18 июня 2025 г. Президиум Верховного Суда РФ утвердил Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан, включающий 65 пунктов с правовыми позициями ВС по актуальным вопросам потребительского банкротства. Документ получился объемным не только по фактическим характеристикам, но и по затронутым правовым проблемам. Сквозь текст обзора проходят несколько «линий», но особое внимание обращают на себя две основные: приоритет реабилитационных процедур над ликвидационными и возможность освобождения от долгов, указанных в п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве.
Первая часть обзора посвящена вопросам соотношения процедур в банкротстве гражданина – реструктуризации и реализации имущества. Верховный Суд взвешенно подходит к рассмотрению возможности перехода из реструктуризации в реализацию и обратно – при наличии соответствующих экономических условий (п. 6).
Получила развитие идея судебного преодоления. В соответствии с этим механизмом суд вправе утвердить экономически обоснованный план выхода должника из кризиса – независимо от согласия большинства кредиторов (в том числе залоговых), фактически преодолев их решение (п. 12 обзора). Эту позицию Верховный Суд впервые сформулировал в Определении СКЭС от 23 декабря 2024 г. № 305-ЭС24-11965 по делу № А41-71214/2020, особо отметив, что «положительный исход процедуры реструктуризации долгов имеет больший эффект социальной реабилитации гражданина по сравнению с процедурой реализации имущества». Представляется, что эта идея послужила основанием для включения в обзор ряда пунктов (например, п. 4, 5) с акцентом на реабилитацию и защиту должника от неэффективных действий кредиторов.
Стоит также подчеркнуть, что абстрактность формулировок механизма судебного преодоления, тем не менее, не должна создавать перекос в соотношении интересов должника и кредиторов, поскольку преодоление мнения кредиторов не может быть осуществлено в отрыве от личности должника, его поведения в отношениях с кредиторами и при распоряжении его активами.
Кроме того, в обзор вошли вопросы, касающиеся исполнительского иммунитета в отношении единственного пригодного для проживания должника и членов его семьи жилья, в том числе когда речь идет о роскошном жилье (п. 23) или апартаментах, фактически являющихся жильем (п. 18).
Одним из наиболее дискуссионных пунктов обзора является, на мой взгляд, п. 58 о возможности освобождения должника от обязательств, предусмотренных п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве при отсутствии в его действиях умысла или грубой неосторожности в период причинения вреда, а также в случае добросовестного поведения во время процедуры банкротства. Напомню, в п. 6 ст. 213.28 Закона о банкротстве идет речь о субсидиарной ответственности и корпоративных убытках.
В такой формулировке указанного пункта обзора усматриваются несколько правовых проблем.
Во-первых, суду, рассматривающему дело о банкротстве КДЛ, предоставлено полномочие дать иную оценку действиям, совершенным данным лицом в отношении контролируемой организации, за которые оно было привлечено к субсидиарной ответственности в рамках банкротства компании-должника. Во-вторых, гипотеза о том, что привлечение к субсидиарной ответственности могло произойти в отсутствие умысла и грубой неосторожности со стороны КДЛ.
Тем не менее, несмотря на абстрактность формулировок, Верховным Судом предпринят шаг к освобождению контролирующих лиц от «вечных» долгов в рамках привлечения к субсидиарной ответственности в личных банкротствах, который будет корректироваться и дополняться в соответствии с условиями времени.
Действительно, количество затронутых ВС вопросов в обзоре значительно. По многим из них – например, касающимся исполнительского иммунитета в отношении единственного жилья, – давно назрела необходимость дать четкие ориентиры судам, рассматривающим банкротные дела. Закреплен механизм судебного преодоления в банкротстве при введении реабилитационных процедур вместо реализации. Однако представляется, что неоднозначность формулировок по вопросу об освобождении от субсидиарной ответственности требует дополнительных разъяснений со стороны ВС.
