×
Чертков Александр
Чертков Александр
Д.ю.н., доцент, главный научный сотрудник Центра исследований проблем территориального управления и самоуправления

1 июля пройдет всенародное голосование о поправках в Конституцию РФ. И о голосовании, и о самих поправках было сказано немало, а будет, полагаю, еще больше. С момента трансляции Послания Президента РФ Федеральному Собранию 15 января 2020 г., анонсировавшего конституционные поправки, и до настоящего времени центральной темой обсуждения экспертов остается обновленная система «сдержек и противовесов» и ее центральное звено – пост главы государства.

Изменение системы «сдержек и противовесов» приверженцы «классической» модели исполнительной власти, сторонники особой президентской власти, стоящей над исполнительной, законодательной, судебной и прочими ветвями власти, и апологеты перехода к парламентской республике оценивают по-разному. Наконец, многие конституционно-правовые конструкции системы «сдержек и противовесов» на практике в различных государствах функционируют совершенно иначе, нежели задумывалось разработчиками конституционных норм. Как будет реализована обновленная система «сдержек и противовесов» в России, покажет время.

Накануне голосования хотелось бы обратиться к конституционным ценностям, в том числе ценностям публичного властвования. Ранее я уже говорил о недостаточном внимании к имеющей прогрессивное значение поправке о единстве публичной власти.

Читайте также
Недооцененная поправка
Единство публичной власти как тренд конституционного развития
30 января 2020 Мнения

Полагаю, что проблемы содержания публичной власти, ее организации, единства и дифференциации, как и пути их конституционного решения, до сих пор недооценены. Отсюда ряд технических и содержательных недостатков новой редакции Основного Закона в части, касающейся общих вопросов властвования.

Прежде всего очевидно, что принципу единства публичной власти, как и конституционной правообязанности взаимодействия всех ее органов в интересах россиян, место не в главе 8 и даже не в главе 3 Конституции, хотя их упоминание необходимо и в ст. 132 главы 8 (что сделано в действующей редакции Конституции), и в ст. 77 главы 3 (чего нет в обновленной редакции Основного Закона). Дело в том, что система публичной власти включает подсистему государственной власти, состоящую, в свою очередь, из федерального и регионального уровней, а также подсистему местного самоуправления. Единство публичной власти накладывает определенные права и обязанности как на местное самоуправление, так и на государственную власть.

И все же столь важный и универсальный принцип мог бы, на мой взгляд, найти отражение и в общих главах Конституции. Оптимальным было бы поместить положение о нем в главу 1, однако это нельзя сделать без пересмотра Основного Закона. В главе 2, исходя из ее содержания, нахождение данного принципа, думается, неуместно.

В связи с этим лучшим решением представляется введение новой главы 2.1, где были бы закреплены принцип единства публичной власти и взаимодействие ее подсистем: государственной власти, местного самоуправления и общественной власти (власти гражданского общества, поскольку публичная власть – это не просто власть государства плюс местная власть, а и власть общества, осуществляемая в его интересах, под его контролем и по его запросу).

Данная интерпретация видится квинтэссенцией развития европейской, в том числе российской, правовой и политической мысли. Полагаю, под ней в полном составе «подписались» бы и либералы, и консерваторы ХVII – первой половины ХХ в., а также многие современные мыслители.

О необходимости включения в Основной Закон специальной главы о гражданском обществе высказывались многие ученые как до конституционной реформы, так и в период ее проведения.

Читайте также
Публичная власть в обновленной Конституции
Тандему государственной и муниципальной властей необходим триумвират с властью гражданского общества
26 марта 2020 Мнения

В новой редакции Конституции содержание категории «публичная власть» осталось нераскрытым, особенно в части общественной составляющей, хотя потребность в этом велика. Сегодня под общим названием «общественные объединения» и «некоммерческие организации» смешались многие образования, из которых далеко не все являются институтами гражданского общества. Общественные объединения сведены к формам самовыражения групп граждан и не определяют повестку общественной жизни. Более того, возникают вопросы: а есть ли они, развитые и структурированные институты гражданского общества в России? Не превратилось ли то, что создавалось как общественные институты, в скрытые коммерческие либо государственно-муниципальные структуры? Ответы на эти – не риторические, а сущностные – вопросы могли бы быть даны в новой главе Основного Закона.

Кроме того, в ней же уместно было бы закрепить многие общественно значимые ценности: социальные, гуманитарные, нравственные – всё, что представляет собой фундаментальные традиционные основы, столетиями развиваемые и реализуемые в России, Европе, отчасти и в Северной и Южной Америке. Соответствующие нормы в значительной мере вошли в обновленную Конституцию РФ, но не в самом лучшем, на мой взгляд, техническом исполнении и в статьи, явно для них не предназначенные.

Полагаю, что проблемы состава территории государства, защиты суверенитета и территориальной целостности еще можно увязать с правопреемством России по отношению к СССР (ст. 67, 67.1), но сложно соединить в одних нормах с памятью предков, идеалами и верой в Бога, защитой исторической правды и памяти защитников Отечества, а также воспитанием и защитой детей как государственным приоритетом. Разве дети не являются общественным приоритетом? Разве память предков, религиозные убеждения, история страны – не общественные ценности? Думается, данные категории скорее общественные, нежели государственно-властные.

Изложить их в гл. 2.1 «Гражданское общество» можно было бы более развернуто. Так, подчеркнув свободу вероисповедания и светский характер государства, целесообразно было бы указать на уважение и защиту религиозных убеждений граждан и их объединений, а также особую поддержку исторически распространенных в России традиционных религий и церквей. Такая политика осуществляется в отношении христианства во многих европейский государствах, а исторически – практически во всей Европе и Америке. Еще более всеобъемлющая политика поддержки религии проводится в государствах, провозгласивших ислам конституционной ценностью. Для России, на мой взгляд, вполне органичен собственный традиционный опыт (исключая советский период) и опыт «традиционной Европы» в данном вопросе.

Более того, можно даже попытаться увязать формирование современной цивилизации с религиями, основанными на вере и любви к Богу и к ближнему как к самому себе. Такие попытки предпринимаются в Евросоюзе в ходе разработки Основного закона ЕС и пока не увенчались успехом. В связи с этим Россия могла бы стать лидером конституционного развития, «эталонным» защитником традиционных европейских ценностей и современной цивилизации, вывести правовое и гуманитарное сотрудничество с ЕС на новый уровень.

В предлагаемой главе о гражданском обществе также разумно было бы обозначить основные приоритеты и механизмы защиты детей – например, приоритет семейного воспитания (в т.ч. приемных семей и малых детских домов семейного типа) над государственными детдомами.

Защиту исторической правды можно было бы отразить в Конституции, указав ее ключевые приоритеты, сделав акцент на внешнеполитическом характере ее отстаивания с тем, чтобы, с одной стороны, данная норма не осталась абстрактной, а с другой – не сделать ее основой репрессивного подавления любого «внутреннего инакомыслия».

Норма о союзе мужчины и женщины, на мой взгляд, выглядела бы уместнее в главе о гражданском обществе, чем в статье об определении предметов совместного ведения РФ и ее субъектов (ст. 72).

Кроме того, не вполне органичным видится соединение в одной статье денежной политики и социально-пенсионных вопросов (ст. 75). Гарантированность пенсионного обеспечения, достойная оплата труда, индексация социальных выплат являются крайне важными аспектами жизни общества. При этом оптимальны размещение и конкретизация таких поправок в главе о гражданском обществе – в частности, нормы о снижении или хотя бы конституционном закреплении текущего пенсионного возраста во избежание его дальнейшего повышения. Подобные шаги предлагали многие исследователи, включая меня.

Минимальную оплату труда лучше было бы увязать с потребительской корзиной, а не с прожиточным минимумом. Такой подход, полагаю, больше отвечает ценностям общественной солидарности и социального государства. В свою очередь, индексации социальных выплат продуктивнее проводить не произвольно (как фактически подчас происходит), не исходя из расчета официального уровня инфляции (как определено законодательством), а в соответствии с реальным ростом цен. В таком случае поддержка конституционных поправок была бы всеобщей, близкой к 100% населения, и нормы Основного Закона стали бы воплощением лучших российских и европейских идей и практик социального развития, «последним оплотом» традиционных европейских ценностей.

В заключение отмечу, что конституционная реформа открыла возможности для обновления Основного Закона, потребность которого назрела. Предложенная президентом редакция, полагаю, не идеальна и исторически вряд ли окончательна. Остается надеяться, что развитие конституционализма в России в скором времени ознаменуется появлением предлагаемой мной главы Основного Закона о гражданском обществе, в которой будет отражено сочетание свободы и традиций общества. Пока остается реализовывать имеющиеся конституционные нормы таким образом, чтобы единство публичной власти в лице государственной власти, местного самоуправления и власти гражданского общества начало обретать конституционные очертания.

Рассказать:
Другие мнения
Романова Валерия
Романова Валерия
Адвокат АП г. Москвы, к.ю.н., доцент НИУ ВШЭ и РАНХиГС
Проект поправок в АПК: договорная подсудность и судебные расходы
Арбитражный процесс
Плюсы и минусы законопроекта
29 ноября 2022
Брославский Лазарь
Брославский Лазарь
К.ю.н., Ph. D (law), общественный консультант юридической фирмы Broslavsky & Weinman
Пути совершенствования российского природоохранного законодательства
Природоохранное право
Экоделикт как специальный деликт в системе гражданского права
24 ноября 2022
Дигмар Юнис
Дигмар Юнис
Адвокат АП Г. Москвы, адвокат МКА «ВЕРДИКТЪ», основатель юридической компании «ДИГМАР ГРУПП»
Важные, но неоднозначные предложения
Административное судопроизводство
Некоторые из предлагаемых изменений в КАС РФ представляются дискуссионными
23 ноября 2022
Пашкевич Татьяна
Пашкевич Татьяна
Адвокат АП г. Москвы
Проблемы применения межотраслевой преюдиции
Уголовное право и процесс
Почему редакцию ст. 90 УПК нельзя признать оптимальной
22 ноября 2022
Дёмин Юрий
Проблемы защиты трудовых прав осужденных
Уголовно-исполнительное право
Если заключенный не выполнил нормы выработки, это должно быть подтверждено документально
16 ноября 2022
Бузин Максим
Бузин Максим
Руководитель направления «Госзакупки: сопровождение и споры» АБ КИАП
Регулирование цифровых платформ: анализ пятого «антимонопольного пакета»
Арбитражный процесс
Вопросы, которые ставит проект поправок в Закон о защите конкуренции
15 ноября 2022
Яндекс.Метрика