Для квалификации деяния по ст. 191.1 «Приобретение, хранение, перевозка, переработка в целях сбыта или сбыт заведомо незаконно заготовленной древесины» УК РФ важно не просто указание стоимости древесины, а то, что она установлена по утвержденным Правительством РФ таксам. Если следственные органы и эксперт не могут ответить на вопрос, какие таксы применимы в указанном случае и по каким исходным данным они выбраны, стоимость предмета преступления в процессуально допустимом виде считается неустановленной.
В адвокатской практике по уголовным делам о преступлениях по ст. 191.1 УК наиболее уязвимым элементом обвинения остается не столько общее утверждение о незаконности происхождения древесины, сколько способ установления ее стоимости. Именно стоимость образует крупный и особо крупный размер и, соответственно, определяет наличие или отсутствие уголовно наказуемого деяния и пределы уголовной ответственности. Это следует из примечания к указанной статье Кодекса.
Так, в одном из дел из моей адвокатской практики следствие поставило перед негосударственным экспертом вопросы о стоимости незаконно заготовленной древесины, однако фактически эксперт рассчитал не стоимость предмета преступления, а ущерб от незаконной рубки, используя нормативную конструкцию, характерную для ст. 260 УК: таксы, 50-кратное увеличение, повышающие коэффициенты и средние значения ставок по лесотаксовым районам региона. Такой подход стал предметом принципиальных возражений защиты.
Ключевая ошибка, которая повторяется в подобного рода делах, состоит в смешении двух разных правовых категорий: стоимости незаконно заготовленной древесины для целей ст. 191.1 УК и вреда, причиненного лесам вследствие незаконной рубки для целей ст. 260 УК.
В рассматриваемом примере эксперт ссылался на Постановление Правительства РФ от 8 мая 2007 г. № 2731 и фактически использовал элементы методики исчисления вреда: 50-кратную стоимость древесины, повышающие коэффициенты, привязку к защитным лесам, а также коэффициент 2,17. Между тем логика защиты базировалась на том, что примечание к ст. 191.1 УК требует исчислять стоимость незаконно заготовленной древесины по утвержденным Правительством РФ таксам, а не по методике расчета вреда от незаконной рубки.
Таким образом, для целей ст. 191.1 УК недостаточно представить любое заключение эксперта с любой установленной суммой – необходима проверяемая правовая и методическая связь между фактическими данными дела и конкретными таксами, которые закон допускает использовать именно для расчета стоимости предмета этого преступления. То есть если по делу не установлены фактические данные, необходимые для выбора и применения утвержденных такс, стоимость незаконно заготовленной древесины не может считаться установленной.
Этот тезис складывается из нескольких звеньев.
Во-первых, ставка платы за единицу объема лесных ресурсов зависит от места заготовки древесины и может различаться даже внутри одного субъекта.
Во-вторых, применение коэффициентов зависит от категории лесов, особенностей участка и времени заготовки.
В-третьих, эксперт не вправе восполнять отсутствие исходных данных предположениями о том, что древесина, вероятно, была заготовлена на территории конкретного региона, а затем выводить среднеарифметическое значение ставок.
Следовательно, если в обвинительном заключении и постановлении о назначении экспертизы не установлены место и время заготовки древесины, не определен лесотаксовый район, не раскрыт правовой режим участка, а также не поясняется, почему применимы именно федеральные, а не региональные либо муниципальные ставки, эксперт оказывается лишен законной базы для расчета стоимости предмета преступления. В такой ситуации он неизбежно заменяет правоприменение предположением.
Таким образом, защите важно обратить внимание на следующие нарушения, которые может содержать экспертное заключение:
- подмена стоимости вредом: эксперт отвечает на вопрос о стоимости незаконно заготовленной древесины, но при этом использует конструкцию расчета ущерба, характерную для незаконной рубки;
- расчет произведен, несмотря на отсутствие исходных данных для выбора такс (место, время, категория участка, лесотаксовый район), а также на то, что правовой режим участка не установлен;
- использование средних и предположительных показателей: вместо конкретной ставки применяется усреднение по региону или экспертная гипотеза о месте происхождения древесины;
- смешение товароведческой и оценочной деятельности: эксперт фактически проводит оценку, но именует ее товароведческой экспертизой, либо соединяет обе задачи без надлежащего методического обоснования и комплексного характера исследования;
- отсутствие осмотра объекта: предмет преступления отсутствует в натуре, а в экспертном заключении не раскрыто, каким образом в отсутствие объекта можно установить его качественное состояние и индивидуализирующие признаки;
- выход за пределы специальных знаний: эксперт делает правовые выводы – фактически определяет ущерб, категорию леса или предполагаемое место заготовки, хотя это выходит за пределы экспертной функции;
- процессуальные нарушения при назначении экспертизы: если проведение экспертизы поручено вне государственного экспертного учреждения, следователь обязан лично вручить постановление и разъяснить эксперту права и ответственность; возложение этой обязанности на коммерческую организацию образует самостоятельный дефект допустимости.
Таким образом, если нет такс, нет стоимости.
С практической точки зрения этот тезис важен для постановки конкретных процессуальных требований. Если стоимость не установлена по утвержденным таксам, то крупный или особо крупный размер стоимости незаконно заготовленной древесины не считается доказанным.
В такой ситуации защите, на мой взгляд, целесообразно настаивать не на корректировке установленной следствием суммы, а на том, что обвинение не содержит надлежащего описания стоимости предмета преступления, а заключение эксперта не восполняет этот пробел, поскольку базируется на неверной нормативной основе и предположениях.
Из анализа профессионального опыта защиты приведу алгоритм действий адвоката по делам данной категории.
Во-первых, проверить, какой нормативный акт указан в постановлении о назначении экспертизы и в заключении эксперта (эксперт рассчитывал стоимость или фактически считал вред?);
Во-вторых, сопоставить поставленные вопросы и данные выводов. Если эксперт отвечает на вопрос о стоимости незаконно заготовленной древесины, но в заключении указывает размер ущерба, это признак выхода за пределы поставленных вопросов.
В-третьих, установить, какие исходные данные были представлены эксперту; указаны ли место и время заготовки, лесотаксовый район, категория участка, правовой режим земель, характеристики древесины.
В-четвертых, отдельно проверить, каким образом эксперт выбрал конкретную ставку платы: по норме, по предположению, по усреднению или по аналогии.
В-пятых, проверить выводы о применении коэффициентов. Любой коэффициент должен быть связан с установленными по делу, а не предполагаемыми обстоятельствами.
В-шестых, проверить процессуальный порядок назначения негосударственной экспертизы, включая разъяснение эксперту его прав и ответственности.
В-седьмых, при допросе эксперта добиваться ответа на вопрос: какую именно таксу он применил и почему, откуда получил исходные данные для такого выбора.
Наконец, если предмет преступления отсутствует в натуре, ставить вопрос не только о допустимости заключения, но и о возможности данного вида исследования в конкретной экспертной ситуации.
1 Постановление Правительства РФ от 8 мая 2007 г. № 273 «Об исчислении размера вреда, причиненного лесам вследствие нарушения лесного законодательства» утратило силу с 8 января 2019 г. на основании Постановления Правительства РФ от 29 декабря 2018 г. № 1730.
