×

Адвокатам рассказали об особенностях квалификации мошенничества и взяточничества

С лекцией на обучающем вебинаре ФПА выступил профессор кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, член НКС при Верховном Суде РФ Павел Яни
Фото: Пресс-служба ФПА
На примерах из судебной практики были рассмотрены спорные вопросы квалификации мошенничества, проблема разграничения мошенничества с использованием электронных средств платежа и кражи электронных денежных средств, а также сложные моменты квалификации взяточничества.

Как сообщила пресс-служба ФПА, 17 декабря в Федеральной палате адвокатов РФ прошел очередной вебинар по повышению квалификации адвокатов. С лекцией на тему «Актуальные вопросы квалификации мошенничества и взяточничества» выступил профессор кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова, член НКС при Верховном Суде РФ, главный редактор журнала «Уголовное право», д.ю.н. Павел Яни.

Читайте также
Верховный Суд разобрался с экономическими преступлениями
Пленум ВС РФ принял постановление, касающееся разъяснений судебной практики по делам о мошенничестве, присвоении и растрате
30 Ноября 2017 Новости

В начале лекции спикер рассказал о спорных вопросах квалификации мошенничества, рассмотрев в качестве примера весьма распространенный на практике случай, когда мошенничество замаскировано обязательственными отношениями. Он напомнил, что согласно разъяснению, приведенному в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» (в редакции от 4 декабря 2017 г.), в случаях, когда лицо получает чужое имущество или приобретает право на него, не намереваясь при этом исполнять обязательства, связанные с условиями передачи этого имущества или права, в результате чего потерпевшему причиняется материальный ущерб, содеянное следует квалифицировать как мошенничество, если умысел, направленный на хищение имущества или приобретение права на него, возник у указанного лица до его получения.

Иллюстрируя практику применения данного разъяснения ВС, имевшегося и в более ранних постановлениях Пленума, спикер привел пример решения ВС, принятого около 20 лет назад. Тогда Суд не усмотрел признаков мошенничества и счел, что обязательства по кредитному договору исполнены надлежащим образом, так как в качестве залога в обеспечение кредита было предоставлено имущество, стоимость которого превышала сумму займа. Таким образом, умысел на хищение имущества отсутствовал.

Далее была рассмотрена проблема разграничения мошенничества с использованием электронных средств платежа (ст. 159.3 УК РФ) и кражи электронных денежных средств (подп. «г» ч. 3 ст. 158 УК). Павел Яни отметил, что прежняя редакция ст. 159.3 Кодекса предусматривала мошенничество с использованием платежных карт – т.е. хищение чужого имущества с использованием поддельной или принадлежащей другому лицу кредитной, расчетной или иной платежной карты путем обмана уполномоченного работника кредитной, торговой или иной организации. Федеральным законом от 23 апреля 2018 г. № 111-ФЗ диспозиция данной статьи была изменена на мошенничество с использованием электронных средств платежа. Так, в п. 5 Постановления № 48 разъяснено, что если предметом преступления при мошенничестве являются безналичные денежные средства, в том числе электронные, то по смыслу положений п. 1 примечаний к ст. 158 УК и ст. 128 ГК РФ содеянное должно квалифицироваться как хищение чужого имущества. Такое преступление следует считать оконченным с момента изъятия денежных средств с банковского счета их владельца или электронных денежных средств, в результате которого их владельцу причинен ущерб. Спикер добавил, что за последние месяцы направленность судебной практики изменилась в сторону квалификации мошенничества с использованием электронных средств платежа как кражи по подп. «г» ч. 3 ст. 158 УК.

В заключительной части лекции Павел Яни рассказал о сложных моментах при квалификации взяточничества, обратив внимание на разъяснение ВС момента окончания взятки, содержащееся в п. 10 Постановления Пленума от 9 июля 2013 г. № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях». Так, получение и дача взятки считаются оконченными с момента принятия должностным лицом либо лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, хотя бы части передаваемых ему ценностей.

Читайте также
Адвокаты и юристы об искусственном интеллекте в судопроизводстве
Эксперты «АГ» прокомментировали доклад Виктора Момотова о судебной власти в условиях современных цифровых технологий
09 Апреля 2019 Новости

Лектор добавил, что вопрос о видах посредничества в даче взятки остается дискуссионным. В современной доктрине уголовного права возвращено деление на интеллектуальное и физическое посредничество, существовавшее во времена советской юридической науки. По мнению профессора, такое возвращение нецелесообразно, поскольку интеллектуальное посредничество (предоставление денежных средств для взятки, предоставление помещения для встречи взяткодателя и взяткополучателя и т.п.) трудно разграничить с пособничеством.

Завершая лекцию, Павел Яни высказал мнение о пользе привлечения искусственного интеллекта для поиска дел определенных категорий с целью глубокого анализа правоприменительной практики.

Рассказать: