Конституционный Суд вынес Определение № 2079-О/2026 по жалобе на неконституционность ч. 1 ст. 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб», ч. 1 ст. 213 «Постановление о прекращении уголовного дела и уголовного преследования» и ч. 1 ст. 214 «Отмена постановления о прекращении уголовного дела или уголовного преследования» УПК РФ.
Максим и Марина Орловы признаны потерпевшими по уголовному делу, возбужденному 5 июня 2019 г. в отношении неустановленных лиц по признакам преступлений, предусмотренных ст. 116 «Побои» и ч. 2 ст. 213 «Хулиганство» УК РФ. Производство по уголовному делу неоднократно приостанавливалось и возобновлялось, прекращалось за отсутствием события и состава преступления, однако данные решения отменялись руководителем следственного органа и прокурором.
В 2024 г. уголовное дело для проверки было направлено в прокуратуру и не было возвращено в следственный орган. В связи с этим адвокат потерпевших обратился в суд с жалобой о признании незаконным бездействия прокурора, выразившегося в непринятии процессуального решения в порядке, предусмотренном ст. 213 и 214 УПК, и ненаправлении уголовного дела следователю.
Постановлением судьи Подольского городского суда Московской области от 25 августа 2025 г. было отказано в принятии данной жалобы к рассмотрению. Как отметил судья, не подлежат обжалованию по правилам ст. 125 УПК действия или бездействие должностных лиц, полномочия которых не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве, в частности, прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. Правильность такого решения подтвердили суды вышестоящих инстанций, которые, исходя из того, что в жалобе оспаривалось бездействие прокурора в рамках осуществления им надзора за процессуальной деятельностью следователя, пришли к выводу, что предмет обжалования отсутствует.
Максим и Марина Орловы обратились в Конституционный Суд, в жалобе они просили признать не соответствующими Конституции РФ ч. 1 ст. 125, ч. 1 ст. 213 и ч. 1 ст. 214 УПК во взаимосвязи с разъяснениями, содержащимися в первом предложении абз. 2 п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2009 г. № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 Уголовно-процессуального кодекса РФ», в той мере, в какой они не допускают возможности обжалования по правилам, предусмотренным ч. 1 ст. 125 УПК, бездействия прокурора, выразившегося в непринятии процессуального решения на основании ч. 1 ст. 213 и ч. 1 ст. 214 Кодекса и ненаправлении уголовного дела в следственный орган вместе с процессуальным решением, принятым по результатам проверки законности вынесенного постановления о прекращении уголовного дела, в установленный уголовно-процессуальным законодательством срок.
Изучив жалобу, Конституционный Суд отказал в принятии ее к рассмотрению. Он указал, что УПК закрепляет право на обжалование процессуальных действий и решений в качестве принципа уголовного судопроизводства, в силу которого действия или бездействие и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном данным Кодексом порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в какой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.
В частности, ст. 125 УПК предусматривает судебный порядок рассмотрения жалоб на действия или бездействие и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию. Вместе с тем уголовно-процессуальный закон не допускает подмену одних способов и процедур судебной защиты другими (определения КС № 2362-О/2019, № 1324-О/2020, № 991-О/2026 и др.).
В связи с этим Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что не подлежат обжалованию в порядке ст. 125 УПК решения и действия или бездействие должностных лиц, полномочия которых не связаны с осуществлением уголовного преследования в досудебном производстве по уголовному делу. Если лицо не согласно с постановлением прокурора или руководителя следственного органа, вынесенным в соответствии со ст. 124 УПК, то предметом судебного обжалования выступает не сам по себе отказ прокурора или руководителя следственного органа в удовлетворении обращения лица, а непосредственно те действия или бездействие и решения органов дознания, их должностных лиц или следователя, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.
Конституционный Суд заметил, что из дополнительно полученных материалов следует, что уголовное дело, на длительность нахождения которого в прокуратуре указывают заявители, было прекращено ввиду отсутствия в деянии конкретного лица состава преступления. После чего в связи с жалобами, поступившими от действующего в их интересах адвоката, о ненадлежащем расследовании этого уголовного дела и по иным вопросам оно истребовано из следственного управления. По миновании надобности это уголовное дело поступило из прокуратуры обратно в следственное управление, где и находится в настоящее время.
При таких обстоятельствах заявители не лишены возможности как ходатайствовать о вручении им копии постановления о прекращении уголовного дела, с которым они, по сути, связывают нарушение своих конституционных прав, так и обжаловать это решение в судебном порядке, а потому отсутствуют основания полагать, что оспариваемыми нормами нарушаются их конституционные права, заключил Суд.
В комментарии «АГ» адвокат практики уголовного права и процесса «Инфралекс» Мартин Зарбабян заметил, что правовую позицию КС невозможно назвать новой, поскольку и ранее в судебной практике преобладал именно такой подход, в соответствии с которым само по себе решение прокурора на стадии предварительного следствия не обжаловалось в порядке ст. 125 УПК. В связи с этим данное определение выступает в качестве напоминания о некоторых особенностях, присущих такому институту уголовного процесса, как судебный контроль на стадии предварительного расследования.
«Действительно, сегодня пределы компетенции суда при рассмотрении подобных жалоб ограничены. Логика как правоприменителя, так и законодателя заключается в том, что суды, рассматривающие жалобы в порядке ст. 125 УПК, не должны подменять собой органы предварительного следствия. Ведь основным критерием, позволяющим отнести действия должностного лица в ходе предварительного расследования к таким, законность которых может быть проверена в рамках ст. 125 УПК, является способность этих действий причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, – заметил Мартин Зарбабян. – Вместе с тем обращение заявителей в КС в целом и обозначенный вопрос в частности наглядно демонстрируют, что механизм обжалования действий и решений в порядке ст. 125 УПК не лишен различных практических проблем, что, вероятно, требует системного переосмысления, в том числе посредством законодательных улучшений».
Адвокат АБ «Бельянский и партнеры» Владислав Идамжапов заметил: Конституционный Суд лишь в очередной раз напомнил, что решения и действия (бездействие) прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов следствия и дознания, не подлежат самостоятельному обжалованию в порядке ст. 125 УПК РФ.
«Применительно к существу правовой проблематики конкретного дела отмечу, что существуют более эффективные процессуальные механизмы восстановления нарушенных прав и законных интересов потерпевших по данному уголовному делу. К примеру, потерпевший вправе обжаловать процессуальное решение следователя о прекращении уголовного дела в порядке ст. 125 УПК. На это, к слову, недвусмысленно намекнул Конституционный Суд. Более того, потерпевший вправе использовать и иные процессуальные способы защиты своих прав, в том числе подать заявление о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок», – заключил Владислав Идамжапов.
