×

КС защитил право медицинских работников исправительных колоний на досрочную пенсию

Суд указал, что при проведении специальной оценки условий труда медперсонала ИК в страховой стаж, необходимый для досрочного назначения страховой пенсии по старости, включается период работы в медсанчасти колонии
Фотобанк Лори
По мнению одного адвоката, выводы Конституционного Суда обоснованны, поскольку правила оценки условий труда должны быть адекватными и не приводить к неминуемому ограничению в пенсионных правах либо к созданию излишних необоснованных препятствий, при этом должна учитываться специфика соответствующей трудовой деятельности. Другая полагает, что выводы КС могут быть использованы в правоприменительной практике и по иным основаниям досрочного назначения пенсии в связи с работой во вредных и опасных условиях труда.

4 октября Конституционный Суд вынес Постановление № 40-П по делу о проверке п. 17 ч. 1 ст. 30 Закона о страховых пенсиях, ст. 12 и 13 Закона о специальной оценке условий труда.

Медсестра колонии не смогла выйти на досрочную пенсию

С 2011 по 2013 г. медсестра Инна Глущенко работала в исправительной колонии в Белгородской области, в 2014 г. ее перевели в медсанчасть того же пенитенциарного учреждения, где она продолжает трудиться и по сей день. В ее должностные обязанности входило оказание медпомощи больным осужденным к лишению свободы, а трудовая деятельность осуществляется на территории ИК.

В декабре 2014 г. была проведена специальная оценка условий труда Инны Глущенко, по результатам которой они были признаны допустимыми (2-й класс), что освободило работодателя от уплаты страховых взносов на ОПС по дополнительным тарифам, установленным ст. 428 НК РФ. По результатам последующей специальной оценки в октябре 2019 г. условия труда женщины были признаны вредными (подкласс 3.1) в связи с наличием на рабочем месте вредных биологических факторов.

В мае 2019 г. Инна Глущенко обратилась в управление ПФР по месту жительства с заявлением о досрочном назначении страховой пенсии по старости. Ведомство ответило, что в специальный страховой стаж для назначения такой выплаты не вошел период работы в медсанчасти ИК в должности медицинской сестры с 16 декабря 2014 г. по 23 октября 2016 г. и с 26 ноября 2016 г. по дату обращения – в связи с результатами специальной оценки условий труда.

Тогда женщина обратилась в суд с иском к медсанчасти и ООО «Метролог» об оспаривании результатов специальной оценки условий труда, возложении обязанности исправить сведения индивидуального (персонифицированного) учета застрахованного лица в части присвоения кода особых условий труда, начислить и уплатить страховые взносы в ПФР.

Первая инстанция отказала в иске по причине пропуска срока обращения в суд и отсутствия оснований для признания его пропущенным по уважительной причине. Апелляция отменила это решение и признала незаконной карту специальной оценки условий труда от 10 декабря 2014 г. в отношении истца. На медсанчасть была возложена обязанность начислить и уплатить за спорные периоды страховые взносы на ОПС работника с учетом дополнительных тарифов, внести соответствующие исправления в индивидуальные сведения о страховом стаже. При этом апелляция сочла, что законодательство не предусматривает исследование такого фактора, как занятость работника на работах с осужденными, при проведении специальной оценки условий труда.

В свою очередь кассация отменила определение апелляционного суда и направила дело на новое апелляционное рассмотрение, с чем согласился судья Верховного Суда, отказав в принятии кассационной жалобы к рассмотрению. При повторном рассмотрении дела апелляционный суд оставил в силе решение первой инстанции.

Конституционный Суд выявил пробел в законодательстве

В жалобе в Конституционный Суд Инна Глущенко указала, что п. 17 ч. 1 ст. 30 Закона о страховых пенсиях, ст. 12 и 13 Закона о специальной оценке условий труда не соответствуют Конституции РФ, поскольку при проведении специальной оценки условий труда препятствуют учету работы с осужденными в учреждениях ФСИН, а значит, включению периодов такой работы в страховой стаж, необходимый для досрочного назначения страховой пенсии по старости. Все это нарушает право заявительницы на пенсионное обеспечение.

