×

Диагноз правосудия

О законопроекте, вводящем новый вид постановления КС РФ – о признании нормативного акта или договора либо отдельных их положений соответствующими Конституции РФ в истолковании, данном КС РФ
Костанов Юрий
Костанов Юрий
Советник ФПА РФ, член СПЧ
Этот законопроект из тех, которые можно считать диагнозом нашего правосудия. И по действующему закону решения КС РФ являются общеобязательными – в том числе и такие, в которых оспариваемая правовая норма признается соответствующей Конституции РФ, но только в одном конституционно-правовом смысле, выявленном КС РФ в этом решении.

То, что предлагается в законопроекте, – это не фундаментальные новации, это скорее разжевывание положений конституционного судопроизводства для тех правоприменителей, которые руководствуются в своей деятельности не Конституцией РФ и законами, но тем, что сегодня все чаще именуют политическим трендом, а также и нередко угадываемым или прямо высказанным мнением руководства. Для чиновников (а в России судьи в массе своей были и остаются чиновниками) мнение руководства выше даже законов природы. Поэтому законы, особенно процессуальные, должны содержать точные и жесткие нормы, оставляющие как можно меньше возможностей для маневра. С этой точки зрения предлагаемый законопроект в принципе заслуживает положительной оценки. Но только в принципе, потому что оставляет много вопросов.

Сначала о том, что положительно.

Законопроект призван решить проблему, связанную с не очень четким правовым статусом решений о признании оспариваемых правовых актов соответствующими Конституции РФ только в их истолковании КС РФ и с не всегда адекватным исполнением таких решений.

Нередко из-за многозначности терминов или по каким-либо иным причинам оспариваемый акт допускает различные истолкования. Причем наряду с соответствующими Конституции РФ и такие, которые установлениям Конституции РФ противоречат. В этих случаях в жалобах, адресованных в КС РФ, предлагается признавать оспариваемую норму не соответствующей Конституции РФ, поскольку данная  норма по смыслу, придаваемому ей правоприменительной практикой, допускает ее применение в противоречащем Конституции РФ варианте. Однако признание неконституционной оспариваемой нормы в полном объеме приведет к «выключению» ее из правового поля заодно и в том толковании, которое Конституции РФ соответствует. Так сказать, выплеснется с водой и ребенок.

В подобных случаях оспариваемую норму признавали соответствующей Конституции РФ, но при этом указывали, что применяться она должна в том конституционно-правовом смысле, который выявлен в решении КС РФ. Все бы было хорошо, если бы не то обстоятельство, что неконституционные смыслы оставались в законе и продолжали проникать в практику, а КС РФ время от времени вынужден был реанимировать собственные решения, принимая определения с позитивным содержанием.

Однако остаются вопросы, в законопроекте не нашедшие своего решения.

Во-первых, представляется необходимым дополнить проект закона отдельной статьей о внесении изменений и дополнений в корреспондирующие законы. Нетрудно понять логику законодателя (хотя и нельзя с ним здесь согласиться), установившего в ГПК РФ порядок, позволяющий суду общей юрисдикции, рассмотревшему дело в первой инстанции, самому решать, пересматривать ли вынесенное ранее решение, основанное на законе, который КС РФ признал противоречащим Конституции РФ. Можно ли всерьез говорить о законной силе решений, основанных на противоречащих Конституции РФ законах?

Необходимо внести изменение и в УПК РФ. Так, по действующим его нормам подлежат пересмотру лишь те приговоры, которые вынесены на основании закона, признанного КС РФ не соответствующим Конституции РФ. По точному смыслу закона к таким нормам нельзя отнести те, которые признаны соответствующими Конституции РФ, хотя бы даже с оговоркой о том, что этот закон применим только в том конституционно-правовом смысле, который выявлен КС РФ в соответствующем решении.

Вопрос о пересмотре приговоров и решений по гражданским делам заслуживает отдельного разговора. В процессуальном законодательстве речь идет о пересмотре приговоров и решений, вынесенных по делам заявителей, то есть лиц, которые обращались в КС РФ. Но если закон признан противоречащим Конституции РФ (как в том, так и в другом варианте), то любое решение, принятое на основании этого закона, становится незаконным независимо от того, по чьей жалобе КС РФ вынес свое решение.

До сих пор КС РФ всегда отказывал в рассмотрении жалоб на неконституционность закона, ранее уже признанного им соответствующим либо не соответствующим Конституции РФ. С этим связан и вопрос об обратной силе решений КС РФ о частичном признании оспариваемого закона не соответствующим Конституции РФ. Представляется очевидным, что признание правовой нормы противоречащей Конституции РФ (частично либо в полном объеме) должно приводить к признанию этой нормы утратившей силу с момента принятия решения КС РФ (или с момента возникновения противоречия Конституции РФ, если эти моменты не совпадают), а также к пересмотру судебных и иных решений, вынесенных до принятия этого решения КС РФ.

Чаще всего КС РФ принимает решения о признании закона частично соответствующим Конституции РФ – в истолковании, данном КС РФ, в определениях, в юридическом обиходе именуемых определениями с позитивным содержанием. В законопроекте и в таких случаях речь идет о постановлениях.

Возможно, это и правильно. Однако если после того, как законопроект станет законом, решения КС РФ с позитивным содержанием будут приниматься только в виде постановлений, то возникает риск, что ранее принятые определения с позитивным содержанием наши предрасположенные к обвинительному уклону судьи просто не будут применять (это объясняется тем, что судейское сообщество пополняется в подавляющем большинстве случаев бывшими следователями и прокурорами, а адвокатов и адвокатских родственников там знать не хотят).

Тут необходимо либо дополнить законопроект указанием о внесении соответствующих изменений и дополнений в ст. 3 и 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», либо в законопроекте в соответствующих местах слово «постановление» заменить словом «решение». Впрочем, без внесения изменений в ст. 3 и 71 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде РФ» в любом случае обойтись вряд ли будет возможно.
Рассказать:
Другие мнения
Якупов Тимур
Якупов Тимур
Юрист, партнер агентства практикующих юристов «Правильное право», помощник депутата Госдумы РФ
«Статичное» регулирование или справедливый подход?
Семейное право
И вновь о дуализме механизма взыскания алиментов на содержание детей
11 апреля 2024
Насонов Сергей
Насонов Сергей
Советник Федеральной палаты адвокатов РФ, адвокат АП г. Москвы, профессор кафедры уголовно-процессуального права Московского государственного юридического университета им. О.Е. Кутафина (МГЮА), д.ю.н.
Смертная казнь: уголовно-процессуальный аспект
Уголовное право и процесс
Включение данной меры в УК заставит вернуть эти составы преступлений в подсудность присяжных
04 апреля 2024
Смола Павел
Высшая мера: материально-правовой аспект
Конституционное право
Ни международное право, ни законодательство РФ не изменились в сторону желательности смертной казни
02 апреля 2024
Саркисов Валерий
Саркисов Валерий
Адвокат АП г. Москвы, АК «Судебный адвокат»
Сопричинение вреда в умышленных преступлениях
Уголовное право и процесс
Статью 153 УПК целесообразно дополнить новым основанием для соединения уголовных дел
01 апреля 2024
Мухаметов Руслан
Мухаметов Руслан
Юрисконсульт ООО «РПК»
Год или три?
Арбитражный процесс
Исчисление срока исковой давности для привлечения КДЛ к субсидиарной ответственности
29 марта 2024
Буробин Виктор
Буробин Виктор
Член Совета ФПА РФ, адвокат АП г. Москвы, президент адвокатской фирмы «ЮСТИНА»
Смертная казнь: «за» и «против»
Уголовное право и процесс
Гражданское общество должно понимать, что с введением смертной казни безопасность людей не усилится
27 марта 2024
Яндекс.Метрика