×

ВС указал, когда полис ОСАГО, выданный после начала процедуры банкротства страховщика, сохраняет силу

Суд подчеркнул, что если страхователь уплатил страховую премию, то Российский Союз Автостраховщиков обязан возмещать вред потерпевшему в ДТП вместо страховщика-банкрота, даже если договор страхования заключен после приостановления действия его лицензии
Фотобанк Лори
Один из экспертов «АГ» полагает, что определение Верховного Суда даст судам ориентир на приоритет защиты экономически слабых сторон отношений между страхователями и страховщиками. Другая предположила, что озвученная ВС позиция сократит иски автовладельцев к РСА по данной категории дел.

Верховный Суд вынес Определение № 51-КГ20-2, в котором разобрался, в каких случаях Российский Союз Автостраховщиков должен возместить причиненный страхователем вред.

РСА отказал в выплате после ДТП

29 августа 2017 г. Виталий Нестеров врезался в транспортное средство Александра Власова. С целью определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля потерпевший обратился к ИП А. Шелудякову, который в заключении указал, что по причине нецелесообразности восстановления транспортного средства определена доаварийная стоимость машины за вычетом годных остатков, которая составила с учетом износа 143 тыс. руб.

В период с 25 октября 2016 г. по 24 октября 2017 г. гражданская ответственность Александра Власова была застрахована в ООО МСК «СТРАЖ». На момент ДТП гражданская ответственность Виталия Нестерова была застрахована в ООО «Антал-Страхование» по полису сроком действия с 13 сентября 2016 г. по 12 сентября 2017 г., страхователем по которому выступал Владимир Полянский (с неограниченным количеством лиц, допущенных к управлению транспортным средством с использованием в качестве такси).

Поскольку на тот момент МСК «СТРАЖ» и «Антал-Страхование» были признаны банкротами и в отношении них было открыто конкурсное производство, Александр Власов направил в Российский Союз Автостраховщиков заявление о компенсационной выплате, в чем ему было отказано. РСА указал, что договор страхования гражданской ответственности виновника ДТП является недействительным и не влечет правовых последствий, поскольку приостановление действия лицензии субъекта страхового дела означает запрет на заключение договоров страхования и внесение в них изменений.

7 мая 2018 г. Александр Власов обратился с досудебной претензией в адрес РСА, однако 19 июня 2018 г. Союз проинформировал его о решении об отказе в осуществлении компенсационной выплаты.

Тогда Александр Власов обратился в Индустриальный районный суд г. Барнаула с иском к Владимиру Полянскому, Виталию Нестерову и РСА о возмещении ущерба, причиненного в результате ДТП. Он просил взыскать ущерб в размере 143 тыс. руб. и судебные расходы в размере более 9 тыс. руб. Кроме того, в случае признания надлежащим ответчиком РСА, он просил взыскать неустойку за период с 4 мая 2018 г. по день вынесения судом решения в размере 1% за каждый день просрочки от суммы компенсационной выплаты и штраф в размере 50% от разницы между совокупным размером компенсационной выплаты, определенной судом, и размером страховой выплаты, осуществленной ответчиком в добровольном порядке.

Суды разошлись в оценках действительности полиса ОСАГО

Суд первой инстанции, взыскивая возмещение ущерба с РСА, исходил из того, что ответственность обоих участников ДТП на момент аварии была застрахована. При этом суд счел необоснованными доводы о недействительности договора ОСАГО Владимира Полянского, поскольку в отношении указанного договора законодателем предусмотрен специальный порядок расторжения. Однако часть страховой премии страхователю возвращена не была, доказательств извещения Полянского о расторжении договора и возврате его страховой премии в суд не представлено.

Кроме того, суд отметил, что страхователем обязательства по договору страхования были исполнены в полном объеме, о вступлении в силу приказа о приостановлении действия лицензии на момент заключения договора Владимир Полянский не знал и не мог знать, а толкование сомнений в действительности полиса обязательного страхования автогражданской ответственности в пользу более слабой стороны соответствует принципу добросовестности участников гражданских правоотношений и разумности их действий.

Разрешая требования о взыскании неустойки и штрафа, суд первой инстанции не усмотрел оснований для освобождения РСА от их уплаты, однако указал на наличие правовых оснований для снижения размера подлежащих взысканию в качестве неустойки и штрафа сумм с учетом положений ст. 333 Гражданского кодекса при наличии соответствующего заявления Союза.

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда отменила судебное постановление нижестоящего суда и указала на то, что заключение договора обязательного страхования автогражданской ответственности между Владимиром Полянским и ООО «Антал-Страхование» после приостановления действия лицензии последнего на осуществление страховой деятельности влечет недействительность указанного договора. Следовательно, указала апелляция, ответственность лица, виновного в дорожно-транспортном происшествии, застрахована в установленном законом порядке не была и причиненный истцу ущерб подлежит в силу ст. 1064 ГК взысканию с виновного лица.

В связи с этим суд принял новое решение, которым взыскал с Виталия Нестерова сумму ущерба в размере 143 тыс. руб. и судебные расходы, в удовлетворении остальной части требований потерпевшего отказал.

Верховный Суд указал, что РСА обязан возместить потерпевшему вред

Читайте также
ВС представил новые разъяснения по ОСАГО
Пленум Верховного Суда принял постановление о применении судами законодательства об ОСАГО
26 Декабря 2017 Новости

Не согласившись с таким решением, Александр Власов обратился в Верховный Суд. Высшая инстанция указала, что согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 Постановления Пленума ВС от 26 декабря 2017 г. № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», потерпевший, имеющий право на прямое возмещение убытков, в случае введения в отношении страховщика его ответственности процедур, применяемых при банкротстве, или в случае отзыва у страховщика лицензии на осуществление страховой деятельности вправе обратиться за страховым возмещением к страховщику ответственности причинителя вреда (п. 9 ст. 14.1 Закона об ОСАГО). В случае если процедуры, применяемые при банкротстве, введены как в отношении страховщика ответственности потерпевшего, так и в отношении страховщика ответственности причинителя вреда, или в случае отзыва у них лицензии на осуществление страховой деятельности, потерпевший вправе требовать возмещения убытков посредством компенсационной выплаты РСА (п. 6 ст. 14.1 Закона об ОСАГО).

ВС указал, что в соответствии с п. 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (п. 5 ст. 10 названного Кодекса).

Суд отметил, что в п. 1 Постановления Пленума ВС от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу, заметил ВС, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Кроме того, согласно положениям ст. 309 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (п. 1 ст. 310 названного Кодекса).

Верховный Суд напомнил, что в ст. 3 Закона об ОСАГО установлено, что одним из основных принципов обязательного страхования является гарантия возмещения вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потерпевших, в пределах, установленных данным федеральным законом. В преамбуле этого закона также указано, что он принят в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного в том числе их имуществу при использовании транспортных средств иными лицами.

«Из приведенных положений закона следует, что страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств направлено в первую очередь на повышение уровня защиты потерпевших, на возмещение причиненного им вреда. При этом потерпевший является наименее защищенным из всех участников правоотношений по обязательному страхованию ответственности, лишенным возможности влиять на условия договора страхования ответственности причинителя вреда, не осведомленным об обстоятельствах заключения этого договора, в силу чего может и вправе добросовестно полагаться на сведения, указанные в выданном страховщиком полисе страхования общеобязательного образца», – посчитал Верховный Суд.

Высшая инстанция отметила, что ст. 15 Закона об ОСАГО предусматривает, что при заключении договора обязательного страхования страховщик вручает страхователю страховой полис, являющийся документом, удостоверяющим осуществление обязательного страхования, или выдает лицу, обратившемуся к нему за заключением договора обязательного страхования, мотивированный отказ в письменной форме о невозможности заключения такого договора, о чем также информирует Банк России и профессиональное объединение страховщиков. Страховщик не позднее одного рабочего дня со дня заключения договора обязательного страхования вносит сведения, указанные в заявлении о заключении договора обязательного страхования и (или) представленные при заключении этого договора, в автоматизированную информационную систему обязательного страхования, созданную в соответствии со ст. 30 данного закона. Бланк страхового полиса обязательного страхования является документом строгой отчетности (п. 7).

В соответствии с п. 7.1 Закона страховщик обеспечивает контроль за использованием бланков страховых полисов обязательного страхования страховыми брокерами и страховыми агентами и несет ответственность за их несанкционированное использование. Для целей этого закона под несанкционированным использованием бланков страховых полисов обязательного страхования понимается возмездная или безвозмездная передача чистого или заполненного бланка страхового полиса владельцу транспортного средства без отражения в установленном порядке факта заключения договора обязательного страхования, а также искажение представляемых страховщику сведений об условиях договора обязательного страхования, отраженных в бланке страхового полиса, переданного страхователю.

В случае причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевшего владельцем транспортного средства, обязательное страхование гражданской ответственности которого удостоверено страховым полисом обязательного страхования, бланк которого несанкционированно использован, страховщик, которому принадлежал данный бланк страхового полиса, обязан за счет собственных средств возместить причиненный вред в порядке, установленном данным законом для осуществления страхового возмещения, за исключением случаев хищения бланков страховых полисов обязательного страхования, при условии, что до даты наступления страхового случая страховщик, страховой брокер или страховой агент обратился в уполномоченные органы с заявлением о хищении бланков. Принадлежность бланка страхового полиса обязательного страхования страховщику подтверждается профессиональным объединением страховщиков в соответствии с правилами профессиональной деятельности.

Высшая инстанция отметила, что согласно п. 8 Постановления Пленума ВС № 58 страховой полис является доказательством, подтверждающим заключение договора обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства, пока не доказано иное. Следует иметь в виду, что сообщение профессионального объединения страховщиков об отсутствии в автоматизированной информационной системе обязательного страхования данных о страховом полисе само по себе не является безусловным доказательством неисполнения обязанности по заключению договора страхования и должно оцениваться наряду с другими доказательствами.

«Из приведенных положений закона следует, что страховщик несет ответственность перед потерпевшим по обязательствам, удостоверенным принадлежащим страховщику полисом ОСАГО, в том числе и в случаях хищения бланка полиса, его несанкционированного использования, нарушения порядка выдачи полиса, искажения указанных в нем сведений и т.п. Основанием освобождения страховщика от такой ответственности является хищение бланка полиса только лишь при условии заявления страховщиком об этом в уполномоченные органы до даты страхового случая», – указал ВС.

Таким образом, подчеркнул Суд, при наличии страхового полиса установленного образца бремя доказывания обстоятельств недействительности договора страхования подлежит возложению на страховщика.

ВС заметил, что при разрешении спора суд установил, что на момент ДТП в подтверждение страхования своей гражданской ответственности Владимиром Полянским был представлен полис ОСАГО, который имеет совпадения в специальных средствах защиты бланков и соответствует бланку-образцу, изготовленному ФГУП «Гознак», имеющемуся в коллекции ФБУ АЛСЭ Минюста России. Кроме того, исполнение Владимиром Полянским обязательства по уплате страховой премии в размере более 20 тыс. руб. подтверждается квитанцией на получение страховой премии (взноса), подписанной от имени страховщика ИП Клейн и имеющей печать ООО «Антал-Страхование».

Верховный Суд указал, что сведения о том, что страховщиком или конкурсным управляющим было заявлено в уполномоченные органы до даты страхового случая о несанкционированном использовании бланка страхового полиса, установлены не были, вопрос о том, была ли получена страховая премия «Антал-Страхование», не исследовался, хотя имел значение для правильного разрешения спора.

«При таких обстоятельствах отказ в удовлетворении исковых требований Власова А.А. к РСА противоречит приведенным выше положениям Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности и надлежащем исполнении обязательств, а также установленному ст. 3 Закона об ОСАГО принципу гарантированного возмещения вреда потерпевшим», – резюмировал ВС и направил дело на новое рассмотрение в апелляционную инстанцию.

Адвокаты посчитали, что определение приведет к единообразию практики

В комментарии «АГ» исполнительный директор юридической компании «Глазунов и Семёнов» Дмитрий Семёнов отметил, что высказанная Верховным Судом правовая позиция соответствует тем принципам, на которых базируется институт ОСАГО. Он указал, что ВС неформально подошел к делу, что является положительным моментом. «В целом Верховный Суд обоснованно встал на сторону страхователя, отметив его добросовестность и приоритетность защиты его прав. Обоснованно распределено и бремя доказывания недействительности договора страхования при наличии страхового полиса», – заметил юрист.

Дмитрий Семёнов отметил, что банкротство страховщиков не является редкостью, в связи с чем сложности с получением возмещения ущерба возникают у страхователей регулярно, при этом практика рассмотрения споров, где страховщики находится на какой-либо стадии несостоятельности (банкротства), не отличается единообразием. «Полагаю, что определение Верховного Суда если и не поставит точку в разрешении подобных споров, то даст судам нижестоящих инстанции ориентир на приоритет защиты экономически слабых сторон отношений между страхователями и страховщиками», – резюмировал он.

Член Ассоциации юристов России, адвокат АБ «Легес Бюро» Ольга Евстропова отметила, что согласно ч. 9 ст. 14.1 Закона об ОСАГО в случае банкротства страховой компании либо отзыва лицензии автовладельцам за получением компенсации следует обращаться в Российский Союз Автостраховщиков как организацию, осуществляющую функции контроля и регулирования страховой деятельности. «При этом, как правильно указал Верховный Суд, на принятие решения о выплате страховой компенсации не должен влиять факт прекращения договора страхования в связи с банкротством страховой компании и (или) факт приостановления действия лицензии страховой компании на осуществление страховой деятельности, о котором автовладелец не знал, заключая договор страхования», – указала адвокат.

Ольга Евстропова отметила, что ситуации, при которых участники ДТП имеют страховые полисы, выданные по договорам страхования страховщиками, обладающими признаками банкротства либо не имеющими действующей лицензии, в практике встречаются часто. «Правовая позиция ВС РФ о неправомерности отказа РСА в выплате компенсации автовладельцам сократит иски автовладельцев к РСА по данной категории дел», – предположила она.

Рассказать: