20 марта в Госдуму внесен проект поправок в Федеральный закон об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации и ст. 1 Закона РФ о защите прав потребителей (законопроект № 580179-8). Согласно пояснительной записке поправки разработаны в целях повышения престижа врачебной профессии и декриминализации деятельности по оказанию медицинской помощи.
Законопроект был оценен мной в целом критически. Согласен с одним из авторов поправок Олегом Иванинским, с которым лично знаком как организатором здравоохранения с 1996 г., и его соавторами в следующем: действительно, чтобы врач не нарушил права пациента или не причинил ему вред, действуют меры государственного контроля, внутреннего контроля качества в учреждениях, работают профессиональные ассоциации. В исключительных случаях в отношениях «врач – пациент» разбираются правоохранительные органы и суд. Медицинское сообщество озабочено этой проблемой.
Однако представляется, что путь, предложенный авторами законопроекта, едва ли достигнет намеченной цели, поскольку не соблюден принцип Bene dignoscitur – bene curatur. Информация по криминализации/декриминализации медицинской деятельности недостаточно изучена.
Рассмотрим следующие модели.
Первая: врач А., работающий в должности акушера-гинеколога в ГБУЗ, выполняя хирургический аборт, допустил врачебную ошибку, осложнившуюся перитонитом, повлекшим летальный исход. Законопроект, исключающий наименование «медицинская услуга», определяет деятельность А. как медицинскую помощь, так как оплата операции произведена за счет средств ФОМС. Статья 238 УК в данном случае не применяется.
Вторая: тот же врач, работая по совместительству в аналогичной должности в ООО, выполняя хирургический аборт, допустил врачебную ошибку, осложнившуюся перитонитом, повлекшим летальный исход. Оплата операции осуществлена за счет гражданина на основании договора платных медицинских услуг. На этот случай действие ст. 238 УК распространяется.
Третья: тот же врач во внерабочее время, в жилом помещении, без оплаты, исходя из личных взаимоотношений, без корыстного мотива, выполняя хирургический аборт, допустил врачебную ошибку, осложнившуюся перитонитом, повлекшим летальный исход. Можно ли констатировать в этом случае «медицинскую помощь»? Подлежит ли деяние врача декриминализации, ведь он исходил исключительно из гуманных соображений?
Очевидно, что реализация законопроекта в предложенной редакции не внесет правовой определенности в профессиональную деятельность врача в рассмотренных примерах и не повлияет на его статус.
В пояснительной записке к законопроекту указано: «На практике это приводит к осуждению врачей не за совершение врачебной ошибки, а за якобы умышленное несоблюдение требований к оказанию конкретного вида медицинской услуги. Срок давности привлечения к уголовной ответственности по статье 238 УК РФ составляет до 10 лет, наказание – до 10 лет лишения свободы. В результате сложилась ситуация, когда врачи боятся брать на себя риск наступления тех или иных последствий, хотя спасение жизней – это зачастую действия, предполагающие обоснованный риск».
Зачем потребовалось ссылаться на санкцию, предусмотренную ч. 3 ст. 238 УК, в то время как врачи привлекаются к ответственности по ч. 2 указанной статьи? Не думаю, что это добавляет весомости аргументам авторов поправок – скорее, послужит поводом для отложения рассмотрения законопроекта и проведения необходимых исследований.
Обращаясь к концепции законопроекта как правовой позиции, хотел бы увидеть в ней не просто предложение замены терминов, а юридическую конструкцию урегулирования общественных отношений в сфере медицинской деятельности и получения медицинских услуг пациентами, которая создавала бы баланс прав и обязанностей, полномочий, ответственности. Важно ясно и четко сформулировать цели, которые предполагается достичь с помощью разработанного законопроекта. Полагаю, точечные изменения отдельных статей гражданского законодательства не решат проблемы декриминализации медицинской помощи. Более эффективным, на мой взгляд, представляется внесение изменений в Уголовный кодекс РФ.
Одним из возможных вариантов таких изменений может стать примечание к ст. 238 УК следующего содержания: «Лицо, осуществляющее функции лечащего врача, определенные соответствующим законодательством, освобождается от уголовной ответственности за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, если отсутствует корыстный мотив деяния. Корыстным мотивом не может являться получение заработной платы».
Под функциями лечащего врача, определенными соответствующим законодательством, следует понимать описанные в ст. 70 Закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации.
Права пациента при этом не будут подвергаться повышенному риску, так как организация медицинских услуг должностными лицами медицинских организаций, предпринимателями в сфере медицинской деятельности предлагаемым примечанием не затрагивается. Представляется, что это повлечет усиление контроля указанных лиц за лечебным процессом, а роль внутреннего контроля качества медицинских услуг возрастет.
