×

Владимир захаров: «адвокаты нуждаются в нравственном катехизисе»

По мнению президента АП Ленинградской области, необходимо создавать свод прецедентов адвокатской этики
Материал выпуска № 22 (207) 16-30 ноября 2015 года.

Владимир ЗАХАРОВ: «АДВОКАТЫ НУЖДАЮТСЯ В НРАВСТВЕННОМ КАТЕХИЗИСЕ»

По мнению президента АП Ленинградской области, необходимо создавать свод прецедентов адвокатской этики

Наша нынешняя встреча – с президентом Адвокатской палаты Ленинградской области Владимиром Генриховичем Захаровым. Он причисляет себя к «старой гвардии» сообщества, выпестованной под патронажем мэтров еще в советские времена. О том, на какие вызовы приходится сегодня отвечать адвокатуре, что влияет на авторитет профессии и почему адвокатура нуждается в нравственном катехизисе, – наш сегодняшний разговор.

– Что заботит президента?
– Я думаю о наших стариках, тех, кто отдал адвокатуре полвека и больше. Они уже не могут работать и живут на крохотную пенсию. Среди них есть настоящие легенды. Как, к примеру, Муза Ароновна Пономарёва из Центральной юридической консультации № 1, которая там трудилась с 1955 г.; Александр Наумович Левин – высококлассный юрист, член Президиума Ленинградской областной коллегии адвокатов и в течение 10 лет – член Совета палаты; Сергей Владимирович Березовский – лауреат Национальной премии в области адвокатуры и адвокатской деятельности в номинации «Честь и достоинство», получивший звание «Заслуженный юрист Российской Федерации» из рук Президента РФ В.В. Путина в Кремлевском дворце. Сообщество не должно забывать своих ветеранов. Их надо поддерживать, в том числе материально. Я думаю, это в наших силах. Хочу поднять этот вопрос на ближайшей конференции.

– А что раздражает?
– Неуважительное отношение к адвокатуре со стороны некоторых профессиональных сообществ. Нашу корпорацию по-прежнему воспринимают как падчерицу Фемиды. Ко мне бесконечным потоком идут письма от следователей, которые требуют от президента палаты (!) обеспечить явку адвокатов для проведения процессуальных действий. И непонятно, то ли эти люди не знают законов, то ли ими пренебрегают, предпочитая работать в «ручном режиме».

В силовых ведомствах к адвокатуре относятся как к факультету ненужных вещей. Они могут скрывать это отношение. Но все равно при этом в их глазах адвокат – это зло, которое нужно терпеть. У этих людей сложилось мировоззрение, поменять которое какими-то разовыми актами невозможно.

– А что же делать?
– Нужна постоянная методическая работа: необходимо идти на контакт с руководством прокуратуры, Следственного комитета, объяснять свою позицию, добиваться единого толкования закона. Немаловажно и участие адвоката в публичной сфере, в общественной жизни. Публичное отстаивание своей позиции – один из эффективных путей изменения психологии юридических групп и профессий.

– С судами такая же картина?
– Суды к закону относятся уважительнее. С Ленинградским областным судом у нас хорошие деловые отношения. Чего, впрочем, не скажешь о правосудии в целом. Здесь надо действовать на уровне всей корпорации. И я считаю, что президент ФПА РФ взял правильный курс, «проложив» дорогу в Верховный Суд РФ, участвуя в Пленуме ВС РФ. Это хороший пример для членов ФПА РФ – адвокатских палат субъектов Федерации. Культивируя профессиональное отношение к делу, мы можем многого добиться.

Важным в этой связи является и участие представителей адвокатского сообщества России вместе с судьями и сотрудниками правоохранительных органов в круглых столах и семинарах, что может способствовать формированию единой правоприменительной практики.

В Адвокатской палате Ленинградской области помимо недельных курсов «Введение в профессию» на протяжении многих лет для адвокатов проходит ежемесячный семинар с участием «штучных» специалистов-практиков, которые могут поделиться тем, что крайне интересно моим коллегам. Перед слушателями выступают практики – судьи, эксперты, правозащитники.

– Вот Вы говорите о публичности. Другие говорят о пиаре. Насколько оправданно желание некоторых коллег засветиться во что бы то ни стало на телевидении, выступить в радиофире, принять участие в шоу-проекте?
– Я к этому отношусь крайне отрицательно. Николай Бердяев однажды сказал о русской интеллигенции: «У этих людей отсутствует благородная скромность». То же можно сказать и о некоторых моих коллегах. Настораживает желание навязать свою точку зрения через СМИ во время следствия по делу или судопроизводства. Недавний скандал, случившийся на процессе с Анной Ставицкой, которую суд обвинил в попытке давления на суд присяжных, по моему мнению, отчасти спровоцирован ею самой. Понятно, что адвоката нельзя удалять из процесса ни при каких условиях. Закон этого не позволяет. Но можно ли адвокату, выступая перед многотысячной аудиторий «Эха Москвы», делать заявления типа такого: «Я не защищаю обвиняемых в убийстве»? Откуда у нее такая уверенность, что эти люди виновны, пока не вынесен приговор? И вообще такие высказывания не могут звучать из уст правозащитника. Есть незыблемые профессиональные стандарты, которые еще в пору советской адвокатуры прививались адвокатам с младых ногтей. И непоколебимая вера в презумпцию невиновности – один из таких принципов.

– Почему сейчас эти принципы нарушаются?
– При советской власти в судах действовали жесткие правила. У адвоката было совсем немного пространства для маневра. Но эти правила соблюдались, и ты твердо знал, на что можешь, а на что не можешь рассчитывать. Сейчас процесс все больше напоминает игру без правил: ты садишься играть в шахматы, а на тринадцатом ходу оказывается, что это уже не шахматы, а шашки.

Не так давно мне пришлось защищать доверителя по уголовному делу в апелляционной инстанции. Суд пришелся на последний день, когда обвиняемого можно было содержать под стражей. Адвокаты на месте. Но в деле по назначению суда на основании ст. 51 УПК появляется еще и третий адвокат. Он даже с делом не успел ознакомиться, а там 70 томов! Я спрашиваю этого «коллегу», знаком ли он с делом и как собирается выступать. Он честно признается, что не знаком, но если требуется выступить – он согласен. По моему настоянию мой доверитель заявляет, что не нуждается в адвокате по назначению, поскольку у него есть адвокат по соглашению. Но суд постановляет, что в данном случае учитывать мнение подсудимого не обязательно. Адвокат по назначению выступает, и – подсудимый остается под стражей.

Я до сих пор не могу понять, какие мотивы двигали моим коллегой, которому 1200 руб. за липовую защиту оказались дороже адвокатской чести.

По моему глубокому убеждению, нам нужно создавать нравственный адвокатский катехизис на основе таких прецедентов попрания этики, о которых я сказал выше. Очень рассчитываю, что Комиссия по этике и стандартам, созданная в ФПА РФ решением Всероссийского съезда адвокатов, это сделает.

Это интервью появится в «Новой адвокатской газете» в годовщину избрания меня президентом – есть возможность подведения некоторых итогов. Очень важным для адвокатуры является сохранение традиций, преемственность, умение разрешать сложные для нашей профессии вопросы интеллигентно, сохраняя человеческое и профессиональное достоинство.


Беседовал Александр КРОХМАЛЮК,
главный редактор «АГ»