Престиж профессии и престиж отдельного адвоката – неразрывны

Моя заметка приурочена к теме доклада на конференции «Адвокатура как индикатор состояния гражданского общества, права и экономики: традиционные и цифровые подходы», которая проходит в рамках VIII Московского юридического форума. Почти 40 лет назад я озвучил тезис о том, что степень свободы и независимости адвокатуры является мерой демократии государства. Этот тезис, на мой взгляд, актуален по сей день.

Долгое время только адвокатура на основе ст. 3 Закона об адвокатской деятельности обозначала свой правовой статус как института гражданского общества, а также его конституционное содержание. Принятая в 2020 г. – не без участия адвокатуры¹ – поправка к Конституции РФ о роли и значении институтов гражданского общества и обязанности государства способствовать их деятельности не только открыла новые возможности, но и возложила дополнительную ответственность: адвокаты не должны рассматривать их практику как сугубо частную, оторванную от жизни страны и гражданского общества, поскольку конституционный принцип, касающийся адвокатуры как института гражданского общества, воплощается в деятельности каждого члена корпорации, а не только органов адвокатского самоуправления. Если адвокат не чувствует «гражданско-общественной» составляющей его работы, его, на мой взгляд, нельзя назвать истинным профессионалом.

Взаимосвязь престижа адвокатской профессии с престижем ее представителей очевидна. Если адвокат совершил проступок, «грязь» от последнего попадает на «манишку» всей адвокатуры и не может быть прикрыта галстуками или тем более галстуками-бабочками. В свою очередь, активная гражданско-правовая позиция адвокатских объединений повышает престиж и отдельного адвоката как представителя института гражданского общества.

Приведу ряд предложений, которые могут помочь адвокату повысить уровень гражданско-общественной активности.

Первое (и самое, на мой взгляд, простое) предложение связано с «конституционализацией» деятельности адвоката – то есть обращение к положениям Основного Закона следует практиковать не только при подготовке жалобы в Конституционный Суд, а как можно чаще, поскольку конституционализм заключается в триединой формуле: жизнь в Конституции, Конституция в жизни и жизнь с Конституцией. Ссылка на Основной закон сама по себе повышает общественную значимость любого адвокатского документа и выступления, а умение использовать конституционные принципы во всех аспектах деятельности одновременно усиливает значимость приведенных адвокатом доводов.

Второе – осуществляя защиту по назначению или оказывая бесплатную юридическую помощь, нужно работать не менее активно, понимая, что это не благотворительность, а служение – обязательная часть профессиональной деятельности адвоката. Напомню, что самые блестящие речи Федор Плевако произнес именно по «бесплатным» делам.

Третье – важно понимать, что единичные дела из практики отдельных адвокатов могут вливаться в общую копилку программ (таких, например, как комплексная программа «Россия без пытки», предложенная директором Адвокатской конторы «Аснис и партнеры» Александром Аснисом и вице-президентом ФПА РФ, вице-президентом АП Московской области Светланой Володиной²). Для этого желательно, чтобы палаты и большие коллегии типа столичной МГКА возобновили обобщения адвокатской практики, в том числе по отдельным категориям дел, и по их итогам вносили представления в региональные и федеральные законодательные и правоприменительные органы.

Кроме того, как адвокатским объединениям, так и отдельным адвокатам представляется целесообразным искать союзников в лице муниципальных органов и даже (!) прокуратуры, поскольку если адвокатура – это «адвокат гражданского общества», то прокуратура – «адвокат государства и гражданского общества», и в этом аспекте их конституционные обязанности во многом совпадают.

Экономическое развитие России нередко страдает из-за опасений внешних и внутренних инвесторов, обусловленных позицией правоохранительных органов в отношении бизнеса, зачастую являющейся карательной. Союз адвокатуры и институтов гражданского общества в лице предпринимательских ассоциаций, на мой взгляд, представляется более чем естественным способом противостоять этой опасной тенденции.

Четвертое – особого внимания заслуживают дела, касающиеся судебной и иной защиты законных интересов граждан в областях экологии, здравоохранения, материнства и детства, к которым адвокатура имеет прямое отношение, учитывая частые нарушения конституционных прав граждан в этих сферах.

В заключение подчеркну, что без осознания важности служения интересам общества адвокатам (и, соответственно, адвокатуре в целом) очень сложно получить тот уровень престижа, который им необходим.