×

КС отклонил жалобу на отсутствие ограничений аффилированности при избрании членов ревизионной комиссии АО

При этом Суд указал, что законодательством не исключено закрепление в уставе АО дополнительных квалификационных требований к членам ревизионной комиссии, в том числе относительно отсутствия у них аффилированности с лицами, состоящими в органах управления обществом
Фотобанк Freepik
По мнению одной из экспертов, в регулировании корпоративных отношений вопросы аффилированности имеют особое значение при столкновении интересов различных групп акционеров, управленцев и самого юридического лица. Другой считает, что определение Конституционного Суда является спорной, внутренне противоречивой попыткой найти компромисс между ценностями автономии корпоративной сферы и государственной защиты собственности.

Конституционный Суд опубликовал Определение № 1367-О от 8 июля 2021 г., которым отказал в принятии к рассмотрению жалобы на абз. 2 п. 6 ст. 85 Закона об акционерных обществах, посвященный вопросу участия в голосовании при избрании членов ревизионной комиссии общества.

Повод для обращения в КС

Александр Каледин, являющийся акционером ОАО «Стиль Вологды», обратился в суд с иском о признании недействительными решений годового общего собрания акционеров данного общества, в том числе по вопросу повестки об избрании членов ревизионной комиссии общества. Свои требования заявитель обосновывал тем, что при проведении собрания допущены различные нарушения закона:

  • при подсчете результатов голосования учтены голоса акционеров, которые непосредственно не участвовали в собрании путем лично присутствия, а представили свои бюллетени по вопросам повестки дня;
  • акционер З. не имела права участвовать в голосовании по названному вопросу повестки дня по выборам членам ревизионной комиссии, так как она является супругой генерального директора общества «Стиль Вологды»;
  • лица, избранные членами ревизионной комиссии, не могут быть независимыми, так как являются работниками общества.

Решением Арбитражного суда Вологодской области Александру Каледину было отказано в удовлетворении исковых требований. Суд указал, что при проведении общего собрания акционеров в форме собрания могут использоваться информационные и коммуникационные технологии, позволяющие обеспечить возможность дистанционного участия в общем собрании акционеров, обсуждения вопросов повестки дня и принятия решений по вопросам, поставленным на голосование, без присутствия в месте проведения общего собрания акционеров. Следовательно, суд посчитал, что общество правомерно учитывало при голосовании и при подсчете кворума голоса акционеров (выразивших свою волю по повестке дня собрания), направивших свои бюллетени в общество посредством почтового отправления или иным способом.

Также суд отметил, что факт того, что акционер З. являлась супругой генерального директора общества, не лишает ее права участвовать в собрании и голосовать по повестке дня по вопросу избрания членов ревизионной комиссии. Данную позицию суд обосновал тем, что закон прямо не запрещает супругам членов совета директоров (наблюдательного совета) или лиц, занимающих должности в органах управления общества, – в случае если они являются акционерами – участвовать в таком голосовании. В этом случае суд решил, что действует гражданско-правовой принцип: участникам гражданского оборота разрешено все, что прямо не запрещено нормами закона.

«Законом не запрещено лицам, аффилированным с членами органов управления акционерного общества, которые являются акционерами общества, участвовать в голосовании при избрании членов ревизионной комиссии общества», – подчеркнул суд первой инстанции. Относительно независимости избранных членов ревизионной комиссии суд указал, что согласно п. 6 ст. 8 Закона об акционерных обществах члены ревизионной комиссии общества не могут одновременно являться членами совета директоров общества, а также занимать иные должности в органах управления общества. В данном случае избранные члены ревизионной комиссии общества не являются членами органов управления ОАО «Стиль Вологды».

Постановлением апелляционного суда решение первой инстанции оставлено без изменения. При этом апелляция отметила, что режим общей совместной собственности на имущество, приобретенное акционером З. и ее супругом, являющимся генеральным директором АО, в период брака (акции), в данном случае правового значения не имеет. Окружной суд согласился с доводами нижестоящих инстанций. Определением судьи Верховного Суда РФ заявителю было отказано в передаче его кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам данного суда.

