×
Гаспарян Нвер
Гаспарян Нвер
Советник ФПА РФ, вице-президент АП Ставропольского края

14 ноября 2017 г. Конституционный Суд РФ вынес очень важное и полезное для стороны защиты постановление по делу о проверке конституционности отдельных положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина М.И. Бондаренко.

История вопроса
Максим Бондаренко прошел следствие, суд и медные трубы. Его сначала оправдали, но затем Краснодарский краевой суд оправдательный приговор отменил, и при новом разбирательстве уголовное дело было возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, где оно было благополучно прекращено за отсутствием состава преступления.

Казалось бы, у реабилитированного Бондаренко появилось заслуженное и неоспоримое право требовать возмещения имущественного вреда, связанного с уголовным преследованием. Но не тут-то было: неприятные приключения невиновного продолжились. Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций в соответствующем иске Бондаренко дружно отказали. И только после вмешательства заместителя председателя Верховного Суда РФ все их труды были сведены на нет и признаны несостоятельными.

Однако суд, который продолжил рассмотрение дела реабилитированного, вновь отказал в иске – теперь в связи с тем, что постановление о прекращении уголовного дела было предусмотрительно отменено прокурором.

Суть обращения
Это обстоятельство правомерно возмутило Максима Бондаренко, который и обратился в Конституционный Суд РФ, где наряду с другими доводами указывал, что п. 3 ч. 2 ст. 133 и ч. 1 ст. 214 позволяют прокурору в любое время, в том числе в период рассмотрения судом требований реабилитированного, без специальных поводов, сроков, предварительного судебного контроля отменять постановление о прекращении уголовного дела, которое служит основанием для признания права на реабилитацию, и, как следствие, к прекращению судебного рассмотрения материалов о реабилитации.

Следует отметить, что процессуальная история, приключившаяся с заявителем, не так уж редка, поскольку при неурегулированности норм прокуроры часто используют свои полномочия с тем, чтобы противодействовать реабилитированным в их намерении взыскать с государства причиненный вред.

Позиция Конституционного Суда РФ
КС РФ сначала признал, что по смыслу действующего правового регулирования возможность отмены незаконного или необоснованного постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования, в том числе по реабилитирующим основаниям, не ограничена даже истечением сроков давности привлечения к уголовной ответственности.

И далее сделал очень важный вывод: «Между тем отсутствие в уголовно-процессуальном законе срока для отмены постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования, вынесенного на досудебной стадии уголовного судопроизводства, умаляет гарантии защиты от необоснованного возобновления прекращенного уголовного преследования, создает для лица постоянную угрозу привлечения к уголовной ответственности, что в любой момент может воспрепятствовать (хотя это лишь одно из многих и не самое значимое неблагоприятное последствие возвращения лица в состояние претерпевания уголовного преследования) разрешению судом вопроса о размере причиненного в связи с уголовным преследованием вреда и о производстве выплат в его возмещение».

Конституционный Суд РФ не ограничился признанием того, что ч. 1 ст. 214 УПК РФ не соответствует Конституции РФ: до внесения изменений, вытекающих из решения КС РФ, он ввел временный порядок отмены или изменения постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования.

Такая отмена теперь допускается в срок, не превышающий одного года со дня его вынесения. Через год постановление может быть отменено только судом по заявлению прокурора или потерпевшего с обязательным предоставлением лицу, уголовное преследование в отношении которого было прекращено, возможности участия в судебном заседании.

При этом Конституционный Суд РФ уточнил, что не исключается возможность отмены принятого на досудебной стадии постановления о прекращении уголовного дела либо уголовного преследования лица, если выявились новые сведения о его виновности в совершении преступления и, соответственно, такая отмена необходима для восстановления справедливости и предупреждения совершения новых преступлений.

Принцип правовой определенности в процессуальном праве должен ограничивать возможность пересмотра вынесенного процессуального решения проигравшей стороной.

Поэтому следует приветствовать постановление Конституционного Суда РФ, которым сделан шаг навстречу правовой определенности и защите прав реабилитированных.

Рассказать:
Другие мнения
Равич Мария
Равич Мария
Адвокат АП Санкт-Петербурга
Опасный прецедент о нераспространении на священнослужителей нормы о запрете дарения
Гражданское право и процесс
Дарение в пользу священника признано законным
19 Июля 2019
Зинуров Александр
Зинуров Александр
Адвокат АП г. Москвы
Декриминализация: больше вопросов, чем ответов
Уголовное право и процесс
Несмотря на разъяснения ВС, грань между допустимой и недопустимой защитой остается неопределенной    
16 Июля 2019
Фоменко Андрей
Процессуальная дееспособность в административном судопроизводстве
Административное судопроизводство
Должны ли все участники «цепочки передоверия» иметь диплом юриста?
12 Июля 2019
Осипов Артем
Осипов Артем
К.ю.н., доцент кафедры уголовно-процессуального права Университета им. О.Е. Кутафина
«Хронические болезни» российской судебной практики
Уголовное право и процесс
Комментарий к Обзору ВС об уголовно-процессуальных аспектах в постановлениях ЕСПЧ
09 Июля 2019
Жаров Евгений
Жаров Евгений
Адвокат по экологическим спорам, кандидат наук, лауреат Ecoworld РАЕН, компания ZHAROV GROUP
Каковы для предприятия последствия изменения категории водного объекта и включения объекта в рыбохозяйственный реестр
Природоохранное право
Судебные перспективы
08 Июля 2019
Ибрянова Галина
Адвокат АП Санкт-Петербурга
Лишение родительских прав
Семейное право
Основание, процедура, особенности и проблемы процесса, тенденции судебной практики
28 Июня 2019