе если оно не препятствовало финансовому управляющему, предоставляло необходимые сведения и т.д.). При этом, как указал Верховный Суд, применение правил об освобождении от исполнения обязательств должно быть продиктовано социально-реабилитационными началами института потребительского банкротства.
С одной стороны, разъяснения ВС дали «зеленый свет» списанию «бесконечных» долгов КДЛ, с другой – породили массу дискуссий в контексте института субсидиарной ответственности.
Наиболее обсуждаемым в юридическом сообществе стал тезис о том, что лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности за простую неосторожность. Кроме того, из разъяснений косвенно следует, что арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве КДЛ, вправе давать свою оценку обстоятельствам, ставшим основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в другом деле о банкротстве.
Однако если обратить внимание на фабулу дела, положенного в основу разъяснений по данному пункту обзора, можно заметить, что в судебном акте о взыскании с КДЛ убытков отсутствовали выводы о причинении вреда умышленно или по грубой неосторожности. В частности, это может свидетельствовать о том, что арбитражный суд при решении вопроса об освобождении КДЛ от долгов исследует вопрос о форме вины только в случае отсутствия таких выводов в судебном акте о привлечении к субсидиарной ответственности. Однако это не исключает в дальнейшем возможность развития судебной практики по пути переоценки обстоятельств привлечения к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве КДЛ.
В целом практику списания долгов в банкротстве граждан на сегодняшний день можно назвать распространенной. Надо полагать, что новые разъяснения Верховного Суда только ускорят процесс освобождения населения от «безнадежных» (зачастую экономически нецелесообразных) долгов, возникших в результате привлечения к субсидиарной ответственности.
Наряду с этим был поднят дискуссионный вопрос о возможности привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности по причине простой неосторожности, в связи с чем не исключено, что в скором времени потребуются новые разъяснения ВС, дополняющие и конкретизирующие институт привлечения к субсидиарной ответственности в современных условиях.
