×
Панов Денис
Панов Денис
Адвокат КА Челябинской области «Стратегия»

С момента опубликования Минюстом России проекта Концепции регулирования рынка профессиональной юридической помощи прошло более года. Предполагаемый срок реализации первого этапа – 2018 г. – уже заканчивается, но проект так и не стал документом.

Затягивание его принятия и реализации позволило еще раз внимательно его изучить и обратить внимание на ряд проблем, которые, на мой взгляд, не способствуют достижению целей реформы. Речь идет о декларировании повышения уровня правовой защиты, юридических услуг, обеспечения доступа к правосудию.

Одними из существенных элементов реформирования являются фактическая коммерциализация адвокатской деятельности, замена юридической помощи оказанием юридических услуг, возможность создания адвокатских образований в форме коммерческих организаций.

Я отдаю себе полный отчет в том, что адвокаты работают не бесплатно, более того, в подавляющем большинстве желают, чтобы уровень их дохода был выше, чем он есть. Но далеко не всегда субъективные желания членов сообщества совпадают с интересами их профессиональной деятельности и интересами сообщества в целом.

Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» в качестве целей адвокатуры закреплены защита прав, свобод и интересов физических и юридических лиц, обеспечение их доступа к правосудию, а также прямо указано, что адвокатская деятельность не является предпринимательской.

Создание адвокатских образований в форме коммерческих организаций, заключение соглашений об оказании юридической помощи (или юридических услуг) с адвокатскими образованиями предполагают изменение целей адвокатуры, поскольку основная цель деятельности любой коммерческой организации – извлечение прибыли.

Необходимо проанализировать, не возникнет ли конфликт интересов такого адвокатского образования – извлечение прибыли – с интересами доверителя?

Любой субъект предпринимательской деятельности стремится снизить издержки и увеличить доходы – это способ извлечения прибыли. Само по себе это не служит препятствием для повышения качества юридической помощи, но будет ли это способствовать декларированной задаче реформы – повышению ее доступности?

Деятельность адвокатов подчинена формально закрепленным этическим нормам.

Коммерческий характер оказания юридических услуг, предполагающий использование маркетинга, рекламы, активное продвижение сопутствующих услуг, входит в противоречие с этическими принципами запрета навязывания юридической помощи, ограничения рекламы.

Заключение соглашения с адвокатским образованием предполагает, что исполнители услуги могут со временем измениться (иначе зачем заключать соглашение не с конкретным адвокатом?) – это не соответствует доверительному характеру соглашения об оказании юридической помощи и охране адвокатской тайны.

Способами повышения доступности платных юридических услуг, оказываемых коммерческими организациями, являются предоставление кредита, в том числе кредитной организацией – партнером; выкуп прав требования, принятие залогов. Для адвокатской деятельности это недопустимо.

Кроме того, коммерческий характер деятельности юридического лица с наемными работниками-адвокатами предполагает наличие вложившего собственные средства в уставный капитал инвестора, который закономерно ожидает получения доходности от капитала. Любые закрепленные в законе гарантии независимости адвоката от такого инвестора или руководителя адвокатского образования останутся только декларациями.

Предпринимательская деятельность предполагает получение коммерческой организацией кредита для развития – допустимо ли это для адвокатского образования и каким образом должны строиться отношения с кредитором? Предоставление кредита предполагает возможность изучения кредитором финансового состояния заемщика, что не соответствует сохранению адвокатской тайны как минимум в вопросе о факте обращения доверителя к адвокату, личности доверителя.

Представляется, что потребуется внесение в Кодекс профессиональной этики адвоката дополнительных норм, ограничивающих агрессивное продвижение юридических услуг коммерческими адвокатскими образованиями и устанавливающих этические нормы поведения участников и руководителей таких адвокатских образований. Вместе с тем коммерциализация адвокатской деятельности потребует в виде компромисса отступить от существующего уровня регулирования, расширить этические и юридические рамки дозволенного поведения адвокатов.

Проект предполагает установление временного упрощенного порядка при переходе юристов в адвокатуру как способа привлечения юристов.

Такой подход прямо противоречит как минимум двум принципам реформы: повышению качества оказания юридической помощи и повышению авторитета статуса адвоката как единственного судебного представителя на возмездной основе.

Очевидно, что и в настоящее время нет препятствий для того, чтобы любой юрист, имеющий необходимые знания, профессиональный юридический стаж, соответствующий требованиям, предъявляемым к адвокатам, сдал квалификационный экзамен для получения статуса адвоката. 

Авторы проекта обоснованно исходят из того, что вне адвокатуры существует значительное число успешных и профессиональных юристов, которые по своим профессиональных качествам достойны статуса адвоката, но не стремятся его приобрести из-за отсутствия необходимых стимулов.

Почему авторы проекта считают, что эти грамотные юристы не способны сдать квалификационный экзамен, как это сделали более 70 тысяч адвокатов?

Если они не обладают необходимыми знаниями и не способны сдать квалификационный экзамен, то на каком основании их следует признать квалифицированными адвокатами?

Авторы проекта утверждают, что в упрощенном порядке (без полного экзамена) в адвокатуру будут приняты юристы, которые подтвердят определенные квалификационные требования к стажу юридической профессии. Но в действующем Законе об адвокатуре уже предусмотрены определенные квалификационные требования к стажу претендентов на статус адвокатов. Многие претенденты, имеющие значительный (более 10–15 лет) стаж работы прокурорами, следователями, преподавателями вузов, ученые степени по юридической специальности, сдают квалификационный экзамен не с первого раза. 

