Государственная Дума ФС РФ в третьем чтении приняла законопроект «О внесении изменения в статью 90 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», направленный на исключение применения преюдиции в отношении приговоров, постановленных в соответствии со ст. 226.9, 316 и 317.7 УПК РФ.
Данная инициатива является столь долгожданной, как знакомство Сабины Шпильрейн с Зигмундом Фрейдом, как послание Людовика XV Марии Терезии, как отмена крепостного права в Российской империи.
О несовершенстве существующей редакции ст. 90 УПК РФ, позволяющей признавать обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда без дополнительной проверки (так называемой неопровержимой преюдиции), о негативном влиянии преюдиции на приговоры, вынесенные в особом порядке, а также о необходимости внесения в ст. 90 УПК РФ изменений, направленных на ограничение преюдициального значения приговоров, вынесенных в особом порядке, писали многие ученые, специалисты и правоприменители.
Ни для кого не секрет, что зачастую при рассмотрении уголовных дел в порядке глав 40 и 40.1 УПК РФ происходят многочисленные нарушения принципов уголовного процесса, прав граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве, способствующие принятию противоречивых решений. Тем более, в условиях возрастания доли приговоров, вынесенных в особом порядке.
Данная проблема была предметом обсуждения и в Конституционном Суде РФ (определение КС РФ от 24 ноября 2005 г. № 504-О; определение КС РФ от 15 января 2008 г. № 193-О-П; постановление КС РФ от 21 декабря 2011 г. № 30-П и другие), впрочем, без решительного изменения существующей практики.
В итоге практика применения ст. 90 УПК РФ происходит с искажением сути формулы res judicata pro veritate accipitur (habetur) и порождает всевозможные коллизии.
И вот, в результате многолетних публичных обсуждений существующей проблемы, свидетельствующих о глубине, сложности, многообразии и пределах преюдиции, законодатель решился на внесение изменений в ст. 90 УПК РФ.
Как следует оценить данное решение?
С одной стороны, столь длительная задержка законодателя не может не вызывать недоумения, с другой – как говорится, potius sew, quam nunquam.
Позволит ли принятие законопроекта решить существующие проблемы при применении преюдиции? Полагаю, что нет.
Во-первых, даже с учетом изменений в российском законодательстве отсутствует легальное определение понятия «преюдиция». Статьи о преюдиции есть, а легального понятия нет. Это явно не способствует изменению ситуации.
Во-вторых, попытку решения проблемы пределов действия внутриотраслевой преюдиции в уголовном судопроизводстве стоит приветствовать. Однако проблема межотраслевой преюдиции по-прежнему остается нерешенной.
Насколько правильной является возможность признания правоприменителем преюдициальности решений суда без дополнительной проверки, без самостоятельной оценки фактических обстоятельств дела в совокупности с другими доказательствами, без учета объективных пределов при рассмотрении уголовного дела?
Полагаю, что в уголовном процессе не следует безоговорочно принимать результаты, полученные в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства. При применении ст. 90 УПК РФ суды должны учитывать принципиальные различия в целях, принципах и гарантиях в уголовном процессе, а также существующей процедуре доказывания.
Как известно, каждое отраслевое процессуальное судопроизводство имеет свою цель и в зависимости от нее содержит набор определенных гарантий. Попытка установления законодателем обязательных обстоятельств, не требующих дополнительной проверки, при рассмотрении уголовного дела для суда, прокурора, следователя и дознавателя свидетельствует о грубом нарушении принципов уголовного судопроизводства, его целей и задач.
В этих условиях законодателю следовало бы отказаться от действия межотраслевой преюдиции в уголовном процессе.
С одной стороны, принятие законопроекта позволяет надеяться на решение вопроса о лишении преюдициального значения обстоятельств из вступивших в силу приговоров, вынесенных в особом порядке, а с другой стороны, законодатель оставил без внимания проблему межотраслевой преюдиции, позволяющую в уголовном процессе признавать без дополнительной проверки любое вступившее в законную силу решение суда.
Все вышеизложенное свидетельствует о том, что принятие законопроекта является половинчатым решением, не способным разрешить существующих проблем, и даже с учетом принятия законопроекта редакция ст. 90 УПК РФ останется спорной и небезупречной.
