×

КС отказал в приеме жалобы на невозможность рассмотрения присяжными дела в отношении умерших подсудимых

Как пояснил Суд, право обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных не относится к числу основных и неотчуждаемых прав, а является особой процессуальной гарантией судебной защиты права каждого на жизнь
Фото: «Адвокатская газета»
В комментарии «АГ» представитель заявительницы жалобы отметил, что отказ Конституционного Суда РФ фактически умаляет роль судов с участием присяжных заседателей в действующей системе правосудия. Эксперты «АГ» разошлись в оценке правовой позиции КС. По мнению одного из них, специфика судопроизводства с участием присяжных не позволяет рассматривать дело, инициированное близкими родственниками умершего. Другая выразила несогласие с выводом Суда и спрогнозировала рост нагрузки на судей.

Конституционный Суд РФ опубликовал Определение № 2967-О от 12 ноября, которым отказался рассматривать жалобу на ч. 3 ст. 8 УПК РФ, поданную Гульнарой Багаутдиновой в связи с невозможностью рассмотрения уголовного дела в отношении ее умершего сына в суде присяжных.

Интересы женщины представляет адвокат АП Республики Дагестан Ринат Гамидов, который также является защитником ее сына Вали Багаутдинова в Верховном суде РД. Он сообщил «АГ», что Вали Багаутдинов был убит 1 ноября 2014 г. в Буйнакском районе. «Согласно официальной версии властей, Вали Багаутдинов, находясь на 16 км автодороги “Махачкала – Верхний Гуниб”, ожидал встречи с не установленным следствием лицом. Когда патрулировавшие указанную местность сотрудники полиции подъехали к нему с целью проверки документов, он якобы совершил посягательство на жизнь сотрудников полиции, умышленно произведя в их сторону не менее семи выстрелов из охотничьего карабина», – отметил защитник.

По словам адвоката, Гульнара Багаутдинова, не поверив версии властей, возражала против прекращения по нереабилитирующему основанию уголовного дела в отношении ее сына. В связи с этим предварительное расследование по уголовному делу было продолжено. В 2019 г. дело о совершении преступлений, предусмотренных ст. 317 УК РФ (посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа) и ч. 1 ст. 222 УК РФ (незаконный оборот оружия), поступило Верховный суд Республики Дагестан.

В ходе предварительного слушания Ринат Гамидов ходатайствовал о рассмотрении уголовного дела с участием присяжных заседателей, поскольку одно из инкриминируемых умершему преступлений входит в компетенцию суда присяжных.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства. Он отметил, что реализация права обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей неразрывно связана с его личностью, следовательно, право заявить такое ходатайство не может быть делегировано его защитнику или представителю. В дальнейшем апелляция поддержала постановление суда первой инстанции.

В жалобе в Конституционный Суд РФ указывалось, что ч. 3 ст. 8 УПК РФ во взаимосвязи с п. 4 ч. 1 ст. 24 этого же Кодекса не соответствует российской Конституции. По мнению заявительницы, спорная норма позволяет суду отказывать близкому родственнику умершего обвиняемого в рассмотрении уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено уголовно-процессуальным законом.

Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, Конституционный Суд напомнил, что в соответствии с ч. 1 ст. 47 Конституции РФ никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом. Применительно к уголовным делам таким законом является УПК РФ, его ст. 8 в своей первой части устанавливает в качестве принципа уголовного судопроизводства осуществление правосудия только судом. В свою очередь, ч. 3 такой статьи прямо предусматривает право подсудимого на рассмотрение его уголовного дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено в соответствии с Кодексом. При этом ст. 30–36 УПК РФ закрепляют правила определения состава суда и подсудности уголовных дел.

Со ссылкой на Определение № 2511-О от 15 октября 2018 г. Суд отметил наличие у близких родственников умершего подозреваемого (обвиняемого), настаивающих на продолжении производства по уголовному делу, законного интереса, который оправдывает дальнейшее рассмотрение дела. Он может заключаться в желании защитить честь и достоинство умершего и добрую память о нем, собственные честь и достоинство, которые, по их мнению, страдают ввиду прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию.

КС напомнил, что в своем Постановлении № 16-П от 14 июля 2011 г. он ранее признал неконституционными взаимосвязанные положения п. 4 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ст. 254 УПК РФ, которые в системе действующего правового регулирования позволяли прекратить уголовное дело в связи со смертью подозреваемого (обвиняемого) без согласия его близких родственников. Тогда Суд установил порядок исполнения постановления до внесения соответствующих изменений в правовое регулирование. «Так, в частности, если близкие родственники подозреваемого (обвиняемого) возражают против прекращения уголовного дела в связи с его смертью, орган предварительного расследования или суд обязаны продолжить предварительное расследование либо судебное разбирательство. При этом близким родственникам должны быть обеспечены права, которыми должен был бы обладать подозреваемый, обвиняемый (подсудимый), аналогично тому, как это установлено ч. 8 ст. 42 УПК РФ применительно к умершим потерпевшим», – отмечено в определении.