Изучив материалы дела, КС отметил, что должность Инны Глущенко и должностные обязанности не изменились после перевода из исправительной колонии в медсанчасть, а работа осуществляется на территории того же самого учреждения регионального УФСИН. При таких обстоятельствах нет оснований полагать, что средний медперсонал, постоянно и непосредственно занятый на работах с осужденными, может быть – вопреки указанию п. 3 Списка работ, профессий и должностей работников учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, занятых на работах с осужденными, пользующихся правом на пенсию в связи с особыми условиями труда (утвержден Постановлением Правительства РФ от 3 февраля 1994 г. № 85), – исключен из числа лиц, имеющих право на пенсию в связи с особыми условиями труда. При этом неважно, что медсанчасть для осужденных прямо не относится к учреждениям, исполняющим наказания в виде лишения свободы. «В противном случае допускалась бы произвольная дифференциация в пенсионном обеспечении медицинских работников, постоянно и непосредственно занятых на работах с осужденными, основанная исключительно на формальных признаках, и нарушался бы принцип равного отношения к лицам, находящимся в сходной ситуации», – отметил Суд.

Соответственно, счел КС, оспариваемые нормы являются предметом его рассмотрения в той мере, в какой в системе действующего правового регулирования на их основании решается вопрос об установлении – в рамках специальной оценки условий труда – класса (подкласса) условий труда лиц, занятых на работах с осужденными в качестве рабочих и служащих пенитенциарных учреждений, в том числе медработников, что непосредственно влияет на возможность включения периодов этой деятельности в страховой стаж, необходимый для возникновения права на досрочное назначение страховой пенсии по старости.

Как указал Суд, с января 2013 г. для зачета таким рабочим и служащим периодов работы с осужденными в страховой стаж, необходимый для возникновения права на досрочное назначение трудовой, а с января 2015 г. – страховой пенсии по старости, наряду с подтверждением занятия соответствующей должности, нужно подтвердить начисление и уплату работодателем страховых взносов на ОПС по дополнительному тарифу. При этом до проведения специальной оценки условий труда класс вредных или опасных условий труда не устанавливался, а страховые взносы уплачивались по единому тарифу: в 2013 г. – 2%, в 2014 г. – 4%, в 2015 г. и последующие годы – 6%. После проведения работодателем такой оценки для указанных работников условия труда на их рабочих местах должны отвечать классу вредных или опасных, а работодатель обязан уплачивать страховые взносы в ПФР по дополнительному тарифу, соответствующему установленному классу, – от 2% до 8%.

Наличие же вредных или опасных условий труда на рабочих местах, связанных с работой с осужденными, само по себе подтверждается указанием соответствующей должности в Списке работ, профессий и должностей работников учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, занятых на работах с осужденными, пользующихся правом на пенсию в связи с особыми условиями труда, указал КС. В то же время уплата работодателем страховых взносов по дополнительному тарифу – одно из условий для включения периодов такой деятельности в страховой стаж, необходимый для возникновения права на досрочное назначение пенсии по старости в соответствии с п. 17 ч. 1 ст. 30 Закона о страховых пенсиях, а проведение специальной оценки условий труда, по результатам которой на конкретном рабочем месте идентифицированы вредные и (или) опасные условия труда и определен их класс (подкласс), служит необходимой предпосылкой такой уплаты.

Как пояснил Конституционный Суд, законодатель не оговорил исключения из общего требования о проведении специальной оценки условий труда для тех случаев, когда особые условия труда, с которыми связано досрочное назначение пенсии, не могут быть инструментально измерены и подтверждены в порядке, закрепленном Законом о специальной оценке условий труда, а также не отнес пенитенциарные учреждения к организациям, где такая оценка имеет свои особенности. Нет и формальных оснований для реализации предусмотренного ч. 9–11 ст. 12 вышеуказанного закона права комиссии по проведению специальной оценки условий труда принять решение о невозможности проведения исследований (испытаний) и измерений вредных и (или) опасных производственных факторов, поскольку это допускается в случаях, когда их проведение на рабочих местах может создать угрозу для жизни.

«Правовой механизм, в рамках которого от результатов специальной оценки условий труда напрямую зависит уплата страховых взносов по дополнительному тарифу, выступающая необходимым условием для включения соответствующих периодов трудовой деятельности отдельных категорий застрахованных в страховой стаж, требуемый для возникновения права на досрочное назначение страховой (до 1 января 2015 г. – трудовой) пенсии по старости в связи с особыми условиями труда, предполагает и установление государственных гарантий реализации лицами, занятыми в таких условиях, своих пенсионных прав в полном объеме», – заметил Суд.

