×

Нормы ГК о возмещении убытков признаны неконституционными в контексте УПК

КС постановил, что ст. 15 и 1064 ГК не позволяют снизить до разумных пределов расходы потерпевшего на представителя по уголовному делу частного обвинения, прекращенному за отсутствием состава преступления в связи с декриминализацией
Один из адвокатов заметил, что Суд признал нормы ГК неконституционными не из-за взыскания на их основании издержек по уголовному делу, а из-за отсутствия у суда возможности снизить размер взыскиваемых расходов на представителя до разумных пределов. По словам второго, парадоксален тот факт, что бездействие законодателя в регулировании уголовного процесса привело к признанию неконституционными положений гражданского законодательства.

28 апреля Конституционный Суд вынес Постановление № 21-П, в котором оценил правовую определенность ст. 15 и 1064 ГК РФ в части взыскания на их основании с обвиняемого расходов потерпевшего на оплату услуг представителя по уголовному делу частного обвинения, прекращенному за отсутствием состава преступления в связи с декриминализацией деяния.

ГК позволил потерпевшему взыскать расходы на представителя в большем объеме

В июне 2015 г. Александр Музыка приговором мирового судьи судебного участка № 37 г. Ангарска и Ангарского района Иркутской области был признан виновным в совершении побоев (ч. 1 ст. 116 УК РФ), однако с учетом Постановления Государственной Думы от 24 апреля 2015 г. об объявлении амнистии от назначенного наказания был освобожден. На основании этого же акта с Александра Музыки снята судимость.

В январе 2016 г. Ангарский городской суд Иркутской области указанный приговор отменил и направил дело на новое судебное разбирательство в ином составе судей. В сентябре 2016 г. мировой судья прекратил производство по делу и уголовное преследование Александра Музыки, поскольку Законом от 3 июля 2016 г. № 323-ФЗ в УК и УПК были внесены изменения, которыми преступность и наказуемость вменяемого мужчине деяния были устранены.

Частный обвинитель гражданка П., признанная потерпевшей по данному уголовному делу, обратилась с заявлением о взыскании с Александра Музыки судебных расходов на оплату услуг ее представителя в размере 75 тыс. руб. Заявление на основании ч. 1 ст. 132 УПК было удовлетворено частично на сумму 20 тыс. руб. Однако в июне 2017 г. Ангарский городской суд постановление мирового судьи отменил и передал дело в этой части на рассмотрение другому мировому судье. Апелляционная инстанция посчитала, что в данном случае не подлежит применению ч. 1 ст. 132 УПК, которая закрепляет правило о взыскании процессуальных издержек с осужденного, поскольку обвинительный приговор вынесен не был.

В сентябре 2017 г. по результатам нового разбирательства мировой судья прекратил производство по делу, придя к выводу о невозможности рассмотрения такого заявления в порядке уголовного судопроизводства, так как нормы ст. 132 УПК не регулируют вопрос возмещения потерпевшему расходов в связи с производством по уголовному делу частного обвинения, прекращенному вследствие акта амнистии либо отсутствия состава преступления. В постановлении также было указано, что потерпевшая имеет право на обращение с исковым заявлением в порядке гражданского судопроизводства на основании ст. 15 ГК РФ.

В ноябре 2017 г. решением Ангарского городского суда, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Иркутского областного суда от 27 марта 2018 г., с Александра Музыки в пользу П. на основании ст. 15 и 1064 ГК РФ взысканы в качестве возмещения материального ущерба расходы на оплату услуг адвоката в размере 75 тыс. руб., а также судебные расходы по гражданскому делу. Определениями судей Иркутского областного суда и ВС РФ в передаче кассационных жалоб ответчика для рассмотрения в заседаниях судов кассационной инстанции было отказано.

Александр Музыка пожаловался на ухудшение своего положения из-за применения норм ГК

Мужчина обратился в Конституционный Суд. По мнению заявителя, ст. 15 и 1064 ГК противоречат Конституции, поскольку позволяют суду при разрешении в рамках гражданского судопроизводства вопроса о взыскании с обвиняемого расходов потерпевшего на оплату услуг представителя по уголовному делу частного обвинения, прекращенному вследствие декриминализации деяния, взыскивать эти расходы в полном размере с обвиняемого, чья вина не была доказана в порядке уголовного судопроизводства, а также оценивать размер подлежащей взысканию суммы без учета предшествующего процессуального поведения участников уголовного процесса, допуская тем самым ухудшение положения такого лица (жалоба имеется у «АГ»).

Отметим, что в соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Общие основания ответственности за причинение вреда установлены в ст. 1064 данного Кодекса.

КС пришел к выводу о несоответствии оспоренных норм Конституции

Прежде всего КС указал, что надлежащая конституционно-правовая оценка оспариваемых норм в настоящем деле возможна лишь в нормативном единстве с ст. 131 и 132 УПК. Проанализировав нормы уголовно-процессуального закона, Суд пришел к выводу, что они не во всех случаях предусматривают возможность возмещения судебных расходов потерпевшего (частного обвинителя). Так, согласно ч. 9 ст. 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство, а при прекращении уголовного дела в связи с примирением процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон. Иными словами, частный обвинитель не только лишается права на возмещение собственных судебных расходов, но и должен возместить обвиняемому понесенные им расходы либо разделить их с обвиняемым, пояснил КС.

Читайте также
КС разъяснил взыскание судебных издержек при прекращении дела в связи с декриминализацией
Конституционный Суд указал, что в случае прекращения уголовного дела частного обвинения по нереабилитирующим основаниям возможно взыскание издержек в рамках уголовного судопроизводства
07 Февраля 2019 Новости

В то же время, заметил Суд, в случае прекращения уголовного дела частного обвинения в связи с декриминализацией деяния уголовно-процессуальное законодательство не содержит специальных предписаний о порядке взыскания (или возмещения) указанных расходов частного обвинителя. При этом в определениях № 3354-О/2018 и № 19-О/2019, обращаясь к вопросу судебных расходов частного обвинителя на оплату услуг представителя, Конституционный Суд констатировал, что ст. 132 УПК не исключает право потерпевшего (частного обвинителя) на возмещение расходов на представителя в порядке уголовно-процессуального производства в случае прекращения уголовного дела при декриминализации деяния.

В приведенных определениях, пояснил КС, учитывалась позиция Пленума ВС, разъяснившего в п. 5.1 Постановления от 19 декабря 2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», что если в отношении обвиняемого уголовное дело или уголовное преследование прекращается, в том числе по нереабилитирующим основаниям, то процессуальные издержки возмещаются за счет средств федерального бюджета, за исключением случая, предусмотренного ч. 9 названной статьи.

Субъектом, на которого возлагается обязанность компенсировать расходы частного обвинителя на представителя по делу, которое было прекращено в связи с декриминализацией деяния, является не обвиняемый, а государство, подчеркнул Конституционный Суд. Соответственно, указал он, исключается возможность взыскания с лица, являвшегося обвиняемым в совершении преступления, расходов частного обвинителя на оплату услуг представителя.

Как указано в постановлении, «такого же понимания норм уголовно-процессуального законодательства придерживаются и представители сторон, принимавших участие в принятии и подписании Гражданского кодекса». В представленных ими в Суд письменных отзывах указано, что оспариваемые положения не предполагают возможности возложения на лиц, уголовное преследование в отношении которых было прекращено, обязанности возместить процессуальные издержки, так как они подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета в порядке уголовного судопроизводства, т.е. по своему буквальному смыслу нормы ст. 15 и 1064 ГК не нарушают конституционных прав граждан, в отношении которых уголовное преследование было прекращено, и не противоречат Конституции, поскольку не подлежат применению в делах о возмещении процессуальных издержек. КС также отметил, что аналогичный подход применяли Алтайский краевой и Свердловский областной суды.

Вместе с тем, заметил Суд, как следует из представленных заявителем материалов, в судебной практике неопределенность в регулировании вопроса возмещения расходов, понесенных на оплату услуг представителя, в случае прекращения уголовного дела частного обвинения при декриминализации деяния позволяет отказывать в возмещении таких расходов за счет средств федерального бюджета в порядке уголовного судопроизводства.

Так, при рассмотрении дела Александра Музыки суды исходили из того, что ст. 131 и 132 УПК не регулируют вопросы возмещения потерпевшим расходов в связи с производством по уголовному делу частного обвинения, прекращенному вследствие акта амнистии либо отсутствия состава преступления, а значит, возмещение таких расходов потерпевшему может быть осуществлено за счет гражданско-правовых механизмов возмещения ущерба. При этом обязанность по возмещению процессуальных издержек должна лежать на лице, совершившем декриминализованное, но остающееся противоправным деяние. К таким же выводам приходили Верховный Суд Республики Марий Эл, Свердловский областной суд и Суд Еврейской автономной области. Более того, эта же позиция отражена и в отзыве полномочного представителя правительства в КС, поступившем в Суд в связи с обращением Александра Музыки.

Конституционный Суд заметил, что, применяя такой подход, суды ссылались на правовые позиции КС, сформулированные, однако, по вопросам не уголовно-процессуального, а гражданского процессуального права либо выраженные в ситуациях, когда отсутствовало соответствующее правовое регулирование. Суды исходили из того, что возмещение судебных расходов частному обвинителю, признанному потерпевшим, обусловливается вынужденным характером понесенных им затрат в той мере, в какой он был поставлен перед необходимостью участия в судебном разбирательстве для отстаивания своих прав, свобод и законных интересов, нарушенных лицом, привлеченным к уголовной ответственности. Соответственно, по их мнению, не может расцениваться как отступление от конституционных гарантий судебной защиты возмещение судебных расходов лицу, признанному потерпевшим, включая оплату услуг представителя, в порядке гражданского судопроизводства, если они не были и не могли быть возмещены в порядке уголовного судопроизводства.

Применение же оспариваемых норм Гражданского кодекса было обусловлено тем, что в случае совершения преступления, по которому возбуждается уголовное дело частного обвинения, если потерпевший обратится в суд с заявлением о привлечении виновного к уголовной ответственности и поручит представление своих интересов представителю (адвокату), он понесет в ходе рассмотрения уголовного дела соответствующие издержки. В связи с этим у потерпевшего возникает право на возмещение таких расходов в качестве убытков. Основанием возмещения судебных издержек по уголовному делу частного обвинения в случае его прекращения при декриминализации деяния является – по данной логике – не само по себе противоправное деяние, в связи с которым было возбуждено уголовное судопроизводство, а те убытки, которые вынужден нести потерпевший в связи с данным уголовным процессом, направленным на восстановление его чести и достоинства, а также возмещение морального и материального вреда, причиненного противоправными деяниями правонарушителя.

Таким образом, подытожил КС, оспариваемые нормы ГК из-за отсутствия в ст. 131 и 132 УПК специальных предписаний о субъекте, на котором лежит обязанность возместить потерпевшему расходы на представителя в случае прекращения уголовного дела частного обвинения при декриминализации деяния, по смыслу, придаваемому им правоприменительной практикой, допускают взыскание данных расходов в гражданском процессуальном порядке с лица, в отношении которого прекращено частное уголовное преследование.

Различное понимание смысла ст. 15 и 1064 ГК РФ в их системной связи с нормами УПК в части возмещения потерпевшему (частному обвинителю) судебных издержек по уголовному делу в случае прекращения дела при декриминализации деяния свидетельствует о неопределенности указанных норм гражданского права, посчитал КС.

В своей жалобе заявитель также указал на нарушение судами принципа невозможности ухудшения положения обвиняемого в новом решении, принятом по его делу в порядке гражданского судопроизводства. КС заметил, что использование гражданско-правовых механизмов возмещения ущерба в рассматриваемом случае предполагает возмещение процессуальных издержек потерпевшего в полном объеме и не позволяет снижать размер возмещения до разумных пределов, которые применяются к размеру процессуальных (судебных) издержек как в уголовном, так и в гражданском процессе.

Суд пришел к выводу, что при возложении в порядке гражданского судопроизводства на лицо, в отношении которого частное уголовное преследование прекращено в связи с декриминализацией деяния, обязанности возместить в полном объеме расходы частного обвинителя на представителя в уголовном деле, вопреки принципам справедливости и равенства, ставит такое лицо в худшее положение по отношению к осужденному по делу частного обвинения, с которого такие же расходы взыскиваются в качестве процессуальных издержек лишь в разумных пределах. При этом в случае прекращения уголовного дела в связи с декриминализацией деяния обвиняемый даже при своих возражениях против прекращения дела не может рассчитывать на постановление по его делу приговора суда, подчеркнул КС.

На этом основании Суд признал взаимосвязанные положения ст. 15 и 1064 ГК не соответствующими Конституции, в той мере, в какой они не обеспечивают надлежащего уровня правовой определенности применительно к возмещению в разумных пределах необходимых расходов, понесенных потерпевшим (частным обвинителем) на оплату услуг представителя (адвоката) по уголовному делу частного обвинения, прекращенному за отсутствием состава преступления в связи с декриминализацией деяния.

Законодателю предстоит скорректировать соответствующие нормы с учетом позиции КС РФ, после чего правоприменительные решения по делу Александра Музыки будут пересмотрены.

Эксперты «АГ» прокомментировали постановление

Адвокат АП Республики Башкортостан Николай Герасимов полагает, что проблема, поднятая заявителем в жалобе в Конституционный Суд, при всей, возможно, кажущейся ее простоте имеет сразу несколько глубоких и сложных правовых аспектов.

В первую очередь, пояснил эксперт, это касается самой возможности взыскания в том либо ином виде компенсации понесенных судебных издержек с лица, вина которого в инкриминируемом ему деянии в установленном законом порядке не была доказана. В деле заявителя возникла ситуация, при которой он в отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора суда фактически был признан виновным в совершении противоправного деяния, преступность которого была исключена, на основании решения суда в порядке гражданского судопроизводства по иску о взыскании убытков, считает Николай Герасимов.

«При этом необходимо понимать, что гражданское судопроизводство существенно отличается в плане процессуальных прав и обязанностей сторон, а также основополагающих принципов от судопроизводства по уголовному делу. Например, в нем не применяется презумпция невиновности. Именно из этого, по моему убеждению, вытекает следующий аспект проблемы – фактическое нарушение в данном случае права лица, обвиненного в совершении преступления, на защиту», – указал эксперт.

Судя по постановлению КС, уголовное дело Александра Музыки было прекращено без оценки действий подсудимого в связи с отсутствием состава преступления, так как соответствующее деяние законодателем было декриминализировано, отметил Николай Герасимов. При этом, подчеркнул адвокат, подсудимый фактически был лишен возможности доказать свою невиновность в установленном уголовно-процессуальным законом порядке. В то же время суд при рассмотрении иска потерпевшего о взыскании убытков в виде понесенных расходов на оплату услуг представителя фактически установил вину этого лица в инкриминируемом преступлении, так как усмотрел основания для удовлетворения данного иска, полагает адвокат.

«УПК, к сожалению, не предусматривает обязанности суда при данных обстоятельствах в случае соответствующего волеизъявления подсудимого рассмотреть дело по существу и установить наличие либо отсутствие состава преступления (даже к тому моменту декриминализированного) и вины лица в его совершении. Следовательно, по моему убеждению, в подобной ситуации лицо, привлекавшееся к уголовной ответственности, в отношении которого вынесено постановление о прекращении уголовного дела за отсутствием состава преступления в связи с его декриминализацией, в принципе лишено реальной возможности доказать свою невиновность и таким образом защитить честь и достоинство», – указал Николай Герасимов.

Немаловажное значение, по его словам, имеет и такой аспект обозначенной заявителем проблемы, как взыскание процессуальных издержек не в полном объеме, а лишь в разумных пределах, устанавливаемых по усмотрению суда. «Насколько можно судить из постановления КС, основанием для принятия именно такого решения послужил не факт взыскания судебных издержек по уголовному делу в порядке гражданского судопроизводству по иску о взыскании убытков (что Суд счел не противоречащим Конституции), а отсутствие в данном случае у суда возможности снизить размер предъявляемых к взысканию издержек до разумных, по его внутреннему убеждению, пределов», – полагает адвокат.

Адвокат Нижегородской областной коллегии адвокатов Александр Немов назвал постановление Конституционного Суда взвешенным и логичным. По его словам, суды длительное время обходят пробел в работе законодателя, который не посчитал необходимым урегулировать спорный вопрос в уголовно-процессуальном законодательстве, через применение разъяснений Верховного Суда РФ в Постановлении Пленума от 19 декабря 2013 г., которое, по сути, выступает для этого вопроса в несвойственной ему роли источника права. «Парадокс, что бездействие законодателя в регулировании уголовного процесса привело к признанию неконституционными положений гражданского законодательства», – заметил адвокат.

Как законодатель будет исполнять постановление КС РФ, пока не очень понятно, добавил он. «КС признал противоречащими Конституции нормы ГК, но всем очевидно, что необходимо вносить изменения в положения ст. 131 и 132 УПК. И я не уверен, что Министерство юстиции разработает какие-то предложения по внесению изменений в ГК РФ, так как дополнять общие положения о возмещении убытков какими-то условиями и сносками – это излишне. Предположу, что мы будем жить с постановлением КС РФ о признании норм неконституционными, но в тоже время спорный вопрос будет “закрыт” изменениями в УПК РФ», – считает Александр Немов.

Адвокат заметил, что заявитель обращал также внимание на то, что его вина не была установлена судом и поэтому взыскивать с него расходы нелогично. «Однако КС указал на двойственность судебной практики: суды взыскивают в данном случае расходы либо с бюджета, либо с обвиняемого, действия которого все равно являлись противоправными, хоть и произошла декриминализация преступления, с которой согласился Суд. Но второй подход нелогичен, так как обвиняемый не вправе требовать вынесения приговора по своему делу, который в случае вынесения мог быть и оправдательным», – заметил эксперт.

Рассказать: