24 июля Верховный Суд вынес Определение суда кассационной инстанции по делу № 5-УДП25-52-К2 об отмене постановления кассационного суда, который, отменяя обвинительный приговор и прекращая уголовное дело, допустил ошибочное применение обратной силы закона.
По приговору Тушинского районного суда г. Москвы от 30 января 2024 г. Владимир Шматов был признан виновным в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности здоровья потребителей (ч.1 ст. 238 УК РФ). Суд установил, что подсудимый, являясь врачом-хирургом, 1 июля 2019 г. при оказании медицинских услуг без необходимого обследования пациентки, которое бы позволило поставить правильный диагноз и выбрать верное лечение, провел операцию, не отвечающую требованиям безопасности, которая создала реальную угрозу здоровью потерпевшей и привела к установлению второй группы инвалидности. Владимир Шматов был приговорен к штрафу в размере 200 тыс. руб., но освобожден от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. Апелляция оставила приговор по существу без изменения.
2 апреля 2025 г. Второй КСОЮ отменил приговор и апелляционное постановление в отношении Владимира Шматова, а также прекратил уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления, признав за ним право на реабилитацию.
Не ставя под сомнение доказанность действий подсудимого и их квалификацию, кассационный суд сослался в постановлении на поправки в Уголовный кодекс РФ, согласно которым ст. 238 УК дополнена примечанием о том, что ее действие не распространяется на случаи оказания медработниками медицинской помощи. В связи с этим он применил в отношении Владимира Шматова положения ст. 10 УК, указав, что его действия, как врача-хирурга по оказанию медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, не могут квалифицироваться по ч. 1 ст. 238 УК. Также кассация привела в постановлении свои суждения об отсутствии в действиях Владимира Шматова состава какого-либо иного преступления, в том числе предусмотренного ст. 118 УК, в связи с чем пришла к выводу о том, что уголовное дело подлежит прекращению, так как преступность и наказуемость деяния, за которое врач был осужден, были устранены новым уголовным законом.
Заместитель генерального прокурора РФ Игорь Ткачёв подал кассационное представление в Верховный Суд. Он указал, что кассацией необоснованно применены в отношении Владимира Шматова положения ст. 10 УК, поскольку на момент внесения изменений в ст. 238 УК он считался несудимым, поэтому никакие уголовно-правовые последствия, обусловленные совершенным им преступлением, на него не распространяются. Кроме того, в кассационном представлении указывалось на необоснованность вывода о признании за Владимиром Шматовым права на реабилитацию, так как при применении в отношении лица закона, устраняющего преступность и наказуемость деяния, правила о реабилитации не действуют. Прокурор обратил внимание, что суд кассационной инстанции в нарушение ч. 2 ст. 306 УПК, прекращая уголовное дело, не решил вопрос о судьбе гражданского иска, который был заявлен потерпевшей.
Изучив дело, Судебная коллегия по уголовным делам ВС напомнила, что согласно ст. 10 УК уголовный закон, устраняющий преступность деяния или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или имеющих судимость. Вместе с тем, в соответствии с п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 24 июня 2025 г. № 10 «О практике применения судами положений статьи 10 Уголовного кодекса РФ об обратной силе уголовного закона», положения ст. 10 УК ограничивают распространение нового уголовного закона, которому придается обратная сила, моментом погашения или снятия судимости, поскольку с данного момента устраняются все правовые последствия, предусмотренные УК РФ, связанные с судимостью. С учетом этого по общему правилу пересмотр приговора по основаниям, предусмотренным ст. 10 УК, возможен до погашения или снятия судимости.
Аналогичная позиция, как заметил ВС, изложена Конституционным Судом в Определении от 26 марта 2020 г. № 799-О, в котором отмечено, что с завершением уголовно-правовых отношений исключаются и возможность, и необходимость применения положений нового уголовного закона к лицу, на которое никакие уголовно-правовые последствия, обусловленные совершенным им преступлением, уже не распространяются.
Судебная коллегия обратила внимание, что в соответствии с ч. 2 ст. 86 УК, п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 7 июня 2022 г. № 14 «О практике применения судами при рассмотрении уголовных дел законодательства, регламентирующего исчисление срока погашения и порядок снятия судимости» считается несудимым лицо, в отношении которого вступил в законную силу обвинительный приговор с назначением наказания, от отбывания которого осужденный полностью освобожден, в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Как отметил ВС, изменения, содержащиеся в примечании к ст. 238 УК, декриминализующие преступность и наказуемость действий медработников по оказанию медицинских услуг, введены Федеральным законом от 28 декабря 2024 г. № 514-ФЗ и подлежали применению с 8 января 2025 г. Однако приговор в отношении Владимира Шматова, согласно которому он освобожден от наказания за истечением срока давности уголовного преследования и считался несудимым, вступил в законную силу 12 августа 2024 г., то есть до принятия нового уголовного закона, уточнил Суд.
Таким образом, учитывая, что на момент рассмотрения уголовного дела в кассационном порядке приговор в отношении Владимира Шматова вступил в законную силу и он считался несудимым, Судебная коллегия посчитала, что решение суда кассационной инстанции об отмене приговора и апелляционного постановления с прекращением уголовного дела за отсутствием в действиях подсудимого состава преступления принято без учета вышеприведенных требований закона.
Кроме того, ВС отметил, что, признавая за Владимиром Шматовым право на реабилитацию, суд кассационной инстанции не учел, что согласно ч. 4 ст. 133 УПК правила о реабилитации не распространяются на случаи, когда меры процессуального принуждения или постановленный обвинительный приговор отменены или изменены ввиду принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния. На положения данной нормы закона обращено внимание и в п. 14 Постановления Пленума ВС № 10. Данная позиция отражена и в Определении КС РФ от 28 февраля 2019 г. № 552-О, в котором отмечено, что принятие закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, не свидетельствует о незаконности предшествующего уголовного преследования и поэтому не подпадает под критерии норм закона, предполагающих реабилитацию.
ВС добавил, что суд кассационной инстанции, отменяя обвинительный приговор и прекращая уголовное дело в отношении Владимира Шматова, не разрешил вопрос о судьбе гражданского иска, заявленного потерпевшей, что противоречит требованиям ч. 2 ст. 306 УПК и п. 30 Постановления Пленума ВС РФ от 13 октября 2020 г. № 23 «О практике рассмотрения гражданского иска по уголовному делу».
Кроме того, Судебная коллегия обратила внимание, что кассационная жалоба защитника, члена АП г. Москвы Виктора Жидких, содержала доводы о невиновности осужденного, поскольку никаких нарушений при проведении операции Владимиром Шматовым допущено не было, о нарушениях закона, допущенных органом предварительного следствия и судом, повлиявших на исход дела, в связи с чем защитник просил отменить состоявшиеся по делу судебные решения и уголовное дело возвратить прокурору в порядке ст. 237 УПК. Однако суд кассационной инстанции какой-либо оценки этим доводам не дал, ограничившись лишь указанием на то, что с учетом примечания к ст. 238 УК и исходя из положений ст. 10 УК, действия Владимира Шматова, как врача-хирурга по оказанию медицинских услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, не могут квалифицироваться по ч. 1 ст. 238 УК.
Таким образом, Верховный Суд отменил постановление Второго КСОЮ и передал уголовное дело на новое кассационное рассмотрение, в ходе которого необходимо надлежащим образом выполнить требования уголовного и уголовно-процессуального закона и создать условия для объективного и справедливого разрешения дела.
Комментируя определение ВС, заместитель председателя КА «Нянькин и партнеры» Алексей Нянькин отметил, что данный судебный акт содержит отсылки сразу к нескольким ошибкам, действительно допущенным Вторым КСОЮ. «При этом с позиции применения ст. 401.6 УПК о возможности пересмотра в кассационном порядке приговора, определения, постановления суда по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного, лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, в данной ситуации сложно спорить с выводами ВС РФ и доводами заместителя Генпрокурора РФ, поскольку нарушения, по крайней мере в части применения ст. 10 УК, являются слишком очевидными», – считает адвокат.
Алексей Нянькин полагает, что суд кассационной инстанции, стремясь скорее обратить внимание к практике применения ст. 238 УК к медработникам, допустившим врачебные ошибки, проигнорировал давно высказанную высшими судами позицию о том, что применение нового закона, улучшающего положение осужденного, в контексте ст. 10 УК возможно только в случаях, когда в отношении привлеченного к ответственности лица продолжают действовать неблагоприятные правовые последствия, связанные с неснятой или непогашенной судимостью.
Он подчеркнул, что очевидность отсутствия негативных последствий ранее применявшихся уголовно-правовых мер должна была исключить выявленную ВС ошибку кассационной инстанции в применении уголовного закона. «Однако, это сам факт ошибочного применения ст. 10 УК, исходя из мотивировочной части рассматриваемого определения, не исключает в целом самого подхода прекращения уголовных дел в отношении осужденных медицинских работников в аналогичных ситуациях по реабилитирующим основаниям, но с применением ст. 10 УК», – отметил адвокат.
По его мнению, второй повод к отмене кассационного определения, связанный с нерассмотрением доводов о допущенных нарушениях процессуального закона и недоказанности вины подсудимого в совершении инкриминируемого деяния, является слабым утешением для стороны защиты. «Не предрешая выводов кассационного суда при новом рассмотрении дела, к сожалению, представляется, что доводы о недоказанности вины осужденного будут отклонены (обычно кассация лишена возможности переоценивать доказательства), а решение в части признания права на реабилитацию, признанное незаконным ВС РФ, будет зависеть исключительно от итогов нового кассационного рассмотрения дела и установления объективных признаков недоказанности вины осужденного», – прокомментировал Алексей Нянькин.
Адвокат МГАиН коллегии адвокатов «Люди Дела» Василий Бастрыкин в целом согласен с определением ВС, поскольку на момент рассмотрения дела кассационным судом Владимир Шматов судимости не имел ввиду освобождения его от наказания за истечением срока давности уголовного преследования. Таким образом, оснований для пересмотра приговора в соответствии со ст. 10 УК не имелось. Эксперт отметил, что не оставил незамеченным ВС и противоречие, допущенное судом кассационной инстанции, который применил положения ст. 10 УК и при этом признал за лицом право на реабилитацию, хотя ст. 133 УК прямо указывает на то, что правила о реабилитации не распространяются на случаи, связанные с принятием закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния.
По мнению Василия Бастрыкина, ВС также справедливо указал на нарушение требований ч. 2 ст. 306 УПК в части разрешения вопроса о судьбе гражданского иска. Иск при таких обстоятельствах должен быть оставлен без рассмотрения с разъяснением в постановлении суда права на предъявление иска в порядке гражданского судопроизводства, пояснил адвокат. Вместе с тем, он посчитал важным, что Верховный Суд обратил внимание на нарушение нижестоящего суда, не давшего оценку доводам защиты. «Защитники регулярно сталкиваются с тем, что их доводы либо полностью игнорируются судами, либо отклоняются без надлежащей мотивировки. Данное определение в очередной раз показывает, что необходимо бороться до конца и обжаловать незаконные решения», –резюмировал он.
Редакции «АГ» не удалось оперативно получить комментарий защитника Владимира Шматова, адвоката Виктора Жидких.
