×

Единый стандарт качества

В газете «Ведомости» (№ 13 (2779) за 27 января 2011 г.) было опубликовано интервью заместителя министра юстиции Юрия Любимова «Единый стандарт качества», в котором впервые после реформы 2002 года обозначены кардинальные направления реорганизации профессиональной деятельности по оказанию юридической помощи. Редакция «АГ» приглашает читателей высказать свои предложения относительно будущего переустройства «адвокатского мира».
Материал выпуска № 3 (92) 1-15 февраля 2011 года.

ЕДИНЫЙ СТАНДАРТ КАЧЕСТВА

В газете «Ведомости» (№ 13 (2779) за 27 января 2011 г.) было опубликовано интервью заместителя министра юстиции Юрия Любимова «Единый стандарт качества», в котором впервые после реформы 2002 года обозначены кардинальные направления реорганизации профессиональной деятельности по оказанию юридической помощи.  Редакция «АГ» приглашает читателей высказать свои предложения относительно будущего переустройства «адвокатского мира».

    Наш комментарий

Как достигнуть прогресса?

Стойкая консервативность лучше неосмотрительного новаторства

К моменту сдачи номера в печать мы успели получить только один, но весьма обстоятельный отклик – от первого вице-президента ФПА РФ Юрия Пилипенко.

Содержательное выступление Ю.С. Любимова не может оставить равнодушным.

Вызывает неподдельное уважение масштаб задуманных новаций, искреннее желание цивилизовать сферу оказания юридической помощи в нашей стране. Некоторые из высказанных идей для меня лично во многом неожиданны. Мы в течение последних полутора лет, конечно, догадывались о том, что современное руководство Минюста имеет серьезные намерения по реорганизации сферы юридической помощи, и каждый раз при общении с представителями министерства отрывочно узнавали суть новых идей. Однако, пожалуй, только сейчас опубликованы пригодные для осмысления и серьезного обсуждения очертания предстоящей реформы.

Скорее всего, не ошибаюсь, предполагая, что некоторым многое из предложенного Ю. С. Любимовым покажется неожиданным и неприемлемым. Скорее всего, это будут адвокаты, а не свободные юристы. В отличие от адвокатов, они ничего не теряют, а только приобретают. Как бы не вышло так, что консультантам – всё, а адвокатам – новый закон. Наверняка не обрадует нынешних адвокатов предложение о переэкзаменовке. В то же время понимаю, что прогресс не достигается единогласием. И адвокатуре ради развития придется поступиться чем-то из нынешних реалий.

Лично мне представляется не вполне оправданной концептуальная установка изложенной позиции на исключительно рыночный характер адвокатской деятельности. Ни естественное желание хорошо зарабатывать, ни получаемые иногда адвокатами крупные гонорары, ни гигантские обороты зарубежных (иногда уже и российских) адвокатских фирм не могут служить оправданием этому добросовестному заблуждению. Некоторые так называемые адвокатские привилегии, а именно: свидетельский иммунитет, адвокатская тайна, особый порядок возбуждения дел, все еще не функционирующий адвокатский запрос, обещанная монополия на судебное представительство – обусловлены исключительно публично-правовой ролью адвокатуры. Их ни в коем случае нельзя рассматривать как средство извлечения прибыли.

Адвокатура – базовый элемент современного состязательного судопроизводства. Это в первую очередь. И лишь во вторую, в большей степени для материального обеспечения собственной независимости, адвокатуре предоставлена возможность свободно зарабатывать. И доходы адвокатов должны беспокоить самих адвокатов, а не государство. Но когда адвокату приходится вести защиту по назначению суда и органов следствия за 298 рублей в день, тогда мы вправе рассчитывать на адекватное внимание со стороны государства. И если предлагаемые новации исправят этот позор – позволят ввести достойные ставки оплаты, уже за одно это можно будет благодарить нынешнее руководство Минюста.

Конечно же, адвокатура нуждается в имплементации рыночных элементов. Но в пределах, не меняющих ее суть. Например, может ли сегодня в России адвокатское образование функционировать в виде хозяйственного общества? Не уверен, что может. Имеющийся мировой опыт на сей счет неоднозначен. Привлечение спекулятивного капитала для целей адвокатской деятельности или же капитализация адвокатского труда может поставить российскую адвокатуру под жестокий удар как со стороны государства, так и со стороны иностранных “коллег”.

Очень рассчитываю на то, что предполагаемая реформа сферы оказания юридической помощи – а не адвокатуры, как это звучит сейчас, – удастся. Причем не только на бумаге (как это, кажется, уже произошло с Законом о полиции). Надеюсь, что руководители Минюста сейчас, когда уже озвучены направления реформы, сочтут возможным провести дополнительные консультации со всеми заинтересованными лицами. Не стоит пренебрегать мнением российской адвокатуры, опасаясь ее якобы консервативности. Мы же все понимаем, что стойкая консервативность по-любому лучше неосмотрительного новаторства.

Общее впечатление от интервью Ю.С. Любимова – скорее сдержанный, но оптимизм.
 
 
"АГ" № 3, 2011