Как сообщает пресс-служба Федеральной палаты адвокатов со ссылкой на АП Воронежской области, 11–14 сентября в Воронеже прошел VI Юридический форум мастеров, включавший в себя более 60 тематических секций, на которых присутствовали более 200 спикеров из различных регионов России. В 2025 г. секцией, привлекшей к себе особое внимание, стала «Дискуссия о профессионализации судебного представительства», которую на Форуме представила Адвокатская палата Воронежской области. В дискуссии приняли участие представители Федеральной палаты адвокатов РФ и АП ВО. Основными спикерами стали вице-президент ФПА, президент АП ВО Олег Баулин, советник ФПА Ольга Власова, исполнительный вице-президент АП ВО Любовь Черникова, председатель Квалификационной комиссии АП ВО Дмитрий Врачев и член Совета АП ВО Игорь Татарович.
Открывая дискуссию, Олег Баулин отметил, что обсуждение проблемных вопросов реформы в контексте открытого диалога адвокатуры и частнопрактикующих юристов назрело давно и является закономерным. В настоящее время еще более активно стала обсуждаться проблема «адвокатской монополии», которая действительно имеет место во многих странах, но в России сейчас речь идет только о реформе судебного представительства и данную ситуацию необходимо правильно понимать. В связи с этим, по мнению спикера, следует учитывать два ключевых момента реформы: 1) ее инициатором выступает Министерство юстиции Российской Федерации, то есть само государство, а не адвокатское сообщество; 2) практика профессионализации судебного представительства имеет самое широкое распространение в зарубежном опыте и давно устоялась во многих государствах (наиболее яркие примеры – США, Германия, Франция, Израиль, Япония).
Вице-президент ФПА отметил, что для проведения реформы судебного представительства в России есть два неоспоримых основания: 1) право на получение квалифицированной юридической помощи является конституционным, а потому оно должно иметь конкретные гарантии и четкие механизмы реализации; 2) отношения представительства носят публичный характер, они выходят за пределы взаимодействия представителя только со своим доверителем и включают необходимость взаимодействия с судом и другими государственными органами. В связи с этим можно обсуждать способы регулирования данной публичной деятельности, но не саму необходимость такого регулирования, которая является очевидной.
Ольга Власова подчеркнула, что российская модель адвокатуры совмещает в себе правозаступничество и судебное представительство. Одним из ключевых принципов, не отраженных напрямую в Законе об адвокатуре, но имеющих корни в традициях дореволюционной российской адвокатуры и пронизывающих адвокатскую деятельность по существу, является принцип адвокатского служения. Он подчеркивает высоконравственный и особый доверительный характер деятельности адвоката, статус которого в гражданском, арбитражном и административном процессе неправильно низводить до обычного представителя по доверенности. У такого представителя есть ответственность только перед своим доверителем, а компенсация причиненного недобросовестным поведением вреда на практике зачастую становится невозможной ввиду отсутствия имущества. Адвокат несет ответственность за свою деятельность еще и перед государством, и это создает дополнительные и необходимые гарантии права на получение квалифицированной юридической помощи. В то же время адвокат является независимым по отношению к своему доверителю и не обязан выполнять все его пожелания, но должен руководствоваться в своей деятельности законом и нравственностью.
Этим, в частности, обусловлены требования к адвокатам, которые не допускают рекламирования их деятельности в превосходной степени, а говорят лишь о необходимости общего информирования. Адвокат приобретает доверителей не рекламой, а своими достижениями, что соответствует высоконравственному характеру адвокатского долга и служения обществу.
Ольга Власова выразила убежденность в том, что адвокатам и частнопрактикующим юристам необходимо объединяться для совместной работы над совершенствованием правоохранительной системы в целях устранения ее недостатков, препятствующих эффективной защите прав и законных интересов граждан.
В продолжение дискуссии Олег Баулин отметил, что деятельность адвоката заключает в себе вполне конкретные привилегии профессионального статуса, определяющего адвоката как независимого профессионального советника, деятельность которого охраняется законом в виде гарантий адвокатской тайны и содействия профессионального сообщества адвокату в защите его нарушенных прав. Адвокатская корпорация всегда встает на защиту интересов адвокатов, представители советов региональных адвокатских палат незамедлительно выезжают по месту осуществления следственных действий в отношении адвоката, обеспечивая тем самым необходимую правовую помощь.
Но одновременно в отношении адвокатов действует система государственного контроля, спектр которой в настоящее время расширяется. В Закон об адвокатуре уже был внесен целый ряд изменений, расширяющих сферу контроля за адвокатским сообществом со стороны Минюста России:
- положение о сдаче квалификационного экзамена теперь утверждается приказом Минюста России, хотя и разрабатывается Советом ФПА РФ. Таким образом, процесс сдачи экзамена на получение статуса адвоката теперь носит публичный характер и не является исключительно внутренним вопросом адвокатской корпорации;
- порядок изменения членства теперь также надо согласовывать с Минюстом России;
- введен единый государственный реестр адвокатов;
- представители территориальных органов Минюста России являются членами квалификационных комиссий региональных адвокатских палат;
- в состав Комиссии по этике и стандартам ФПА РФ, формирующей единые подходы к применению правил адвокатской профессии, также входят представители Минюста России;
- в порядке оперативного контроля территориальные органы Минюста России направляют представления о прекращении статуса адвоката, которые подлежат обязательному рассмотрению;
- Министерству юстиции Российской Федерации принадлежит право направлять представления об отмене решений органов региональных адвокатских палат.
Все указанные особенности исключают возможность субъективного принятия решений в рамках адвокатской корпорации и расширяют сферу государственного контроля за ней в целях обеспечения конституционного права гражданина на получение квалифицированной юридической помощи.
Отвечая на вопросы об «адвокатской монополии», Олег Баулин обратил внимание на условность данного термина по отношению к российской действительности. По российскому законодательству гражданин вправе сам представлять свои интересы в суде. Кроме того, монополия предполагает конкретику ее субъекта, но в случае с адвокатурой нельзя говорить о монополии Федеральной палаты адвокатов, региональной адвокатской палаты или отдельных адвокатских бюро. Субъектов и форм адвокатской деятельности существует множество. Это дает большой выбор организации профессиональной деятельности. Происходящая сейчас реформа судебного представительства является более мягким и компромиссным вариантом для юридического сообщества, чем лицензирование такой деятельности. Формат лицензирования в случае его применения к судебному представительству отличался бы еще более высокой степенью государственного контроля и отсутствием коллегиальных форм принятия решений, что было бы крайне невыгодно для юридического сообщества, поскольку представительство отличается большим числом нюансов, требующих всестороннего рассмотрения при возникновении спорных ситуаций.
Одним из высказанных в ходе дискуссии опасений со стороны юридического сообщества была вероятность роста стоимости юридической помощи, оказываемой адвокатом. Олег Баулин отметил, что рост стоимости в принципе сложно прогнозировать. Современная реформа носит поступательный характер. Переходный период к профессионализации представительства займет около двух-трех лет, в течение которых цены объективно вырастут в результате инфляции. Иных причин роста цен на адвокатские услуги быть не может.
В ходе обсуждения спикерами был также развеян миф о прекращении статуса адвоката как приоритетной мере дисциплинарной ответственности. Олег Баулин и Дмитрий Врачев пояснили, что лишение статуса является крайней мерой дисциплинарной ответственности, к которой прибегают только в исключительных случаях. Наиболее распространенными мерами дисциплинарного воздействия являются замечание и предупреждение. Президент АП ВО отметил, что за последние 30 лет в воронежской адвокатуре было только два случая привлечения к дисциплинарной ответственности за профессиональную ошибку и они не были связаны с прекращением статуса адвоката. Профессиональные ошибки возможны в любой сфере. Под меры дисциплинарного воздействия подпадают только грубые профессиональные ошибки. В остальных случаях адвокатское сообщество всегда будет защищать своего коллегу-адвоката, поскольку ошибки являются естественным элементом любой практической деятельности. В то же время адвокатская корпорация активно содействует их минимизации среди своих членов – на федеральном и региональном уровне регулярно проводятся курсы повышения профессионального уровня – обучающие семинары, круглые столы, дискуссионные клубы. Советы региональных адвокатских палат никогда не отказывают адвокатам в разъяснении сложных вопросов профессиональной практики. Все это создает максимально благоприятные условия для работы.
Олег Баулин исключил всякую субъективность в принятии решений о мерах дисциплинарной ответственности. Он подчеркнул, что формирование органов адвокатского сообщества выстроено таким образом, что в них участвуют представители не только адвокатуры, но и органов государственной власти – законодательных органов, судов, территориальных органов Минюста России, а также представители научного сообщества. Это гарантирует широкую коллегиальность и объективность принимаемых решений. Кроме того, в большинстве случаев адвокатское сообщество стремится к защите своих коллег, максимально учитывая особенности их действий в каждой ситуации.
Дмитрий Врачев добавил, что адвокатское сообщество также неоднозначно воспринимает проводимую реформу, которая была начата фактически еще с 2020 г. Одним из ее проявлений стал вывод президентов региональных адвокатских палат из состава квалификационных комиссий. ФПА РФ долго и тщательно занималась разработкой нового Положения о порядке сдачи квалификационного экзамена, которое теперь утверждается Министерством юстиции Российской Федерации. В состав квалификационной комиссии в настоящее время входят два представителя законодательного органа власти, два представителя судебных органов, два представителя территориальных органов Минюста России и один представитель научного сообщества. Это значительно увеличивает долю государственного регулирования адвокатской деятельности, но представители адвокатуры всегда отстаивают интересы членов адвокатской корпорации.
Опасения сложности процедуры сдачи квалификационного экзамена не имеют под собой оснований. Дмитрий Врачев пояснил, что такой экзамен включает в себя тестирование и устное собеседование по билету из четырех вопросов по различным отраслям права. Но все вопросы носят довольно обобщенный характер, и их изложение не может представлять трудностей для практикующих юристов, особенно тех, кто занимается вопросами гражданского права.
Исполнительный вице-президент АП ВО Любовь Черникова подробно рассказала о многообразии форм организации адвокатской деятельности и особенностях их работы.
Она пояснила, что адвокат вправе свободно выбирать форму адвокатского образования: адвокатский кабинет, коллегия адвокатов, адвокатское бюро, юридическая консультация. Для отдельных форм предусмотрено требование адвокатского стажа, но законопроект в рамках проводимой реформы учитывает данный аспект и допускает учет стажа работы по юридической специальности. Адвокаты вправе создать коллегию адвокатов, которая выступает налоговым агентом. Члены коллегии не отвечают по обязательствам коллегии, а коллегия не отвечает по обязательствам ее членов. Коллегии могут создавать дополнительные офисы в других субъектах РФ для более удобной работы. При создании адвокатских бюро адвокаты соединяют свои усилия в рамках партнерского договора. Такая форма адвокатского образования позволяет гибко распределять профессиональные обязанности и вознаграждение. Преимущество формы адвокатского кабинета заключается в возможности его размещения в жилом помещении, принадлежащем адвокату или членам его семьи на праве собственности.
Любовь Черникова также отметила, что законопроект регулирует вопросы добровольного страхования профессиональной ответственности, которые по своей природе довольно неоднозначны, поскольку сложно измерить и оценить особенности и риски адвокатской деятельности. В то же время к адвокату предъявляется целый ряд профессиональных требований, соблюдение которых обеспечивает его особый – высокий – профессиональный статус и гарантирует доверие к нему со стороны общества и государства.
Игорь Татарович разъяснил особенности налогообложения в адвокатских образованиях. Он отметил, что любой адвокат должен работать в составе адвокатского образования, но само это образование не является субъектом оказания юридической помощи. Адвокатское образование – договорный, платежный и налоговый агент адвокатов. По своему характеру адвокатские образования представляют собой стандартную некоммерческую организацию, выступающую субъектом налогообложения. Денежные средства, поступающие от доверителей на счет адвокатского образования, не являются его доходом. В то же время адвокат не должен получать денежные средства напрямую. Адвокатское образование несет расходы, связанные с деятельностью адвокатов, удерживает НДФЛ, отчитывается за адвокатов. С точки зрения налогообложения ближе всего к индивидуальным предпринимателям находятся адвокатские кабинеты. Налогоплательщиками являются граждане, осуществляющие адвокатскую деятельность, которые представляют декларацию 3-НДФЛ.
Игорь Татарович подчеркнул, что адвокат должен вести учет своих расходов, уметь отделять личную часть от государственной. В то же время отчетность адвоката минимальна, в отличие от индивидуальных предпринимателей, адвокаты не платят НДС. Одновременно нельзя применять к ним и упрощенную систему налогообложения. Более того, требовать такого от государства было бы нежелательно, поскольку в таком случае на адвокатуру может быть распространен подход к налогообложению, равнозначный бизнесу.
В завершение дискуссии спикеры отметили, что адвокатское сообщество всегда будет приветствовать пополнение своего состава, и выразили убежденность в том, что юрист, занимающийся представительством в суде, должен носить гордое звание «адвокат» и пользоваться привилегиями специального субъекта.
На других секциях ЮФМ-2025 адвокатское сообщество также было представлено весьма широко, активно включаясь в обсуждение вопросов банкротной практики, налогообложения, особенностей процессуальной тактики в гражданском и уголовном судопроизводстве и многих других.
Адвокат Оксана Величкова совместно с профессиональной командой филиала ВОКА Адвокатская контора «Величкова и партнеры» посвятили отдельную дискуссионную сессию анализу сложнейших кейсов бракоразводной практики, затронув не только правовые, но и управленческие проблемы. Юристы, специализирующиеся на семейных спорах, смогли узнать, как эффективно выстраивать стратегию защиты интересов клиента и выстроить сотрудничество с доверенными специалистами для комплексной работы над сложными проектами.
Адвокат Сергей Бородин и Адвокатская контора «Бородин и партнеры» на ЮФМ-2025 представили целый блок секций, на которых были рассмотрены уголовные и налоговые риски в экономических спорах, стратегия контрнаступления при обыске, а также банкротные и уголовные «коррективы» налогообложения. Аналитика правовых проблем проводилась на основе реальных кейсов, на примере которых были проанализированы ошибки и преимущества различных юридических стратегий по защите интересов граждан и юридических лиц.