Упрощенный порядок приема в адвокатуру повлечет наделение статусом адвокатов юристов, не обладающих необходимой квалификацией, что прямо противоречит цели реформы и не будет способствовать повышению качества юридических услуг. 

Также авторы проекта предлагают не взимать с лиц, вступающих в адвокатуру в упрощенном порядке, значительные вступительные взносы, как с других лиц. Тем самым игнорируются положения гражданского законодательства об имущественной самостоятельности адвокатских палат как некоммерческих организаций, основанных на членстве, которые уполномочены самостоятельно решать вопросы имущественного характера, в том числе о размере вступительных взносов. Кроме того, предполагаемое существенное расширение числа членов адвокатских палат повлечет рост их издержек, в том числе на увеличение занимаемых помещений, расширение штата сотрудников и т.п.

Необходимым стимулом для привлечения в адвокатуру профессиональных юристов является закрепление права осуществлять судебное представительство на возмездной основе только для адвокатов. Отсутствие такого стимула является причиной, по которой бизнес-юристы не стремятся стать адвокатами. 

В связи с этим вызывает недоумение, почему авторы проекта предлагают ввести такое ограничение только по окончании третьего этапа и с условием – после мониторинга изменений на рынке юридических услуг.

По сути, авторы проекта предлагают включить в упрощенном порядке (то есть без полного экзамена) в адвокатуру юристов с сомнительной квалификацией, которые по действующему закону не имеют необходимого стажа по юридической профессии, «размыть» этические нормы адвокатуры, не устанавливая главного стимула реформы – ограничения на судебное представительство и не определяя конкретной даты его введения. 

Авторы реформы не заставят бизнес-юристов стать адвокатами и подчиниться этическим нормам адвокатуры, если они смогут, как и сейчас, осуществлять судебное представительство без каких-либо ограничений.

Остается непонятной причина, по которой авторы проекта не желают вводить адвокатскую привилегию на возмездное судебное представительство в начале процесса реформирования, а не в неопределенный срок по окончании реформы.

В России в настоящее время существует множество профессиональных сфер, в которых правосубъектность участников правоотношений связана с получением лицензий либо с участием в саморегулируемых профессиональных организациях, сущность которых аналогична адвокатским палатам. При этом никто не возражает против «монополии» банков на банковскую деятельность и не утверждает, что лицензирование медицинской деятельности является ограничением конкуренции в сфере оказания медицинских услуг, либо обязательное участие арбитражных управляющих, аудиторов, оценщиков в саморегулируемых организациях ограничивает доступ заказчиков на получение качественных услуг в этих сферах. Требования к профессиональному стажу кандидатов в аудиторы или в профессиональные участники на рынке ценных бумаг более строгие, чем требования к профессиональному стажу кандидатов на статус адвоката, но у адвоката – лица, не имеющего никакого отношения к властным полномочиям, ограничения на профессиональную деятельность намного более суровые, сопоставимые с ограничениями для судей и прокуроров, то есть лиц, наделенных важнейшими государственными и конституционными функциями!

Если не вводить ограничение на судебное представительство на втором этапе реформы, то по итогам реформы мы получим многочисленную и малоквалифицированную адвокатуру и параллельно такое же, как и сейчас, сообщество бизнес-юристов. Реформа обернется не повышением, а снижением качества оказания юридической помощи адвокатами, и, как следствие, предоставление исключительного права на судебное представительство адвокатуре может быть вновь поставлено под сомнение и отложено на неопределенный срок.

Рассказать:
Другие мнения
Цветкова Ирина
Цветкова Ирина
Адвокат, LLM, основатель сервиса по финансированию судебных процессов PLATFORMA
Судебное финансирование: ключевые вопросы
Юридический рынок
Закрепление в законе соглашения о финансировании снизит риск признания его алеаторным договором
11 Июня 2019
Ёлкин Сергей
Ёлкин Сергей
Карикатурист
Судьба гонорара
Юридический рынок
Как определяется справедливость цены за оказание юридической помощи, какие проблемы встречаются при ее обжаловании и как изменится рынок после легализации «гонорара успеха»?
26 Апреля 2019
Иванов Алексей
Иванов Алексей
Управляющий партнер Адвокатского бюро «Правовой статус», член Комиссии по защите прав адвокатов АП Краснодарского края
От мифологизации к прагматизации и глобализации успеха
Юридический рынок
Почему «гонорар успеха» отвечает смыслу и духу оказания качественной юридической помощи
25 Февраля 2019
Сучков Андрей
Сучков Андрей
Исполнительный вице-президент ФПА РФ
Гарантированный гонорар
Юридический рынок
О судебном инвестировании и «гонораре успеха»
21 Февраля 2019
Соловьёва Елена
Соловьёва Елена
Адвокат АП г. Москвы
Дискуссионный вопрос
Методика адвокатской деятельности
Может ли адвокат, участвующий в деле, быть медиатором в рамках указанного дела?
26 Декабря 2018
Морозов Сергей
Морозов Сергей
LL.M., юрист международной юридической фирмы Beiten Burkhardt, сопредседатель Young IMA при Российском арбитражном центре (комитет по медиации)
Адвокат как медиатор
Методика адвокатской деятельности
Все больше адвокатов будет задействовано в медиации
26 Декабря 2018