Данная инициатива является столь долгожданной, как знакомство Сабины Шпильрейн с Зигмундом Фрейдом, как послание Людовика XV Марии Терезии, как отмена крепостного права в Российской империи.
О несовершенстве существующей редакции ст. 90 УПК РФ, позволяющей признавать обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором либо иным вступившим в законную силу решением суда без дополнительной проверки (так называемой неопровержимой преюдиции), о негативном влиянии преюдиции на приговоры, вынесенные в особом порядке, а также о необходимости внесения в ст. 90 УПК РФ изменений, направленных на ограничение преюдициального значения приговоров, вынесенных в особом порядке, писали многие ученые, специалисты и правоприменители.
Ни для кого не секрет, что зачастую при рассмотрении уголовных дел в порядке глав 40 и 40.1 УПК РФ происходят многочисленные нарушения принципов уголовного процесса, прав граждан, участвующих в уголовном судопроизводстве, способствующие принятию противоречивых решений. Тем более, в условиях возрастания доли приговоров, вынесенных в особом порядке.
Данная проблема была предметом обсуждения и в Конституционном Суде РФ (определение КС РФ от 24 ноября 2005 г. № 504-О; определение КС РФ от 15 января 2008 г. № 193-О-П; постановление КС РФ от 21 декабря 2011 г. № 30-П и другие), впрочем, без решительного изменения существующей практики.
В итоге практика применения ст. 90 УПК РФ происходит с искажением сути формулы res judicata pro veritate accipitur (habetur) и порождает всевозможные коллизии.
И вот, в результате многолетних публичных обсуждений существующей проблемы, свидетельствующих о глубине, сложности, многообразии и пределах преюдиции, законодатель решился на внесение изменений в ст. 90 УПК РФ.
Как следует оценить данное решение?
С одной стороны, столь длительная задержка законодателя не может не вызывать недоумения, с другой – как говорится, potius sew, quam nunquam.
Позволит ли принятие законопроекта решить существующие проблемы при применении преюдиции? Полагаю, что нет.
Во-первых, даже с учетом изменений в российском законодательстве отсутствует легальное определение понятия «преюдиция». Статьи о преюдиции есть, а легального понятия нет. Это явно не способствует изменению ситуации.
Во-вторых, попытку решения проблемы пределов действия внутриотраслевой преюдиции в уголовном судопроизводстве стоит приветствовать. Однако проблема межотраслевой преюдиции по-прежнему остается нерешенной.
Насколько правильной является возможность признания правоприменителем преюдициальности решений суда без дополнительной проверки, без самостоятельной оценки фактических обстоятельств дела в совокупности с другими доказательствами, без учета объективных пределов при рассмотрении уголовного дела?
Полагаю, что в уголовном процессе не следует безоговорочно принимать результаты, полученные в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства. При применении ст. 90 УПК РФ суды должны учитывать принципиальные различия в целях, принципах и гарантиях в уголовном процессе, а также существующей процедуре доказывания.
Как известно, каждое отраслевое процессуальное судопроизводство имеет свою цель и в зависимости от нее содержит набор определенных гарантий. Попытка установления законодателем обязательных обстоятельств, не требующих дополнительной проверки, при рассмотрении уголовного дела для суда, прокурора, следователя и дознавателя свидетельствует о грубом нарушении принципов уголовного судопроизводства, его целей и задач.
В этих условиях законодателю следовало бы отказаться от действия межотраслевой преюдиции в уголовном процессе.
С одной стороны, принятие законопроекта позволяет надеяться на решение вопроса о лишении преюдициального значения обстоятельств из вступивших в силу приговоров, вынесенных в особом порядке, а с другой стороны, законодатель оставил без внимания проблему межотраслевой преюдиции, позволяющую в уголовном процессе признавать без дополнительной проверки любое вступившее в законную силу решение суда.
Все вышеизложенное свидетельствует о том, что принятие законопроекта является половинчатым решением, не способным разрешить существующих проблем, и даже с учетом принятия законопроекта редакция ст. 90 УПК РФ останется спорной и небезупречной.