Как пояснил Конституционный Суд, право обвиняемого на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей не относится к числу основных прав, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения. Такое право, подчеркнул Суд, выступает в качестве особой процессуальной гарантии судебной защиты права каждого на жизнь, которая в условиях действующего в РФ моратория на смертную казнь предоставляется на основе дискреционных полномочий федерального законодателя.

Следовательно, непредоставление этой гарантии (предназначенной прежде всего для защиты подсудимого от назначения ему сурового уголовного наказания) близким родственникам умершего подозреваемого (обвиняемого), реализующим свое право добиваться его реабилитации, не может расцениваться как нарушение их конституционного права на судебную защиту в целом и в частности. Ведь им гарантируется право на рассмотрение уголовного дела по существу судом в общем порядке, каковым не является разрешение уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.

Комментируя решение КС, Ринат Гамидов отметил, что защита исходила из того, что мать покойного имеет те же права, что и ее сын (в том числе и право на рассмотрение уголовного дела тем судом и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено), а именно на рассмотрение уголовного дела судом с участием присяжных заседателей.

«Суды, признавая предусмотренные специальные механизмы восстановления нарушенных прав для реабилитации каждого, кто предположительно незаконно и (или) необоснованно подвергся уголовному преследованию, сами же фактически возложили на сторону защиты, как более слабую сторону в этом правоотношении, излишние ограничения. Они связаны с произвольным толкованием права обвиняемого на рассмотрение уголовного дела тем судом и тем судьей, к подсудности которого оно отнесено, так как дело запретили рассматривать с участием коллегии присяжных заседателей. В связи с этим мы и обратились в Конституционный Суд РФ из-за неопределенности в данном вопросе», – пояснил защитник.

Адвокат выразил несогласие с отказом Конституционного Суда РФ рассматривать жалобу. «Непонятно, в чем заключается проблема для рассмотрения нашей жалобы по существу. Присяжные вполне могут рассматривать такие категории дел. Такой отказ фактически умаляет роль судов с участием присяжных заседателей в действующей системе правосудия», – отметил Ринат Гамидов.

В комментарии «АГ» адвокат, управляющий партнер АБ «Правовой статус» Алексей Иванов назвал крайне непростым исследуемый вопрос. «С одной стороны, Конституционный Суд ранее неоднократно указывал о наличии у родственников умершего самостоятельного интереса в защите прав умершего и проявил уважение к желанию добиться прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, в том числе при рассмотрении дела в суде. Проще говоря, родственникам умершего принадлежит право на правосудие, – указал он. – С другой стороны, КС РФ отметил, что право на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей не является основным и неотчуждаемым правом, следовательно, оно не может принадлежать каждому».

По словам эксперта, в последнем утверждении имеется определенная логика. «Учитывая специфику рассмотрения дел с участием присяжных заседателей, сложно представить себе ход судебного разбирательства в отношении умершего, инициированного близкими родственниками. И дело здесь главным образом не в возможности реализации права на рассмотрение дела судом присяжных, а в самой процедуре», – резюмировал Алексей Иванов.

Партнер АБ «ЗКС», адвокат Мария Корчагина не согласилась позицией Суда, которая, по ее мнению, не отвечает основополагающим принципам законодательства. «Ключевыми конституционными правами являются право на охрану достоинства личности государством, а также на защиту своей чести и доброго имени. При этом данная обязанность не снимается с государства в случае смерти подозреваемого (обвиняемого). Согласно положениям УПК РФ по отдельным категориям дел лицо имеет право на рассмотрение его дела с участием присяжных заседателей, что, как верно отмечено в определении, является особой процессуальной гарантией судебной защиты. Однако Конституционный Суд РФ исходит из того, что данная гарантия предназначена прежде всего для защиты подсудимого от назначения ему сурового уголовного наказания и в связи с этим ссылается на действующий в РФ мораторий на смертную казнь», – отметила эксперт.

Адвокат напомнила, что в соответствии с ч. 1 ст. 348 УПК РФ оправдательный вердикт коллегии присяжных заседателей обязателен для председательствующего и влечет за собой постановление им оправдательного приговора. «Учитывая вышеназванные неотъемлемые права человека и то, что целью продолжения производства по уголовному делу в условиях смерти подозреваемого (обвиняемого) или подсудимого является право на реабилитацию, право на рассмотрение дела с участием присяжных заседателей является не только гарантией от назначения сурового наказания. Оно служит и возможностью вынесения оправдательного вердикта и, как следствие, оправдательного приговора, что влечет полную реабилитацию», – пояснила Мария Корчагина.

По ее мнению, если говорить о переходе прав на судебную защиту к близким родственникам подозреваемого (обвиняемого), то невозможен частичный переход – должен быть предоставлен полный объем прав. В противном случае нарушается право на судебную защиту как таковое. «В случае возникновения в судебной практике подобных нарушений прав на защиту будет спровоцирован большой объем жалоб и обращений со стороны лиц, чьи права нарушены, и, как следствие, увеличение нагрузки на судей, которые в последнее время и так все чаще отмечают возрастающую нагрузку», – подытожила адвокат.

Рассказать: