×

Произвольная замена наказаний

Верна ли правовая позиция Конституционного Суда РФ о замене уголовных наказаний?
Материал выпуска № 2 (91) 16-31 января 2011 года.

ПРОИЗВОЛЬНАЯ ЗАМЕНА НАКАЗАНИЙ

Верна ли правовая позиция Конституционного Суда РФ о замене уголовных наказаний?

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 16 февраля 2006 г. № 62-О установил, что ч. 4 ст. 50 УК РФ предусматривает замену назначенного по приговору суда и не исполняемого осужденным наказания в виде исправительных работ его эквивалентом – лишением свободы, исполнение которого может быть осуществлено принудительно. Но эта норма уголовного закона не согласуется с другими его нормами и нормами Конституции РФ.

В адвокатской практике автора настоящей статьи имел место случай замены наказания осужденному за совершение преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 157 УК РФ (злостное уклонение от уплаты средств на содержание детей). Назначенное по приговору наказание в виде исправительных работ заменено лишением свободы в соответствии с ч. 4 ст. 50 УК РФ, которая устанавливает право суда в случае злостного уклонения осужденного от отбывания исправительных работ заменить неотбытое наказание лишением свободы из расчета один день лишения свободы за три дня исправительных работ.

Однако санкция ч. 1 ст. 157 УК РФ не устанавливает наказания в виде лишения свободы, а предусматривает лишь более мягкие виды наказания.

Определение КС РФ

Не согласившись с вынесенным судебным решением, я его обжаловал, считая применение уголовного закона неправильным, но вышестоящими судебными инстанциями оно было оставлено без изменения.

Рассматривая этот вопрос, связанный с исполнением приговора, суды в своей практике руководствуются правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в его определении от 16 февраля 2006 г. № 62-О «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Северского городского суда Томской области о проверке конституционности части четвертой статьи 50 Уголовного кодекса Российской Федерации».

В данном решении Конституционный Суд установил, что в силу правовой позиции, указанной в его Постановлении от 19 марта 2003 г. № 3-П, федеральный законодатель вправе предусмотреть в уголовном законе как возможность назначения лицу, признанному виновным в совершении преступления, наказания, не связанного с лишением свободы, в том числе в виде исправительных работ, так и возможность его замены – в случае нарушения осужденным установленных законом требований к его отбыванию – иным наказанием.

Сформулировав в ч. 4 ст. 50 УК РФ правило, согласно которому в случае злостного уклонения лица, осужденного к исправительным работам, от отбывания назначенного ему наказания суд может заменить неотбытое наказание лишением свободы, законодатель не вышел за пределы своих полномочий. Данная норма во взаимосвязи со ст. 3, 4, 5, 6 и 7 УК РФ, закрепляющими принципы законности, равенства граждан перед законом и судом, ответственности лишь за виновные действия, справедливости и гуманизма, не допускает ни назначения нового наказания за преступление, за которое лицо ранее было осуждено, ни назначения самостоятельного наказания за не являющееся преступлением уклонение от отбывания исправительных работ, – она лишь предусматривает замену назначенного по приговору суда и не исполняемого осужденным наказания его эквивалентом, исполнение которого может быть осуществлено принудительно. При этом решение, принимаемое судом в соответствии с ч. 4 ст. 50 УК РФ, не может быть произвольным, в нем должны быть учтены характер преступления, за которое лицо осуждено, особенности его личности, а также причины, по которым назначенное судом наказание не исполнялось.

В итоге Конституционный Суд пришел к выводу, что часть 4 ст. 50 УК РФ создает условия для исполнения приговора и обеспечивает тем самым неотвратимость и справедливость ответственности за преступление, за совершение которого лицо осуждено, и не может рассматриваться как нарушающая конституционные права человека и гражданина, гарантируемые ст. 49 (ч. 1) и 50 (ч. 1).

Ни у кого из судей Конституционного Суда, рассматривавших обращение, особого мнения по данному вопросу не возникло. Но является ли обоснованной приведенная правовая позиция Конституционного Суда?

Следствие без причины

При рассмотрении судом вопроса о замене наказания не осуществляется доказывание вины в совершении преступления. По смыслу закона вина доказана и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Теперь по существу рассматривается исключительно вопрос исполнения приговора в части назначенного наказания.

Поэтому отчасти верна точка зрения Конституционного Суда о том, что после замены иное наказание не является новым наказанием за преступление, за которое лицо ранее было осуждено. Но эта точка зрения правильна только в той части, что наказание не является результатом нового рассмотрения судом уголовного дела о том же преступлении либо пересмотра приговора вышестоящим судом, а также повторной либо дополнительной мерой ответственности за то же преступление.

В остальном же эта точка зрения приводит к мысли, что в случае замены уже иное наказание применяется судом не вследствие осуждения виновного в совершении преступления, а по другим причинам, поэтому непосредственного отношения к преступлению и приговору оно не имеет.

Из содержания решения Конституционного Суда следует, что заявитель обращения утверждал о противоречии ч. 4 ст. 50 УК РФ лишь статьям 49 (ч. 1) и 50 (ч. 1) Конституции РФ, которые определяют, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда; никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление. Этот вывод обоснован Конституционным Судом приведенными им в решении аргументами, но он представляется неполным и сделан без всестороннего исследования вопроса. Этот вывод не исключает того, что фактически применяемое наказание утрачивает причинную связь с совершенным преступлением.

