×

Уголовно-правовую политику нужно менять

20 ноября в Федеральной палате адвокатов РФ состоялось заседание Научно-консультативного совета ФПА, на которое были приглашены представители государственных органов, правозащитники, авторитетные ученые-юристы. Обсуждалась уголовно-правовая политика Российской Федерации и ее социальные последствия.
Материал выпуска № 23 (40) 1-15 декабря 2008 года.

УГОЛОВНО-ПРАВОВУЮ ПОЛИТИКУ НУЖНО МЕНЯТЬ

20 ноября в Федеральной палате адвокатов РФ состоялось заседание Научно-консультативного совета ФПА, на которое были приглашены представители государственных органов, правозащитники, авторитетные ученые-юристы. Обсуждалась уголовно-правовая политика Российской Федерации и ее социальные последствия.
На эту проблему уже обратило внимание высшее руководство страны: 5 ноября в послании Федеральному Собранию РФ Президент РФ Дмитрий Медведев затронул некоторые вопросы, связанные с уголовно-правовой политикой государства.

В. Лазарев, Е. Семеняко, В. Радченко

Выступивший с докладом первый заместитель председателя Верховного Суда РФ в отставке В.И. Радченко привел статистические данные, которые свидетельствуют о том, насколько сложна ситуация. Так, за последние 16 лет в России за уголовные преступления осуждено 15 млн человек, причем около 40% из них приговорены к наказанию в местах лишения свободы. Это сказывается и на социальной структуре, и на демографическом составе населения, и даже на обороноспособности страны.

В заседании НКС участвовали президент ФПА РФ Е.В. Семеняко, вице-президент ФПА РФ Ю.С. Пилипенко, вице-президент ФПА РФ Г.М. Резник, заместитель председателя Комитета Государственной Думы ФС РФ по делам СНГ и связям с соотечественниками Т.Н. Москалькова, представитель ФПА РФ в Конституционном Суде РФ и Верховном Суде РФ Ю.А. Костанов, член рабочей группы при Комиссии Правительства РФ по законопроектной деятельности Г.Н. Нилус, начальник Организационно-аналитического управления Аппарата Уполномоченного по правам человека в РФ Е.В. Середа, председатель Московской Хельсинкской группы Л.М. Алексеева, постоянный представитель Министерства юстиции США при Посольстве США в Российской Федерации Т. Файерстон, председатель Московского областного суда в отставке С.В. Марасанова, судья Верховного Суда РФ в отставке профессор Н.М. Колоколов, профессор Академии управления МВД России В.П. Божьев, адвокаты Г.П. Падва, С.Л. Ария.

Вел заседание председатель Научно-консультативного совета ФПА РФ профессор В.В. Лазарев.

Либерализация или ужесточение?

В. РадченкоВ.И. Радченко убежден, что изменение уголовно-правовой политики целесообразно со всех точек зрения – социальной, экономической, политической. Представление о том, что стратегия борьбы с преступностью требует ужесточения уголовного законодательства и усиления карательной практики судов, является ошибочным. Проведение такой политики обусловливает рост количества судимых и способствует развитию криминальной среды. Исторический опыт России свидетельствует: чем более жесткие меры принимались, тем выше становился уровень преступности, причем особенно быстро росло число особо опасных преступлений – убийств, причинения тяжких телесных повреждений, разбойных нападений. Причина в том, что ежегодно увеличивалось количество людей, имевших уголовную судимость, т.е. менялась социальная структура общества.

В начале 1960-х гг., после того как в союзных республиках была проведена либерализация уголовного законодательства,  преступность стала сокращаться. Но в 1966 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли совместное постановление об усилении борьбы с преступностью, а затем Президиум Верховного Совета СССР издал указ о борьбе с антиобщественными проявлениями и усилении ответственности за хулиганство. В результате уже в 1966 г. количество осужденных к лишению свободы увеличилось в полтора раза. С этого времени начался практически непрерывный рост преступности и числа осужденных.

Перед перестройкой к лишению свободы ежегодно осуждалось 600 тыс. человек, т.е. каждый год общество пополнялось 600 тыс. лиц, прошедших «школу тюремного воспитания». Именно поэтому в период реформирования, когда «тормоза были сломаны», произошел настоящий взрыв преступности.
Уголовный кодекс 1996 г., еще более жесткий, чем советский, после многочисленных изменений и дополнений приобрел откровенно репрессивный характер, что привело к росту числа судимых.

В 2002 г. вступил в силу Кодекс об административных правонарушениях, который перевел ряд деяний из уголовных преступлений в административные правонарушения, а в 2003 г. были внесены поправки в Уголовный кодекс, в результате чего количество судимых существенно сократилось. Однако последовавшее затем ужесточение законодательства вновь привело к росту их числа.

Вывод о том, что ужесточение уголовного законодательства не помогает бороться с преступностью, подтверждается и опытом других стран. Примеры привел И. Новиков, преподаватель кафедры уголовного процесса МГЮА.

Е. СередаВ 1830 г. в Англии 300 банкиров внесли в парламент петицию о смягчении наказания за фальшивомонетничество. Наказанием за это преступление была смертная казнь, и присяжные отказывались выносить обвинительные вердикты по делам о подделке денег, так как считали наказание несоразмерно жестоким. После того как наказание было смягчено, фальшивомонетчиков оправдывать перестали и количество фальшивых денег в Англии резко сократилось.

В США, в штате Мичиган, недавно был проведен референдум, на котором жители штата проголосовали за то, чтобы легализовать выращивание и применение марихуаны для больных раком в последней стадии, когда морфины уже не действуют. В штатах, где подобные референдумы не проводились, присяжные обычно выносят оправдательные вердикты по делам о выращивании и применении марихуаны с такой целью, поскольку не считают это преступлением.

Системный подход

Участники обсуждения были едины во мнении, что на основе проведенных теоретиками и практиками исследований различных аспектов уголовно-правовой политики нужно предложить конкретные меры ее совершенствования.

Федеральная палата адвокатов еще в феврале 2008 г. выступила с такой инициативой, обратившись к федеральным органам государственной власти, общественности и средствам массовой информации с докладом «Об обеспечении общественных интересов при применении к подозреваемым и обвиняемым меры пресечения в виде заключения под стражу». Это первый в России документ, в котором на основе изучения законодательства и правоприменительной практики проанализированы все проблемы, возникающие в связи с применением меры пресечения в виде заключения под стражу, и предложены способы их решения.

Но применение данной меры пресечения – только один из вопросов, требующих решения. Уголовно-правовая политика охватывает проблемы, связанные и с уголовным процессом, и с уголовным правом, и с уголовно-исполнительным правом, и с социальной адаптацией лиц, побывавших в местах лишения свободы. В. Божьев

В связи с этим особенно важно развивать системный подход к ее формированию, исключив практику, когда каждая кампания по борьбе с теми или иными видами преступлений направляет общую политику в новое русло. Было высказано мнение о том, что реализовать такой подход в полной мере возможно лишь в случае, если определять уголовно-правовую политику в стране будет единый государственный орган. «Системный подход к формированию уголовно-правовой политики будет укрепляться, потому что первые лица государства понимают его значимость», – уверена Г.Н. Нилус.

Несогласованность действий различных структур, работа которых оказывает влияние на эту политику, негативно сказывается, в частности, на состоянии законодательства. Так, В.П. Божьев напомнил собравшимся ситуацию, когда в 2003 г. вступила в силу новая редакция ст. 115, 116 Уголовного кодекса, а соответствующие изменения в ст. 20 и другие статьи Уголовно-процессуального кодекса внесены не были, что вызвало проблемы, связанные с определением вида уголовного преследования (необходимые поправки в УПК РФ появились лишь в 2007 г.). Если бы была принята идея о совместной разработке кодексов, столкновения уголовно-правовых и процессуальных норм не произошло.

По мнению Т.Н. Марасановой, отсутствие единой системы при проведении судебной реформы отрицательно сказывается на качестве работы судов: «Судебной реформой сегодня занимаются различные структуры, которые защищают в конечном итоге лишь свои корпоративные интересы… На практике принцип независимости не соблюдается, от судов требуют не столько качественной работы, сколько соблюдения сроков рассмотрения».

Между тем основными условиями формирования уголовно-правовой политики, отвечающей задачам правового государства, являются, по словам Г.М. Резника, «вменяемый закон и независимый суд». Эту точку зрения разделяют все участники обсуждения, в частности Е.В. Середа: «Самое главное – чтобы был хороший уголовный закон и хорошо работал суд, который будет его исполнять».

Собравшиеся отмечали, что именно на эти вопросы особое внимание обратил в Послании к Федеральному Собранию РФ Президент РФ Д.А. Медведев. Президент говорил о том, что независимый и честный суд – это основа справедливого общественного порядка и по мере укрепления нашего демократического государства его роль будет возрастать. Д.А. Медведев назвал принципиальным вопрос о гуманизации закона и порядка его применения, подчеркнув, что судам следует более взвешенно относиться к избранию мер пресечения в виде ареста и к назначению наказаний, связанных с изоляцией от общества.

По данным, которые привела Е.В. Середа, в настоящее время одну треть от общего числа жалоб, направленных Уполномоченному по правам человека в РФ, составляют жалобы на нарушения, связанные с осуществлением уголовного судопроизводства, причем одна треть из них – жалобы на применение пыток (как при производстве дознания и следствия, так и при исполнении наказания). За последние 10 лет Европейский комитет против пыток провел в России 18 проверок – ни одна страна не была объектом столь пристального внимания со стороны этого межгосударственного органа.

Уголовный законЮ. Костанов

«Мы никуда не денемся от ревизии Уголовного кодекса», – сказал В.И. Радченко. По его мнению, действующий Уголовный кодекс отличается чрезмерной жесткостью. Например, как уголовные преступления трактуются некоторые деяния, которые по степени общественной опасности являются скорее административными правонарушениями. По некоторым преступлениям разумнее было бы внести административную преюдицию, когда уголовная ответственность наступает в случае, если оказались безрезультатными принятые меры административного воздействия.

По многим составам преступлений, не связанным с посягательством на жизнь человека, предусмотрены несоразмерно высокие минимальные пределы санкций, вследствие чего суды назначают наказания, не соответствующие общественной опасности деяний. Целесообразно снизить минимальные пределы санкций за такие преступления, что позволило бы судам проявлять более дифференцированный подход к лицам, втянутым в совершение преступлений в силу стечения обстоятельств, а также к тем участникам групповых преступлений, кто встал на путь сотрудничества со следствием в изобличении соучастников.

Целесообразно также перевести ряд преступлений из категории тяжких в категорию средней тяжести, поскольку некоторые преступления отнесены к тяжким по чисто формальным обстоятельствам, а не по признаку реально наступивших общественно опасных последствий.

Необходимо усовершенствовать порядок условно-досрочного освобождения, который во многом ограничен «усмотрением» администрации мест заключения и судей. Для этого следует четко определить в законе условия, при которых осужденный может выйти на волю. В настоящее время суды часто отклоняют ходатайства об условно-досрочном освобождении на том основании, что осужденный не раскаялся и не признал свою вину. Это является нарушением ст. 51 Конституции РФ, согласно которой никто не обязан свидетельствовать против себя и своих близких. При решении вопроса об условно-досрочном освобождении суды должны принимать во внимание лишь два обстоятельства: общественную опасность осужденного и его поведение в местах лишения свободы.

Применение наказания в виде лишения свободы следует расценивать как крайнюю меру, поэтому необходимо законодательно расширить диапазон тех видов наказания, которые суд может назначить в качестве альтернативы лишению свободы, сделав при этом упор на экономические санкции.Т. Москалькова

Уголовный процесс

В настоящее время, по словам Т.Н. Москальковой, наметился разрыв между гуманной уголовно-правовой, уголовно-процессуальной доктриной и практикой правоохранительных органов. Это вызвано двумя основными причинами.

Первая причина – несовершенство системы прокурорского надзора. Внесенные в 2007 г. в уголовно-процессуальное законодательство изменения, предусмотревшие создание Следственного комитета и изменившие роль прокурора в процессе, привели к результатам, прямо противоположным тем, которые ожидались. Произошло некое «сращивание» следственного и оперативно-розыскного аппаратов, вдвое возросло количество лиц, заключенных под стражу. Следователи зачастую используют содержание под стражей как способ добиваться от подозреваемых и обвиняемых признательных показаний.

Для того чтобы исправить положение, по мнению Т.Н. Москальковой, необходимо подготовить проект изменений в ст. 37 УПК РФ и в Федеральный закон «О прокуратуре Российской Федерации».

Г.М. Резник также подверг критике принятые в 2007 г. поправки. В частности, то обстоятельство, что за прокурором оставлено только право обжаловать решение об аресте, он назвал «дискредитацией законодательной деятельности». Недоработки законодателя Г.М. Резник объясняет поспешностью, с которой были подготовлены поправки.

И в такой ситуации суды, рассматривая ходатайства следователей об избрании или продлении меры пресечения в виде заключения под стражу, руководствуются разъяснением Пленума Верховного Суда РФ о том, они «не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности содержащегося под стражей лица в инкриминируемом ему преступлении», т.е. проверять, есть ли доказательства, обосновывающие применение данной меры.

Это противоречит ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, которая гласит, что заключение под стражу может быть произведено только «по обоснованному подозрению в совершении правонарушения или в случае, когда имеются достаточные основания полагать, что необходимо предотвратить совершение им правонарушения или помешать лицу скрыться после его совершения». Европейский Суд по правам человека каждый год рассматривает около 50 дел по жалобам граждан России на незаконный арест, что наносит ущерб репутации нашего государства на международной арене.

«Наши беды идут оттого, что на практике нарушаются каноны и принципы закона, – считает Г.М. Резник. – Можно “подремонтировать” некоторые формулировки, но главное – исполнять хотя бы те законы, которые есть».

Второй причиной разрыва между доктриной и практикой Т.Н. Москалькова назвала процедуру назначения меры наказания в суде, когда вынесение решения происходит тайно и ни обвиняемому, ни потерпевшему, ни другим участникам процесса не понятно, почему назначена та или иная мера. Т.Н. Москалькова считает целесообразным закрепить в законодательном акте правила назначения мер наказания судом.

Эту точку зрения разделяет и В.И. Радченко: «Надо ответственно подходить к арестам и назначению наказания в виде лишения свободы. Но если мы не закрепим это в нормативном акте, то впоследствии, как случалось ранее, возможно новое ужесточение уголовно-правовой политики».

Исполнение наказаний и социальная адаптация

На учете в правоохранительных органах состоит более 3 млн человек, более 500 тыс. из них приговорены к условному наказанию. Те, кто освобожден из мест лишения свободы, предоставлены сами себе, многие не имеют жилья, не могут найти работу. В результате рецидив преступлений, по данным В.И. Радченко, составляет около 40%. Важным шагом к исправлению ситуации может стать принятие закона о социальной адаптации лиц, освобожденных из мест лишения свободы.

В то же время необходимо изменить подход к тем, кто отбывает наказание в местах лишения свободы: надо готовить заключенных к новой жизни, перестраивать их сознание. Представляется, что для решения этой задачи потребуются изменения в уголовно-исполнительном законодательстве.

Обобщение предложений

Для того чтобы предложить конкретные меры совершенствования уголовно-правовой политики, по мнению Е.В. Семеняко, необходимо в первую очередь определить, «какие коррективы следует внести в устройство судебной системы, чтобы она действовала не “по окрику”, а опираясь на уголовно-процессуальные основания». Важнейшим условием приведения этой политики в соответствие с задачами правового государства, является ликвидация обвинительного уклона. «До настоящего времени «практически все изменения в уголовное и уголовно-процессуальное законодательство вели только к его ужесточению. Сегодня мы не видим вменяемых попыток избавиться от обвинительного уклона», – считает Ю.А. Костанов.

Участники заседания пришли к выводу, что необходимо подготовить обобщающий документ, который содержал бы предложения по совершенствованию уголовно-правовой политики, в частности, путем внесения изменений в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы. По мнению Научно-консультативного совета, выполнение этой задачи могла бы принять на себя Федеральная палата адвокатов РФ.

Мария ПЕТЕЛИНА,
заместитель главного редактора "АГ"

"АГ" № 23, 2008