×

АП Ставропольского края: В действиях адвоката, пронесшего телефон журналиста в суд, нет нарушений

Квалификационная комиссия палаты указала, что в обращении суда и представленных документах не имеется сведений о том, что пронесенный адвокатом телефон использовался для осуществления действий, запрещенных постановлением судьи
Фото: «Адвокатская газета»
В комментарии «АГ» адвокат Андрей Сабинин отметил, что верил, что коллеги во всем объективно разберутся и примут правильное решение. При этом он указал, что ни он, ни журналист к административной ответственности не привлекались, а вопрос был решен через призму нарушения им адвокатской этики.

15 октября Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Ставропольского края вынесла заключение по дисциплинарному производству в отношении адвоката Андрея Сабинина, который представляет интересы потерпевших по уголовному делу в отношении сотрудников Центра «Э» МВД и сотрудника ФСБ Ингушской Республики.

Как ранее писала «АГ», поводом для возбуждения производства послужило обращение председателя Нальчикского гарнизонного военного суда Ахмеда Мальбахова, который сообщил, что с учетом общественного резонанса уголовного дела были определены правила нахождения в суде, согласно которым, за исключением гособвинителей, подсудимых и их защитников, потерпевших и их представителей, лицам, присутствующим в зале судебного заседания, было запрещено проносить средства аудио-, видеофиксации, в том числе и мобильные телефоны, о чем было известно Андрею Сабинину. Несмотря на это, 3 июля по просьбе корреспондента адвокат пронес в зал судебного заседания ее телефон, который затем и передал ей. В качестве доказательств председатель суда указал на рапорт судебного пристава, а также на видеозапись с камер наблюдения.

Читайте также
Суд просит привлечь к ответственности адвоката потерпевших, пронесшего на заседание телефон журналиста
В своем обращении председатель суда пояснил, что направил его в связи с ходатайством защитников подсудимых, которые назвали поведение адвоката недопустимым
11 Сентября 2018 Новости

В судебном заседании Андрей Сабинин пояснил, что журналист боялась за сохранность мобильного устройства, однако участвующие в деле защитники подсудимых отметили, что поведение их коллеги является недопустимым и порочит статус адвоката.

«В связи с этим, учитывая, что ранее в отношении адвоката Сабинина А.В. судом направлялась президенту АП Ставропольского края информация о допущенных им нарушениях норм адвокатской этики, коллеги Сабинина А.В. – адвокаты, осуществляющие защиту интересов подсудимых, ходатайствовали о принятии мер реагирования и направления соответствующей информации в адвокатскую палату для возбуждения дисциплинарного производства», – указывается в письме.

Ранее в АП Ставропольского края уже направлялось письмо из этого же суда по поводу рассмотрения этого уголовного дела, в котором указывалось, что Андрей Сабинин опубликовал в социальной сети фотографии гособвинителей из зала суда с собственными комментариями, а также допустил двусмысленные высказывания о председательствующем по делу. Суд отмечал, что это является неуместным, поскольку в связи с резонансом дела ставит под угрозу безопасность участников процесса. В своих объяснениях Андрей Сабинин указал, что фотографию сделал не он, однако, так как на ней зафиксировано, что прокурор допустил внепроцессуальное общение с подсудимым, он счел необходимым донести эту информацию до СМИ. Тогда палата вынесла решение (имеется в распоряжении «АГ»), в котором отметила, что единственным адекватным процессуальным ответом на действия прокурора должно быть заявление отвода. Совет АП Ставропольского края указал адвокату на необходимость тщательного соблюдения норм УПК РФ, Закона об адвокатуре, КПЭА, а также правил поведения адвоката в интернете.

В своем объяснении в палату (имеется у «АГ») Андрей Сабинин сообщил, что ни о каком запрете брать с собой телефоны в зал судебного заседания для его посетителей и журналистов ему известно не было: «Никто эту информацию до меня не доводил. 18 мая, оглашая регламент судебного заседания, суд таких требований не высказал, а если бы и высказал, то они были бы незаконны». Андрей Сабинин добавил, что в его присутствии при досмотре и входе в суд никто не сдавал приставам телефоны, более того, правила поведения в суде, размещенные на его сайте, не содержат таких требований.

Адвокат отметил, что осуществление судом препятствий для аудиофиксации открытого судебного заседания противоречит ч. 5 ст. 241 УПК РФ, в соответствии с которой лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудиозапись. Кроме того, Андрей Сабинин сослался на то, что Пленум ВС РФ в Постановлении № 35 от 13 декабря 2012 г. обратил внимание судов, что данная норма УПК не предусматривает обязанности лиц, присутствующих в открытом судебном заседании и фиксирующих его ход с помощью средств аудиозаписи, уведомлять суд и получать у него разрешение на фиксацию хода судебного разбирательства.

