Обращаясь к теме проекта стандарта «Качество юридических консультационных услуг», разработанного группой юристов «Пепеляев Групп», отмечу следующее.
Создавая и развивая юридическую фирму, я уделил особое внимание как раз внедрению стандартов и определенных алгоритмов и «предохранителей», призванных направить процесс подготовки и оказания юридической помощи через обязательные чек-поинты, автоматизировать контроль, исключив возможность оказания услуги ниже определенного уровня. Для этого используются прежде всего ставшие доступными и настроенные под наши нужды и особенности программно-аппаратные средства.
В то же время, если на «микроуровне» сохраняется необходимая гибкость в управлении и «донастройке», то на «макроуровне» это если и возможно, то эффективность, на мой взгляд, под вопросом. Мои представления о специфике юридической помощи как составляющей динамичной инфраструктуры социально-экономической коммуникации пока не позволяют предположить возможность приведения ее к единому стандарту.
Стандартизация и автоматизация процессов принятия решений стали одними из главных причин выживания наших предков, но в то же время такие же проверенные эволюцией механизмы формируют стереотипы, предвзятость и другие явления, не способствующие развитию. Поэтому попытки упростить хотя и объяснимы, но в рассматриваемом контексте представляются ошибочными.
Технологии развиваются стремительно, а нормативные установления и правила (порядок действий при определенных условиях) кажутся первыми, что хочется им подчинить, сделав тексты машиночитаемыми, а правоприменение – роботизированным. Однако если мы говорим о праве, а не о процедурах, то имеем в виду прежде всего принципы и ценности, а уже после – правила и алгоритмы. По тем же причинам невозможно исчерпывающим образом определить оценочные понятия «должных усилий» и «минимального уровня профессиональной заботливости и осмотрительности». Одни и те же действия в разных условиях могут быть квалифицированы либо как отступление от стандартов качества, либо как тактически верное и полезное потребителю оказание услуги. По этой причине такие понятия должны получать интерпретацию только в контексте конкретных дел и обстоятельств на основе закрепленных принципов.
Предложил бы в этой части начать не с введения дополнительных норм, а с выполнения уже существующих, а в основу стандартизации представляется целесообразным прежде всего ввести единый способ вхождения в профессию для всех специалистов в области права, а также организационно исключить препятствия «перемещению» юристов внутри профессии: из консультантов в прокуроры, из адвокатов в судьи и т.п. Ведь, например, профессиональная деятельность юриста в качестве судьи получила достаточную стандартизацию и регулирование. Более того, законная форма закрепления и юридическая сила как требований к юристу, так и стандартов оказания государственной услуги правосудия уже не может быть выше. Однако даже не погружаясь в философию справедливости судебных решений, а просто ежедневно оценивая соответствие поведения, принятых решений, сроков и документов формальным и четким стандартам и требованиям, видим, что стандартизация не является панацеей.
Представляется, что профессиональные стандарты, принимаемые адвокатским сообществом, могут быть применимы и для деятельности юристов, которые не получали статус адвоката, поскольку не практикуют в области уголовного права и выбрали другие организационные формы деятельности. Аналогично проверенные временем стандарты, применяющиеся в крупных консалтинговых компаниях, могут, на мой взгляд, применяться и адвокатами в их профессиональной деятельности.