Не согласившись с решением судов, Александр Каледин обратился в Конституционный Суд с жалобой, в которой указал, что абз. 2 п.6 ст. 85 Закона об акционерных обществах не соответствует Конституции в той мере, в какой не содержит запрета на участие в голосовании по вопросу о составе ревизионной комиссии акционерного общества акционеру, состоящему в браке с генеральным директором такого общества. По мнению заявителя, такой подход приводит к возможности избрания членами комиссии работников бухгалтерии этого общества, подчиненных гендиректору, в нарушение принципов независимости комиссии и эффективности проверки финансовой документации общества и, в свою очередь, лишает других акционеров возможности получать достоверную и полную информацию о хозяйственной деятельности акционерного общества.

КС не усмотрел неопределенности в спорной норме

Конституционный Суд, ссылаясь на свои постановления от 24 февраля 2004 г. № 3-П и от 21 февраля 2014 г. № 3-П, подчеркнул, что в процессе предпринимательской деятельности акционерного общества могут сталкиваться интересы большого числа лиц – акционеров, инвесторов, а также публичные интересы. В связи с этим одной из основных задач законодательства об акционерных обществах является обеспечение баланса их законных интересов с учетом того, что Конституция закрепляет принцип, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ст. 17, ч. 3) и гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод (ст. 46, ч. 1).

КС напомнил о компетенциях ревизионной комиссии и пояснил, что в результате ее деятельности акционеры могут получить информацию о необходимости защиты ими своих прав и законных интересов от неправомерных действий (бездействия) органов управления акционерного общества (ст. 65.2 ГК РФ). Суд отметил, что с учетом значимой роли ревизионной комиссии для акционерного общества и для соблюдения прав его акционеров установлен ряд правовых гарантий обеспечения независимости и беспристрастности ее членов, а равно подконтрольности ее общему собранию акционеров как высшему органу управления общества.

Так, КС пояснил, согласно абз. 1 п. 6 ст. 85 Закона об акционерных обществах члены ревизионной комиссии общества не могут одновременно являться членами совета директоров (наблюдательного совета) общества, а также занимать иные должности в органах управления общества. «При этом действующее законодательство не исключает закрепления в уставе как дополнительных квалификационных требований к членам ревизионной комиссии, так и требований к их личностным качествам, а равно требований относительно отсутствия у них аффилированности с лицами, состоящими в органах управления обществом, либо подчиненности им с целью обеспечения независимости членов ревизионной комиссии от указанных должностных лиц общества», – отмечено в определении.

Суд обратил внимание, что в действующем законодательстве для акционера предусмотрены возможности реализовывать определенные контрольные функции в отношении ревизионной комиссии: право выдвигать кандидатов в ревизионную комиссию, если в соответствии с уставом общества наличие такой комиссии является обязательным (п. 1 ст. 53 Закона об акционерных обществах); общее собрание акционеров, повестка дня которого включает вопросы об избрании ревизионной комиссии общества, не может проводиться в форме заочного голосования (п. 2 ст. 50), что гарантирует акционеру возможность задавать вопросы соискателям и высказывать свое мнение в отношении представленных на голосование кандидатур; наконец, общество обязано обеспечить акционерам доступ по их требованию к заключениям ревизионной комиссии общества (подп. 12 п. 1 ст. 91).

Как указал КС, в случае, если член ревизионной комиссии акционерного общества одновременно является работником данной организации, подчиненным ее руководству, обязанность выполнять указания руководства может конкурировать с задачей объективно отражать результаты проверки деятельности того же руководства. Однако Суд подчеркнул, что суды, разрешая споры о признании недействительными решений общего собрания, не должны толковать оспариваемую норму буквально, но обязаны с учетом назначения ревизионной комиссии способствовать реализации цели ее создания, что возможно, только если ревизионная комиссия действительно независима от тех органов управления акционерного общества, деятельность которых она призвана проверять.

Таким образом, Конституционный Суд определил, что наличие формальной записи в реестре акционеров о принадлежности акций определенному лицу не создает непреодолимых препятствий суду ни в установлении по требованию заинтересованной стороны действительного владельца (владельцев) названных акций, в том числе с учетом законного режима имущества супругов, ни в определении соответствующих правовых последствий для конкретного решения собрания акционеров.