Он добавил, что, установив такой механизм реализации права рабочих и служащих пенитенциарных учреждений (в том числе медицинских работников), постоянно и непосредственно занятых на работах с осужденными, на досрочное назначение пенсии по старости, при котором приобретение ими страхового стажа на таких работах фактически зависит от результатов специальной оценки условий труда, законодатель, определив процедуру исследования (испытания) и измерения вредных и (или) опасных производственных факторов для целей этой оценки, не учел специфику такой трудовой деятельности.

«В итоге в специальный страховой стаж граждан, надлежащим образом выполнявших работу и в силу закона отнесенных к лицам, имеющим право на досрочное назначение пенсии, не засчитываются соответствующие периоды, а значит, вопреки ст. 39 (ч. 1 и 2) Конституции РФ создаются препятствия для реализации предусмотренных для них законом пенсионных прав», – счел КС, признав неконституционными оспариваемые нормы. Дело в том, что они, обусловливая реализацию пенсионных прав постоянно и непосредственно занятых на работах с осужденными рабочих и служащих пенитенциарных учреждений (в том числе медработников, занятых на таких работах в этих учреждениях) установлением по результатам специальной оценки условий труда соответствующего класса (подкласса) вредных и (или) опасных условий труда на их рабочих местах, позволяют не включать периоды такой трудовой деятельности в их страховой стаж, нужный для возникновения права на досрочное назначение им страховой пенсии по старости на основании п. 17 ч. 1 ст. 30 Закона о страховых пенсиях, притом что действующим правовым регулированием не предусмотрена возможность учета специфики такой трудовой деятельности.

Суд также постановил, что федеральному законодателю нужно внести соответствующие коррективы в текущее правовое регулирование, а судебное дело заявительницы подлежит пересмотру. До внесения изменений в законодательство пенсионные права постоянно и непосредственно занятых на работах с осужденными рабочих и служащих учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, должны обеспечиваться в определенном КС порядке.

Адвокаты поддержали подход Суда

Адвокат, член КА г. Новосибирска «Заельцовская» Татьяна Яцученко отметила, что обозначенные в постановлении КС РФ правовые позиции при схожих обстоятельствах могут быть использованы в правоприменительной практике и по иным основаниям досрочного назначения пенсии в связи с работой во вредных и опасных условиях труда. «В этом деле Конституционный Суд, в отличие от судов общей юрисдикции, которые в очередной раз продемонстрировали формальный подход к рассмотрению дел, исходя из системного анализа правового регулирования, разрешил непростую проблему. Таким образом, лица, постоянно и непосредственно занятые на работах с осужденными учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, в период с января 2013 г. по декабрь 2021 г., могут претендовать на включение периодов работы в стаж на соответствующих видах работ для права на досрочную пенсию по возрасту независимо от факта соблюдения работодателем дополнительных требований. А с января 2022 г. до внесения изменений в законодательство – требовать от работодателя уплаты дополнительного страхового тарифа, который действовал до проведения специальной оценки условий труда», – пояснила она.

Адвокат, член Совета АП Ставропольского края Нарине Айрапетян с сожалением отметила, что пенсионные права граждан повсеместно нарушаются. «Большой массив дел связан с тем, что некоторые периоды работы по тем или иным основаниям, зачастую произвольным, не зачтены. Так, основным документом, подтверждающим периоды занятости, является трудовая книжка, однако на практике пенсионные органы проверяют информацию путем соответствующих запросов. Нередки ситуации, когда ответ на запрос не поступает либо запросы направляются исключительно в заявительном порядке, т.е. тогда, когда сам гражданин, не согласный, к примеру, с размером назначенной пенсии, начинает оспаривать действия управления ПФР. И только тогда происходит пересчет. Очевидно, что не все граждане реализуют свое право: процент оспаривающих ничтожно мал по сравнению с количеством ситуаций, где процедура восстановления нарушенных прав была бы уместна. Так и в рассматриваемом случае правовой механизм, регулирующий отношения в сфере специальной оценки условий труда, должен непременно поддерживать баланс конституционно значимых интересов всех субъектов данных отношений. Правила оценки должны быть адекватными и не приводить к неминуемому ограничению в правах либо к созданию излишних необоснованных препятствий. Специфика соответствующей трудовой деятельности, во всяком случае, должна быть учтена», – подчеркнула она.

Рассказать:
Яндекс.Метрика