Аналогично нельзя полностью согласиться с точкой зрения Конституционного Суда о том, что в случае замены наказаний не назначается самостоятельное наказание за не являющееся преступлением уклонение от отбывания исправительных работ.

Действительно, установленные уголовным законом виды наказаний могут быть назначены лишь за совершение преступления, и в силу ч. 1 ст. 43 УК РФ они назначаются только по приговору суда. Поэтому уголовный закон не допускает назначения наказания не за преступления.

Между тем возникает парадокс. Применяемое de facto в итоге замены наказание становится следствием без причины.

Максимальный размер наказания?

Конституционный Суд, приведя сомнительные аргументы, пришел к выводу о том, что ч. 4 ст. 50 УК РФ лишь предусматривает замену назначенного по приговору суда и не исполняемого осужденным наказания его эквивалентом, исполнение которого может быть осуществлено принудительно.

Новая категория «эквивалент наказания, исполнение которого может быть осуществлено принудительно» не согласуется с другими нормами уголовного закона, а также с нормами Конституции РФ.

В частности, ч. 1 и 2 ст. 60 УК РФ предусматривают, что лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части уголовного закона, с учетом положений его Общей части. Уголовным законом не предусмотрено назначение более строгого наказания, чем предусмотрено за данное преступление.
Конституция РФ определяет, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (ч. 1 ст. 17). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18). 

Поэтому следует при рассмотрении затронутого мной вопроса применения уголовного закона, основываться именно на первостепенной значимости в государстве прав и свобод человека и гражданина.

Конституционный Суд считает вполне правомерным применение эквивалента наказания в виде лишения свободы даже в случаях, когда такой вид наказания не предусмотрен санкцией статьи Особенной части УК РФ. Такой вид наказания по характеру лишения и ограничения прав и свобод человека отличается от более мягких видов наказаний, и многие санкции статей Особенной части УК РФ за совершение преступлений небольшой тяжести не предусматривают такого вида наказания, что обосновано несоразмерностью такого вида наказания правонарушению, совершенному виновным. Следовательно, согласно правовой позиции Конституционного Суда совершение любого преступления может посредством замены наказаний повлечь применение наказания в виде лишения свободы.

Таким образом, исходя из правовой позиции Конституционного Суда, основной категорией в уголовном законе становится не преступление, а наказание. Верхние пределы санкций статей Особенной части УК РФ становятся размытыми и уже не определяют максимальной степени лишения или ограничения прав и свобод осужденного за конкретное преступление. Наказание за то или иное общественно опасное деяние уже не является очевидным для виновного.

Следует учесть, что ч. 5 ст. 46 УК РФ о наказании в виде штрафа предусматривает возможность его замены лишь в пределах санкции статьи Особенной части УК РФ. Но в случае, если санкцией этой же статьи Особенной части УК РФ предусмотрено наказание в виде исправительных работ, то верхний ее предел в случае замены наказаний перестает действовать.

Где же правовая определенность? Ведь в этом случае определяющее значение для применения окончательно вида наказания имеет выбор судьей вида наказания, назначаемого осужденному по приговору. Но окончательный вид фактически применяемого наказания по приговору не назначается.

Противоречие Конституции РФ и нормам международного права

К тому же вышеприведенная правовая позиция Конституционного Суда противоречит его правовой позиции, изложенной в определениях от 22 мая 1997 г. № 65-О и от 3 июля 1997 г. № 87-О, о том, что положение ст. 54 (ч. 1) Конституции РФ, в частности, исключает возможность применения в отношении осужденного наказания, выходящего за верхний предел санкции статьи уголовного закона, действовавшего на момент совершения преступления. По смыслу ст. 15 (ч. 4) Конституции РФ в случае, если обнаруживается, что какая-либо норма противоречит общепризнанным принципам и нормам международного права или международным договорам РФ, при рассмотрении конкретных дел надлежит применять правила соответствующих международных актов.

Пункт 1 ст. 7 Конвенции о защите прав человека и основных свобод устанавливает, что ни на кого не может налагаться наказание более тяжкое, нежели то, которое подлежало применению в момент совершения уголовного преступления. Данные положения норм международного права не допускают замены назначенного осужденному наказания вне пределов, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части уголовного закона.

Очевидно, что утверждение Конституционного Суда по вопросу замены уголовных наказаний не согласуется с нормами международного права, а вынесенное им отказное определение от 16 февраля 2006 г. № 62-О необоснованно устранило возможность реабилитации лиц, в отношении которых применялись иные наказания в результате замены, а также повлекло дальнейшую судебную практику применения к осужденным несправедливых наказаний в случаях, когда при их замене назначается более строгое наказание, не предусмотренное санкцией статьи Особенной части УК РФ.

Согласно ст. 6 и 79 Федерального конституционного закона от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации» решения Конституционного Суда обязательны на всей территории России для всех представительных, исполнительных и судебных органов государственной власти, органов местного самоуправления, предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц, граждан и их объединений. Решение Конституционного Суда окончательно, не подлежит обжалованию и вступает в силу немедленно после его провозглашения. Как же теперь устранить возникшую правовую неопределенность? Возможно, исключительно посредством законотворчества, но оно не устранит проблему возможности в будущем законодателем ввести эти же правила в уголовный закон.

Сергей ЖДАНОВ,
адвокат филиала № 8
Коллегии адвокатов г. Сургута
Ханты-Мансийского автономного округа – Югры

"АГ" № 2, 2011