Также он отметил, что ссылка суда на то, что журналист производила видеозапись, не соответствует действительности. Каких-либо претензий к ней ни в день заседания, ни в другие дни никто не предъявлял, замечаний не делал, к ответственности не привлекал. «Также суд сослался на ходатайство стороны защиты о направлении информации в адвокатскую палату. Такое ходатайство не поступало, суд сам инициировал данное обращение по заявлению судебных приставов», – отметил Андрей Сабинин. Кроме того, он указал, что в обращении суда отсутствуют сведения о нарушении им конкретных норм закона, что свидетельствует об отсутствии дисциплинарных проступков.

В своем заключении Квалификационная комиссия АП СК указала, что судье было предложено направить доказательства в подтверждение его обращения, в том числе выписки из протоколов судебного заседания и копию действующего Положения о пропускном режиме в Нальчикском гарнизонном военном суде. После получения и исследования Положения комиссия отметила, что прямого запрета проносить в судебное заседание телефоны участниками процесса и журналистами документ не предусматривает.

Квалифкомиссия также указала, что согласно постановлению суда по истечении подготовительной части судебного заседания запрещена видеосъемка, но представителям СМИ разрешено фиксировать ход судебного заседания в письменной форме, с применением аудиозаписи, но без применения фотосъемки, видеозаписи, киносъемки, трансляции хода судебного разбирательства. Отмечается, что с разрешения председательствующего представитель потерпевшей Ибриева проинформировала суд, что ею осуществляется самостоятельное ведение аудиозаписи, и суд принял данную информацию к сведению.

Квалифкомиссия отметила, что постановление суда, разрешающее ведение аудиозаписи участникам процесса и представителям СМИ, основано на требованиях действующего уголовно-процессуального закона. Так, в соответствии с ч. 5 ст. 241 УПК РФ, лица, присутствующие в открытом судебном заседании, вправе вести аудиозапись и письменную запись; проведение фотографирования, видеозаписи и (или) киносъемки допускается с разрешения председательствующего в судебном заседании.

Указывается, что согласно п. 12, 13 Постановления Пленума ВС РФ № 35 от 13 декабря 2012 г. доступ к информации о деятельности судов обеспечивается также посредством предоставления лицам, присутствующим в открытом судебном заседании, как участникам процесса, так и лицам, не являющимся участниками процесса, журналистам права фиксировать ход судебного разбирательства в порядке и формах, которые предусмотрены ч. 5 ст. 241 УПК РФ. Судам надлежит обеспечивать всем лицам, присутствующим в открытом судебном заседании, журналистам равные условия для реализации такого права. Также ВС обратил внимание судов на то, что положения ч. 5 ст. 241 УПК РФ не предусматривают обязанность лиц, присутствующих в открытом судебном заседании и фиксирующих его ход в письменной форме и (или) с помощью средств аудиозаписи, уведомлять суд и получать у него разрешение на фиксацию хода судебного разбирательства в данных формах. К письменной форме фиксации хода судебного разбирательства относятся в том числе ведение непосредственно в интернете текстовых записей, осуществляемых с помощью компьютерных и иных технических средств, а также зарисовки судебного процесса.

Кроме того, квалифкомиссия отметила, что в обращении суда и представленных документах не имеется сведений о том, что пронесенный Андреем Сабининым телефон использовался журналистом для ведения видеозаписи, киносъемки, трансляции хода судебного разбирательства либо применения фотосъемки, запрещенных постановлением судьи. Указывается, что в постановлении судьи про недопустимость проноса либо использования телефонов в судебном заседании ничего не говорится.

Таким образом, квалификационная комиссия пришла к выводу о необходимости прекращения дисциплинарного производства вследствие отсутствия в действиях Андрея Сабинина нарушений норм Закона об адвокатуре и КПЭА.

В комментарии «АГ» Андрей Сабинин указал, что верил, что коллеги во всем объективно разберутся. Он отметил, что судья сам инициировал просмотр видеозаписи, а потом и обсуждение вопроса. «Насколько я помню, два или три адвоката подсудимых заявили, что меня надо привлечь к ответственности, так как в интернете каждый день появляется полный синхрон судебного заседания, и, кто знает, может, это я и ношу телефоны журналистам, которые это записывают. После этого они потребовали удалить представителей СМИ из зала», – указал Андрей Сабинин.

Адвокат отметил, что суд должен быть «биполярным» и одинаково беспристрастно реагировать на возможные нарушения в процессе. «Ни адвокат, ни журналист к административной ответственности в Нальчикском гарнизонном военном суде ФССП не привлекались, председательствующим вопрос был решен через призму нарушения мною адвокатской этики (так же как и при предыдущем обращении, когда я позволил себе высказать возмущение поведением прокурора, который, откликнувшись на пригласительный жест подсудимого Хамхоева, общался с ним около клетки). При этом неоднократное хамство Хамхоева в адрес потерпевшей стороны и меня лично, а потом и откровенные угрозы остались без внимания и никакой реакции не повлекли», – добавил он.

В комментарии «АГ» президент АП Ставропольского края Ольга Руденко отметила, что палата не запрашивала у суда ходатайство стороны защиты, поскольку оно не повлияло бы на принятие решения квалификационной комиссией. «Мы оценивали то, имелись ли нарушения. Мы их не установили», – указала она.

Рассказать: