5 декабря 2025 г. Республика Сингапур ввела в действие Изменения и дополнения к Уголовному кодексу Республики Сингапур1 , предусматривающие введение телесных наказаний в виде ударов ротанговыми тростями (саning) за любые преступления в сфере цифрового мошенничества (scam). Данная инициатива, по словам разработчиков, призвана стать самым суровым в мире ответом на эпидемию киберпреступности, наносящую ущерб финансовой безопасности граждан и репутации государства как высокотехнологичного хаба. В ходе рассмотрения законопроекта в Парламенте министр внутренних дел Сингапура Сим Энн заявила, что кибермошенничество является наиболее распространенным видом преступлений в стране, составляя 60% всех зарегистрированных преступлений.
Закон предполагает внесение изменений в Закон о компьютерных преступлениях (Computer Misuse Act) и Уголовный кодекс Сингапура. Применение телесных наказаний будет рассматриваться судами как дополнительная обязательная мера наряду с лишением свободы за следующие виды преступлений:
- организация и руководство синдикатами, занимающимися мошенничеством в сфере электронной коммерции, инвестиционных и романтических афер (love scams);
- мошеннические действия с использованием взломанных или поддельных государственных порталов (например, имитация сайтов государственных служб), подрывающие доверие к цифровым услугам государства;
- целенаправленное мошенничество в отношении уязвимых групп населения (пенсионеры, лица с ограниченными возможностями), повлекшее тяжелые финансовые и психологические последствия;
- все виды обеспечения «последней мили» для вывода денежных средств мошенникам, – то есть действия дропперов или «денежных мулов», предоставляющих свои банковские счета, сим-карты или учетные данные Singpass2 мошенникам или снимающих деньги со своих и чужих счетов наличными для передачи их мошенникам.
Мошенники будут получать по меньшей мере шесть ударов ротанговой розгой – в зависимости от степени тяжести преступления наказание может увеличиваться до 24 ударов.
Сингапур традиционно придерживается жесткой «нулевой терпимости» к преступлениям, угрожающим общественному порядку и экономической стабильности. Телесные наказания, предусмотренные Уголовным кодексом и целым рядом других законодательных актов, за некоторые виды вооруженных ограблений, наркоторговлю и незаконную иммиграцию, вандализм являются частью этой правовой философии.
«Цифровое мошенничество перестало быть просто кражей. Это – форма террора, разрушающая социальную ткань и базовое доверие, необходимое для существования цифрового общества, – комментируют эксперты. – Текущих мер, несмотря на длительные сроки заключения, недостаточно для сдерживания организаторов, которые вербуют исполнителей из-за рубежа. Угроза сурового физического воздействия, не отменяемого условно-досрочно, имеет уникальный превентивный эффект, на который рассчитывают законодатели».
Беспрецедентная новелла вызвала оживленные дебаты в мировом правовом сообществе. Правозащитные организации, включая Amnesty International, признанную в России нежелательной, назвали шаг «возвратом в средневековье», противоречащим международным нормам о запрете пыток и жестокого обращения. Критики указывают на отсутствие неопровержимых доказательств того, что телесные наказания эффективнее длительных сроков заключения в борьбе с высокоорганизованной киберпреступностью. Кроме того, данная новелла не отличается логичностью, так как в силу закона телесным наказаниям подвергаются только мужчины в возрасте от 16 до 50 лет. И если для традиционных «caning matters» это оправданно, то мошенничество не знает гендерных различий. Получается, что если мошенниками окажутся девочки-подростки, женщины или мужчины старше 50 лет, порка им не грозит – вместо этого им увеличат тюремный срок, а значит, есть огромная вероятность, что вместо сокращения количества преступлений мы увидим изменение гендерного состава преступников.
Однако ряд экспертов по кибербезопасности как в регионе Юго-Восточной Азии, так и в России, отмечают, что традиционные уголовно-правовые меры не успевают за скоростью эволюции мошеннических схем. Сингапур, являясь региональным финансовым центром, может создать новый, крайне суровый правовой прецедент, который – в случае успеха – может заставить задуматься остальные юрисдикции мира.
Смотрящему с высоты XXI в. на происходящую «рецепцию средневековья» в цифровом праве невольно думается, что все юрисдикции мира сейчас испытывают растерянность, граничащую с паникой, перед лицом стремительно трансформирующихся под влиянием цифровых технологий общественных отношений. Никогда мир еще не сталкивался с таким масштабным пересмотром всех базовых презумпций, как происходит сейчас, и никогда еще не ослабевало настолько влияние государств на общественные связи и экономические потребности граждан, чтобы единственное, до чего они могут дотянуться, дабы привлечь к ответственности, это – физические тела.
В борьбе за цифровой суверенитет Сингапур станет первой развитой страной в мире, применившей столь архаичную, по мнению многих, меру к преступлениям цифровой эпохи. Это решение навсегда останется красноречивым символом вызова, который киберпреступность бросает современным правовым системам, заставляя их от беспомощности искать все более радикальные ответы. Остается надеяться, что первой и единственной!
Источник – «Ведомости»
1 Criminal Law (Miscellaneous Amendments) Bill, № 21 от 2025 г., утвержден Парламентом Республики Сингапур 4 ноября 2025 г., подписан Президентом республики 25 ноября 2025 г., опубликован в официальном источнике Government Gazette 5 декабря 2025 г.
2 Сингапурский аналог Портала госуслуг РФ.
