30 ноября Пленум Верховного Суда РФ рассмотрел проект постановления «О практике применения законодательства, регламентирующего рассмотрение уголовных дел в суде первой инстанции в общем порядке судопроизводства». Документ заменит собой неоднократно изменявшиеся разъяснения Пленума от 17 сентября 1975 г. № 5 «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел» и от 29 августа 1989 г. № 4 «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при рассмотрении уголовных дел по первой инстанции».
Позитивными сторонами нового ППВС являются декларирование состязательного порядка судоговорения, ориентация на конституционно-правовые и международно- правовые стандарты справедливого судебного разбирательства.
Практически все положения ППВС воспроизводят буквальный смысл соответствующих норм УПК РФ, не привнося ничего радикально нового в их толкование, уже сложившееся в судебной практике.
Вместе с тем ряд разъяснений, изложенных в ППВС, не может быть, на наш взгляд, оценен положительно.
1. Удар по институту допустимости доказательств
В ППВС содержится указание на то, что доказательства признаются недопустимыми, если были допущены существенные нарушения установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами.
Такая трактовка является ограничительным толкованием существующих норм Конституции РФ и УПК РФ.
В ч. 2 ст. 50 Конституции РФ говорится, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона.
В ч. 1 ст. 75 УПК РФ содержится следующая формулировка: «Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми».
Таким образом, ни в Конституции РФ, ни в УПК РФ возможные нарушения закона, допущенные при собирании доказательств, не градируются по степени существенности. Термин «существенные» является сугубо оценочным и не имеет никаких, даже рамочных, критериев (в отличие, скажем, от термина «восполнимые нарушения»). На практике подобное разъяснение приведет к судейскому произволу, когда один судья будет считать что-либо нарушением, а второй – нет.
Кроме того, острейшей проблемой современной практики является широкое применение судами порочной доктрины «технической ошибки», когда любую девиацию процессуальной формы доказательства можно расценить как техническую ошибку и отклонить ходатайство о признании его недопустимым. Указанное разъяснение в ППВС приведет к учащению случаев применения данной доктрины и постепенному умалению института допустимости доказательств, который и так находится в плачевном состоянии.
2. Удар по возможности защитника самостоятельно получить заключение специалиста
До недавних пор была распространена практика самостоятельного обращения адвоката-защитника к специалисту, с которым заключалось соглашение. Специалист составлял заключение, которое потом представлялось в суд, и одновременно он допрашивался по ходатайству защиты.
Такая практика имеет нормативную основу.
В п. 4 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ (ред. от 29 июля 2017 г.) «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» закреплено полномочие адвоката привлекать на договорной основе специалистов для разъяснения вопросов, связанных с оказанием юридической помощи.
Аналогичные права защитника предусмотрены ст. 53 УПК РФ, ч. 21 ст. 58 УПК РФ. Гарантией этих прав служит положение ч. 4 ст. 271 УПК РФ, согласно которому суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе в судебном заседании лица в качестве свидетеля или специалиста, явившегося в суд по инициативе сторон.
ППВС исключает возможность внепроцессуального получения защитником заключения специалиста и обязательность допроса специалиста, явка которого в суд обеспечена стороной защиты, если до этого он не участвовал в процессе.
В п. 18 ППВС говорится: «Специалист, принимавший участие в производстве следственного действия либо представлявший свое заключение, приобщенное к делу в качестве доказательства, при необходимости может быть допрошен в судебном заседании об обстоятельствах производства этого следственного действия по вопросам, входящим в его профессиональную компетенцию, а также для разъяснения выраженного им суждения по этим вопросам. Такой допрос проводится по правилам допроса свидетеля и с разъяснением специалисту его прав и ответственности, предусмотренных статьей 58 УПК РФ.
По смыслу положений части 4 статьи 271, части 1 статьи 58 и части 4 статьи 80 УПК РФ в их взаимосвязи суд не вправе отказать в удовлетворении ходатайства о допросе лица, ранее привлекавшегося к расследованию или судебному рассмотрению дела в качестве специалиста и явившегося в судебное заседание по инициативе любой из сторон».
Думаю, такие разъяснения ставят крест на праве защиты самостоятельно получать заключение специалиста в уголовном судопроизводстве.