Исходя из изложенного, Суд не нашел оснований для принятия жалобы Александра Каледина, указав, что проверка правильности судебных актов по делу с участием заявителя, в том числе установления принадлежности определенных акций с учетом режима общего имущества супругов, и оценка ввиду этого обстоятельства действительности решения общего собрания акционеров, равно как и отмена соответствующих судебных актов, не входят в полномочия Конституционного Суда.

Эксперты оценили подход Суда

Юрист практики банкротства Юридической фирмы «Инфралекс» Дарья Соломатина считает, что проблема независимости и беспристрастности является злободневной во многих отраслях права. По ее мнению, в регулировании корпоративных отношений вопросы аффилированности имеют особое значение при столкновении интересов различных групп акционеров, управленцев, самого юридического лица.

Дарья Соломатина указала, что правовая позиция КС РФ заслуживает внимания двусмысленностью выводов. Так, эксперт пояснила, что, с одной стороны, Суд правомерно отказал заявителю в удовлетворении жалобы, поскольку в сформулированной трактовке законодательных противоречий и неопределенности в вопросах соответствия Конституции не выявил. «В то же время судебный орган конституционного контроля справедливо отметил, что суды вправе в угоду соответствующим требованиям истцов устанавливать действительных бенефициаров компаний, а также определять степень их влияния на хозяйственную деятельность и существенность корреспондирующих последствий с учетом баланса интересов участников общества в каждой конкретной ситуации», – добавила юрист.

Эксперт также обратила внимание, что отдельно КС РФ резонно подчеркнул необходимость анализа судами конкурирующих обязанностей лиц, занимающих одновременно несколько должностей в организации. «В подобных корпоративных спорах суды полномочны и должны определять реальность независимости ревизионной комиссии с учетом ее назначения и специфики деятельности», – заключила Дарья Соломатина.

Советник коллегии адвокатов «Муранов, Черняков и партнеры», д.ю.н. Армен Джагарян указал, что решение Конституционного Суда является спорной, внутренне противоречивой попыткой найти компромисс между ценностями автономии корпоративной сферы и государственной защиты собственности.

По мнению эксперта, в жалобе заявителя поставлена, хотя и не широко распространенная, но все же принципиальная и, главное, получившая в судебной практике единообразное решение проблема голосования по составу ревизионной комиссии акционерного общества аффилированных с топ-менеджерами лиц. «Узко трактуя закон, прямо запрещающий такое голосование только для самих топ-менеджеров, суды полагают, что на аффилированных лиц этот запрет не распространяется (помимо дела А. Каледина можно назвать, например, дела № А03-17320/2009, № А33-11889/2011, № А64-5734/2016). В итоге, по сути, легитимируется возможность обхода закона, влекущая создание “карманного” аудита», – поделился Армен Джагарян.

С одной стороны, по словам эксперта, Конституционный Суд, признавая важность внутреннего аудита, обоснованно указывает в своем решении на то, что суды не должны толковать оспариваемую норму буквально, но обязаны это делать с учетом предназначения ревизионной комиссии и для обеспечения ее действительной независимости от органов управления акционерным обществом. Законный режим имущества супругов также является обстоятельством, подлежащим учету для соблюдения соответствующего императивного законодательного запрета для топ-менеджеров.

С другой стороны, добавил Армен Джагарян, определение КС не создает какой-либо правовой эффект для заявителя, а потому ссылка в нем на то, что Конституционный Суд не проверяет правильность решений по конкретному делу, несмотря на вытекающие из этого определения признаки, по меньшей мере, серьезной судебной ошибки и исчерпание заявителем других средств судебной защиты, оставляет заявителя беззащитным.

Армен Джагарян подчеркнул, что внутренний аудит играет роль в поддержании доверия как внутри акционерного общества, так и в его отношениях с третьими лицами и способствует законному режиму хозяйствования, т.е. обеспечивает в том числе публичные (общественно значимые) интересы. «Институциональные гарантии его независимости должны быть реальными, а не декларативными. Пока же остается только надеяться, что высказанные Конституционным Судом пожелания о толковании спорной нормы найдут отклик в Верховном Суде РФ или будут восприняты законодателем при совершенствовании правового регулирования», – заметил эксперт.

Рассказать:
Яндекс.Метрика