×

Цена «ошибки»

Об осуждении под чужими Ф.И.О. и дополнительных негативных последствиях подмены реального обвиняемого иным лицом
Иванова Юлия
Иванова Юлия
Адвокат АП г. Москвы, КА «Династия»

В августе ко мне за юридической помощью обратился гражданин Республики Узбекистан Камилжон Аманов. Доверитель рассказал невероятную историю, напомнившую мне сюжет фантастического боевика «Без лица» с Джоном Траволтой и Николасом Кейджем.

С подобным случаем на практике мне и моим коллегам довелось столкнуться впервые, что не позволило остаться в стороне. Учитывая имущественную несостоятельность доверителя, я решила оказать ему юридическую помощь pro bono.

В адвокатскую коллегию Камилжон Аманов пришел в сопровождении переводчика, поскольку практически не владеет русским языком. Через переводчика доверитель рассказал, что долгое время проживает в России, ведет добропорядочный образ жизни, законодательство РФ не нарушал и не нарушает, официально был трудоустроен в должности распиловщика на деревообрабатывающем предприятии, работал и платил налоги по патенту. Поскольку срок действия патента истекал, для его продления (переоформления) Аманов 30 июня обратился в территориальный орган УВМ УМВД России с заявлением о переоформлении патента, но получил отказ.

Со слов доверителя и из представленных им документов следовало, что отказ в предоставлении госуслуги обусловлен тем, что, по данным ЦК ЦИАДИС-МВД ФКУ «ГИАЦ МВД России», Камилжон Аманов якобы изменял свои персональные данные (Ф.И.О.), о чем утаил в заявлении о выдаче патента (в графе «сведения об изменении Ф.И.О.» указано, что «Ф.И.О. не изменял»), что в соответствии с подп. 4 п. 9 ст. 18 Федерального закона от 25 июля 2002 г. № 115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации» влечет отказ в продлении патента. Согласно п. 24 ст. 13.3 названного Закона с повторным заявлением о выдаче патента заявитель вправе обратиться не ранее чем по истечении года. Следовательно, Аманов должен выехать в страну происхождения до июля 2024 г.

При этом территориальное управление по вопросам миграции УМВД указало, что при последующем обращении за выдачей патента К. Аманову следует отразить в заявлении факт изменения персональных данных и приложить копии документов, на основании которых произошла их смена.

Объяснения заявителя, демонстрация подлинников всех личных, правоустанавливающих и правоудостоверяющих документов, выданных компетентными органами Узбекистана в различные промежутки времени, а также справка из Министерства юстиции и Министерства внутренних дел РУ, свидетельствующие о том, что присвоенные Камилжону Аманову от рождения персональные данные он не менял, были оставлены без внимания.

Таким образом, в связи с наличием противоречивой информации в ЦК ЦИАДИС-МВД ФКУ «ГИАЦ МВД России» Камилжон Аманов оказался объективно лишен возможности получить патент и даже обратиться с заявлением о его выдаче повторно, так как представить какие-либо документы о факте смены персональных данных, которые он не менял, физически невозможно.

Обжалование отказа в предоставлении госуслуги по переоформлению патента вышестоящему руководству, в прокуратуру и в административном порядке успеха не принесло, несмотря на наличие очевидных и бесспорных доказательств неизменности присвоенных с рождения персональных данных (Ф.И.О.). Следовательно, каких-либо заведомо ложных сведений в заявлении о выдаче патента Аманов в УВМ не представлял.

Как выяснилось и впоследствии подтвердилось в процессе обжалования отказа в предоставлении госуслуги, по данным ЦК ЦИАДИС-МВД ФКУ «ГИАЦ МВД России», отпечатки пальцев рук и ладоней Камилжона Аманова идентичны отпечаткам пальцев М., осужденного по подп. «а» и «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ и отбывшего наказание в виде лишения свободы по приговору суда от 1 апреля 2009 г. То есть, по сведениям базы данных ГИАЦ МВД, под одними и теми же отпечатками пальцев рук и ладоней одновременно значатся двое разных граждан Узбекистана – Камилжон Аманов и М.!

Как такое могло произойти? На первый взгляд, все логично: М. после осуждения и отбытия срока наказания мог сменить персональные данные, будучи на территории как Узбекистана, так и России.

Однако в действительности все оказалось гораздо запутаннее и сложнее.

По результатам опроса доверителя и адвокатского расследования было установлено, что, согласно приговору суда, оставленному без изменения кассационным определением от 22 июня 2009 г., двое граждан Республики Узбекистан – И. и М. – были осуждены за совершение преступления, предусмотренного подп. «а» и « г» ч. 2 ст. 161 УК.

Из фабулы обвинения следовало, что «И. и М. совершили грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, по предварительному сговору группой лиц, с применением насилия, не опасного для здоровья. Так, они, 26 декабря 2008 года примерно в 02 часа 15 минут, вступив друг с другом в предварительный преступный сговор, направленный на открытое хищение чужого имущества, находясь в подземном переходе через Варшавское шоссе в г. Москве (соединяющем ул. Газопровод с Варшавским шоссе), рядом с домом ˂…˃, действуя совместно и согласованно друг с другом, подошли к выходившему из перехода К., и, схватив последнего за руки, подавляя этим действием волю потерпевшего к сопротивлению, резким рывком посадили К. на ступеньки подземного перехода, после чего попытались снять с руки К. обручальное кольцо стоимостью 3 000 рублей, что сделать у них не получилось, так как последний стал сопротивляться, после чего вытащили из карманов одежды К. принадлежащий ему сотовый телефон ˂…˃ стоимостью 10 000 рублей, ˂…˃ деньги в сумме 5 000 рублей, после чего с места происшествия скрылись», за что были осуждены указанным приговором.

В ходе адвокатского опроса доверитель пояснил, что в декабре 2008 г. находился на заработках в Москве, где был задержан правоохранителями и доставлен в отделение милиции. При задержании сотрудники районного ОВД пояснили, что в их производстве находится уголовное дело, в рамках которого в качестве подозреваемого (обвиняемого) по признакам состава преступления, предусмотренного подп. «а» и «г» ч. 2 ст. 161 УК, привлекался ранее не знакомый Аманову гражданин Республики Узбекистан М., совершивший после задержания побег, и местонахождение его неизвестно. В связи с этим (как представляется, чтобы избежать дисциплинарного взыскания в связи с ненадлежащим исполнением должностных обязанностей по конвоированию и содержанию задержанных по подозрению в совершении преступлений лиц) руководство районного отдела ОВД дало указание подчиненным сотрудникам уголовного розыска и дежурной части разыскать схожего по описанию, приметам и возрасту гражданина Узбекистана с целью подмены М.

Доверитель добавил, что его задержали по пути следования на работу и, доставив в отдел милиции, предложили за денежное вознаграждение «сыграть роль» М., скрывшегося от следственных органов, в том числе взять на себя ответственность за совершенное указанным лицом преступление. Получив отказ, сотрудники угрозыска и дежурной части стали оказывать на Аманова физическое и психологическое давление, после чего пообещали освободить в случае подписания им протоколов следственных и иных процессуальных действий от имени М., смысл и содержание которых Аманову были непонятны, поскольку при их составлении переводчик и защитник не назначались, а русским языком задержанный в достаточной мере не владел. Пользуясь этим, правоохранители заставили Аманова подписать протоколы следственных и иных процессуальных действий, составленных от имени М.

Однако после подписания указанных документов Аманова не отпустили, как было обещано, а доставили в суд для решения вопроса об избрании меры пресечения, а оттуда – в СИЗО.

После непродолжительного «предварительного следствия» уголовное дело было передано в суд для рассмотрения по существу. При этом сотрудники РОВД заверяли Камилжона Аманова, что по результатам рассмотрения дела он будет освобожден с назначением наказания условно, но только в том случае, если будет скрывать свои реальные персональные данные и в дальнейшем представляться М.

В ходе судебного разбирательства судьей были проигнорированы и оставлены без правовой оценки доводы Камилжона Аманова в той части, что он не является М. и никакого преступления совместно с И. по предварительному сговору не совершал. Кроме того, он никогда не был знаком с И., с которым, по версии следствия, якобы заранее вступил в преступный сговор относительно совершения грабежа. Алиби, о наличии которого Аманов неоднократно заявлял как на этапе предварительного следствия, так и в суде, не проверялось.

Не смутило судью и отсутствие расписки о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний в протоколе допроса «свидетеля» – стажера милиции, якобы случайно оказавшегося на месте происшествия и впоследствии в своих показаниях опознавшего в одном из напавших на потерпевшего М. (Аманова) с расстояния 25 метров в темном подземном переходе – притом что процедура опознания по правилам ст. 193 УПК РФ в рамках уголовного дела не проводилась.

Кроме того, возникает вопрос: почему при абсолютно равных ролях, описанных в обвинительном заключении, М. (Камилжону Аманову) было назначено наказание в виде лишения свободы на 6 месяцев больше, нежели второму осужденному – И.? Таким образом, И. и М. (Аманов) были приговорены соответственно к трем и трем с половиной годам колонии общего режима.

Камилжон Аманов находился в колонии два года, три месяца и 28 дней под персональными данными М., откуда был освобожден условно-досрочно.

Доверитель также пояснил, что при отбытии наказания обращался к руководству исправительного учреждения, указывая свои реальные Ф.И.О., однако те отказывались реагировать на факт нахождения Аманова в местах лишения свободы под чужими персональными данными.

Ознакомившись с материалами личного дела заключенного М. из архива территориального органа УФСИН, я убедилась, что в них – помимо вступившего в законную силу приговора с распоряжением судьи о его приведении в исполнение и анкеты следственно арестованного М. – отсутствуют документы, удостоверяющие его личность. В свою очередь, в материалах уголовного дела в качестве документа, удостоверяющего личность обвиняемого, имелось лишь заявление о выдаче паспорта (форма 1П), истребованное следователем из паспортного стола Республики Узбекистан на имя М., из содержания которого усматривалось, что родителями М. являются иные лица, нежели родители, указанные в свидетельстве о рождении Камилжона Аманова; также отличаются серии и номера паспортов, выданных на их имена. При этом при рассмотрении уголовного дела явное несоответствие личности Аманова и фотографии, вклеенной в заявление о выдаче паспорта на имя М., не смутило ни следственные органы, ни прокуратуру, ни суд. Каких-либо иных документов и сведений, подтверждающих или характеризующих личность М., в материалах уголовного дела также не имелось.

Оставшиеся на момент задержания Аманова по месту его жительства документы (общегражданский паспорт и миграционная карта), по которым он въехал на территорию России в 2008 г., а после освобождения в 2011 г. выехал обратно в Узбекистан, следственные органы не истребовали, а имеющиеся в информационной базе данных ФМС сведения на Аманова в ходе производства по уголовному делу не запросили.

Возникают вопросы: на каком основании руководство колонии могло принять к исполнению приговор в отношении этапированного лица, чья личность надлежаще не подтверждена, и сколько еще лиц, подобных Камилжону Аманову, содержались и содержатся в пенитенциарных учреждениях благодаря подобным «ноу-хау» оперативно-служебной деятельности?

В результате неправомерных действий сотрудников правоохранительных органов Камилжон Аманов не только был на протяжении более двух лет лишен свободы, но и получил дополнительные негативные последствия, поскольку решение об отказе в выдаче (переоформлении) патента и последующая невозможность его оформления в связи с нахождением в Центральной базе данных учета иностранных граждан и в базе данных ЦК ЦИАДИС-МВД ФКУ «ГИАЦ МВД России» противоречивых сведений об осуждении М. с дактилоскопическими данными Камилжона Аманова нарушает право последнего на труд, свободное передвижение и нахождение на территории России.

Удивительно, как в правоохранительных органах могла произойти такая «ошибка», ведь умышленное осуждение лица под другими Ф.И.О., рассмотрение уголовного дела в отсутствие лица, в отношении которого оно возбуждено, а также подмена реального обвиняемого иным лицом являются не только существенным нарушением процессуального законодательства, влекущим безусловную отмену приговора и всех последующих судебных актов, но содержат признаки составов ряда должностных преступлений, что мне и предстояло доказать для восстановления нарушенных прав доверителя.

В результате проведенной работы и собранных по делу доказательств я подготовила и направила в прокуратуру заявление о пересмотре уголовного дела в отношении М. и И. по новым обстоятельствам. Кроме того, удалось добиться проведения прокурорской проверки по факту незаконного осуждения Камилжона Аманова и отбытия им наказания по приговору суда от 1 апреля 2009 г. за преступление, совершенное иным лицом – М.

Поскольку эти обстоятельства являются новыми (они существовали на момент рассмотрения дела, но не были известны суду и не могли быть им учтены), прокуратура удовлетворила ходатайство о пересмотре дела по новым обстоятельствам. Материалы были направлены руководителю территориального органа СКР для дальнейшего расследования. Одновременно приговор был обжалован в надзорном порядке в Президиум Верховного Суда РФ.

Рассказать:
Другие мнения
Калужский Виктор
Калужский Виктор
Юрист практики интеллектуальной собственности Capital Legal Services
СИП как кассационная инстанция: ключевые тенденции
Право интеллектуальной собственности
Споров с иностранным элементом и споров в отношении договоров о распоряжении РИД стало больше
14 июня 2024
Домино Иван
Домино Иван
Управляющий партнер DOMINO LEGAL TEAM, арбитражный управляющий
Прекращение производства по банкротному делу не препятствовало рассмотрению заявления кредитора по правилам гл. 37 АПК
Арбитражный процесс
Три ключевых вывода ВС
13 июня 2024
Саенко Антон
Саенко Антон
Старший партнер АБ г. Москвы «Глушков, Саенко и партнеры»
Самым «популярным» административным наказанием остается штраф
Производство по делам об административных правонарушениях
При этом судебные постановления о назначении наказания обжалуются редко
11 июня 2024
Озолина Ирина
Озолина Ирина
Патентный поверенный РФ, евразийский патентный поверенный, адвокат АП г. Москвы, старший партнер АБ «А. Залесов и партнеры»
Количество рассмотренных СИП споров возвращается к уровню 2021 года
Право интеллектуальной собственности
При этом число дел с участием граждан, не имеющих статуса ИП, выросло втрое
10 июня 2024
Волков Даниил
Волков Даниил
Юрист ООО «УК Веком Групп»
Как уплачивать восстановленный НДС от продажи имущества банкрота?
Налоговое право
ВС пояснил ряд важных вопросов о налогообложении в условиях несостоятельности
07 июня 2024
Алексеев Антон
Алексеев Антон
Генеральный директор, партнер юридической фирмы Law & Commerce Offer
Количество административных дел сократилось вдвое
Гражданское право и процесс
При этом обжаловать действия органов власти граждане и организации стали чаще
06 июня 2024
Яндекс.Метрика