Министерство юстиции РФ представило на общественное обсуждение проект поправок в Семейный кодекс РФ, предусматривающих, что согласие военнослужащих и их супругов на совершение сделки, удостоверенное командирами (начальниками) воинских частей, соединений, учреждений и военно-учебных заведений, находящихся в труднодоступной или отдаленной местности, где отсутствует нотариальная контора и не ведется периодический прием граждан, будет приравниваться к нотариально удостоверенному. Поправки разработаны во исполнение Постановления Конституционного Суда РФ от 30 октября 2025 г. № 36-П.
Как ранее писала «АГ», Олег Лустач проходил военную службу в районах Крайнего Севера, где также проживала его жена. В целях приобретения жилья он, участвовавший в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих, обратился в банк. Среди документов, требующихся для заключения договора ипотеки, заявитель представил заверенное временно исполняющим обязанности командира воинской части согласие супруги на совершение сделки. Согласие работники банка не приняли, потребовав нотариального удостоверения документа. Поскольку в месте жительства Олега Лустача и его супруги нотариус отсутствовал, для удостоверения своего согласия на совершение сделки супруга прилетела к ближайшему с учетом транспортной доступности нотариусу. В дальнейшем Олег Лустач представил в банк уже нотариально заверенное согласие, и с ним был заключен соответствующий договор.
После этого Олег Лустач предъявил иск к банку, направленный в том числе на возмещение материального ущерба, возникшего в связи с необходимостью супруги обратиться за удостоверением согласия к нотариусу, в размере стоимости авиабилетов, приобретенных для нее и двоих несовершеннолетних детей. По мнению истца, требование работников банка представить нотариально удостоверенное согласие при наличии согласия, удостоверенного командиром воинской части, где он проходил военную службу, неправомерно. Отказывая в иске и ссылаясь на п. 3 ст. 35 СК РФ и п. 4 ст. 22 Закона о статусе военнослужащих, суд отметил, что законодательством не предусмотрено полномочие командиров воинских частей на удостоверение согласия супругов на распоряжение имуществом, права на которое подлежат госрегистрации. Апелляция и кассация оставили это решение без изменения, а Верховный Суд не стал рассматривать кассационную жалобу на принятые решения.
Олег Лустач подал жалобу в Конституционный Суд, который указал, что применительно к воинским частям, которые находятся в труднодоступной или отдаленной местности, где супруги проживают вместе с военнослужащими и где нет нотариусов и фактически не ведется периодический прием граждан нотариусами, гарантий, установленных законодательством о нотариате и другими законодательными актами, оказывается недостаточно для удостоверения согласия, требуемого абз. 1 п. 3 ст. 35 СК. В связи с этим он признал данное положение не соответствующим Конституции в той мере, в какой он не предусматривает возможности удостоверения согласия супругов военнослужащих на совершение сделок, указанных в нем и связанных с участием в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих, в ином порядке, чем путем очного взаимодействия дающего согласие лица и нотариуса, когда в находящихся в труднодоступной или отдаленной местности пунктах дислокации воинских частей (соединений, учреждений и военно-учебных заведений), где супруги проживают вместе с военнослужащими, нет нотариусов и фактически не ведется периодический прием граждан нотариусами.
Законопроектом предлагается п. 3 ст. 35 «Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов» СК дополнить абзацем, в котором следует указать, что к нотариально удостоверенному согласию одного из супругов на заключение сделки по распоряжению имуществом, права на которое подлежат госрегистрации, сделки, для которой законом установлена обязательная нотариальная форма или подлежащей обязательной госрегистрации, приравнивается согласие военнослужащего или его супруги (супруга), удостоверенное командиром (начальником) воинской части, соединения, учреждения или военно-учебного заведения, находящихся в труднодоступной или отдаленной местности, где отсутствует нотариальная контора и не ведется периодический прием граждан нотариусами.
В комментарии «АГ» адвокат, партнер юридической фирмы Verba Legal Дмитрий Мальбин отметил, что законопроект призван решить проблему, с которой столкнулась семья военнослужащего Олега Лустача, и в этом смысле достигает целей, которые ставил перед законодателем Конституционный Суд. «Вместе с тем рассмотренная в Постановлении КС № 36-П/2025 проблема актуальна не только для семей военнослужащих, которые несут службу в труднодоступной местности, где отсутствуют нотариусы. В силу географических нюансов, а также особенностей правового режима территории иные граждане также могут не иметь доступа к нотариальным услугам. Кроме того, в жизни каждого человека могут возникнуть обстоятельства, существенно затрудняющие нотариальное удостоверение согласия супруга на совершение сделки. Однако законопроект не предусматривает комплексное решение проблемы граждан, которые фактически не имеют доступа к нотариальным услугам», − пояснил он.
По мнению Дмитрия Мальбина, принятие законопроекта в предложенной редакции вряд ли имеет практический смысл, поскольку поправки фактически воспроизводят позицию Конституционного Суда, изложенную в Постановлении № 36-П/2025, которая и без принятия отдельного закона является обязательной и подлежит применению.
Адвокат Михаил Осипов положительно оценил законопроект. Он обратил внимание, что ранее эксперты отмечали наличие пробела в ст. 35 СК РФ в части возможности удостоверения согласия супругов военнослужащих на совершение сделки посредством начальника войсковой части, а не только лишь при очном присутствии у нотариуса (которого может и не быть в отдаленных местностях проживания и несения службы военнослужащими и членами их семей).
«Радует, что КС обратил внимание на данный пробел и во исполнение Постановления № 36-П/2025 Минюст России оперативно разработал законопроект – тем более возможность удостоверения согласия через командира войсковой части будет аналогична процедуре удостоверения доверенности, как предусмотрено нормами гражданского законодательства. Таким образом, принцип аналогии права преобразуется в законопроект об устранении пробела в нормах Семейного кодекса РФ. Надеюсь, законодатель превратит его в полноценный закон», − резюмировал Михаил Осипов.
