×
Попков Александр
Попков Александр
Адвокат Международной правозащитной группы «Агора»

26 июня в «Адвокатской газете» опубликованы размышления адвоката Анастасии  Саморуковой о том, какие новые методы борьбы против открытых судебных заседаний используют московские правоохранители. Не могу не разделить ее тревоги о том, что тенденция произвольного «закрытия» судебных заседаний может привести к угрожающим последствиям. Ведь, по сути, в условиях тотального превалирования обвинения над защитой общественный контроль – едва ли не последняя надежда на справедливость.

Опасения коллеги по поводу распространения этой порочной практики небеспочвенны, поскольку подобные ситуации встречаются и в других регионах. Под завесой пресловутой «тайны следствия» проходят закрытые процессы в Дзержинском районном суде Санкт-Петербурга, причем иногда по инициативе судьи. Уже обыденными стали закрытые судебные заседания в Крыму под предлогом мнимого обеспечения безопасности прокуроров, следователей и даже судебных приставов. Кубанские суды предпочитают ссылаться на возможное разглашение порочащих сведений, хотя речь об этом вовсе не идет.

Читайте также
Новый «прием» для закрытия судебных заседаний
Ходатайство следователя о закрытом режиме удовлетворяется судом без учета требований закона
26 Июня 2018 Мнения

Однако проблема куда шире. Любой служитель закона чувствует себя уютнее без слушателей и диктофонов, ведь так куда проще пробубнить избитую мантру о «законности и обоснованности». Поэтому борьба с гласностью судебных процессов давно процветает в органах исполнительной и судебной власти, приобретая порой весьма причудливые формы. Каждый адвокат может обнародовать свою коллекцию «антипубличных» ухищрений работников Фемиды. То судья объявит аудиозапись защитника несанкционированной, а здание суда – режимным объектом. То гособвинитель потребует от председательствующего запретить адвокату писать в Твиттер. То судебные приставы всерьез и официально сообщат «из лучших побуждений» суду, что адвокат посмел пронести в зал открытого судебного заседания телефон журналиста.

О последнем вопиющем случае в Нальчикском гарнизонном военном суде подробно написала «Новая Газета». На громком процессе о полицейских пытках приставы, ссылаясь на устный запрет председательствующего, отобрали у прессы все аудиозаписывающие устройства, в том числе телефоны. Наказать строптивого адвоката, воспротивившегося запрету и обеспечивавшего гласность процесса, требовали и защитники подсудимых (дескать, корреспонденты дословно цитируют происходящее, а представитель потерпевших им содействует). Суд согласился и отправил информацию «для принятия мер реагирования» в Адвокатскую палату Ставропольского края. Более того, президент палаты возбудил в отношении Андрея Сабинина дисциплинарное производство. По-моему, сейчас в корпорации публичные порки в моде: не ровен час, коллегу накажут и заодно внедрят какой-нибудь «Стандарт эксплуатации гаджетов» с запретом передавать смартфоны журналистам.

Читайте также
Адвокат, которого вышвырнули из зала суда по указанию судьи, обратится в СКР
В Первомайском районном суде г. Краснодара во время судебного заседания адвокат был выдворен из зала суда полицейскими с применением насилия
08 Мая 2018 Новости

А в мае полицейские вывели защитника из Первомайского суда г. Краснодара именно за то, что он пытался обеспечить открытое судебное заседание: осуществлял ту самую «несанкционированную» аудиозапись и требовал от судьи допустить слушателей. И ретивые офицеры едва не сломали адвокату ногу, уронив на него массивную рамку металлодетектора. Мало того, сейчас пострадавший вынужден мыкаться по следственным кабинетам и доказывать свою невиновность по ст. 167 УК РФ  в связи с якобы умышленным повреждением металлодетектора.

Беда в том, что зачастую адвокат остается один. Всегда найдутся охотники и соберутся комиссии искать недочеты в действиях коллеги, а громогласно защитить в его лице интересы всего сообщества некому. И ведь нет никаких оснований (коллизий) в законодательстве – нормативные правовые акты от процессуальных кодексов до Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13 декабря 2012 г. № 35 «Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов» декларируют столько публичности, сколько общество готово унести. 

Позиция Европейского Суда по правам человека, как обычно, взвешенна и ратует за интересы общества, а не любителей келейных судилищ: «…публичный характер разбирательства защищает тяжущиеся стороны от отправления правосудия тайно, без публичного рассмотрения дела; это также одно из средств поддержания доверия к судам, как вышестоящим, так и нижестоящим. Делая отправление правосудия открытым, публичность судопроизводства способствует достижению цели, предусмотренной пунктом 1 статьи 6 Конвенции, а именно осуществление справедливого правосудия, гарантия которого является одним из основополагающих принципов любого демократического общества». (постановления ЕСПЧ от 17 января 2008 г. по делу «Рякиб Бирюков против Российской Федерации», жалоба № 14810/02; от 27 февраля 2003 г. по делу «Аксен и другие против Германии», жалоба № 54999/00; от 8 декабря 1983 г. по делу «Претто и другие против Италии», жалоба № 7984/77). 

ЕСПЧ допускает, что право на публичные слушания может быть ограничено лишь в условиях строгой необходимости, когда этого жестко требуют обстоятельства дела с применением понятия соразмерности при решении исключить участие публики. А для необходимости соблюдения врачебной или иной тайны суд вполне может ограничить доступ к конкретной стадии слушаний (постановления ЕСПЧ от 28 июня 1984 г. по делу «Кэмпбелл и Фелл против Соединенного Королевства»; от 26 сентября 1995 г. «Диене против Франции»). 

Таким образом, проблема не в законодательстве, а в правоприменительной практике. И никакими дополнительными нормами нерадивым участникам процесса не запретить стремиться избегать прилюдной процедуры. Потому нам остается лишь активно бороться с такими проявлениями, причем не только привычными методами – обжалованием и оглаской, но и позабытыми в профессиональной среде эмпатией, поддержкой корпорации и адвокатских образований. Ведь работа представителя построена на публичном отправлении правосудия. Отнимут у нас гласность – можно вешать букли и банданы на гвоздь, «тройки» обойдутся и без адвокатов.

Рассказать:
Другие мнения
Авакян Елена
Авакян Елена
Советник ФПА РФ, исполнительный директор Некоммерческого партнерства «Содействие развитию корпоративного законодательства»
Протокол адвокатского опроса – не доказательство
Правосудие
Он должен быть средством обеспечения явки свидетеля в суд и в этом смысле приниматься судом
16 Октября 2018
Ермолаева Надежда
Ермолаева Надежда
Партнер АБ «Мусаев и партнеры»
О «конституционной идентичности»
Правосудие
Конституция РФ является наследницей западной правовой культуры, нежели проявлением отечественных юридических традиций  
15 Октября 2018
Эрделевский Александр
Эрделевский Александр
Главный научный сотрудник отдела гражданского законодательства и процесса Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве РФ, профессор, д.ю.н.
Унификация подхода к размеру компенсации морального вреда
Правосудие
Необходимы рекомендованные ВС РФ ориентиры для определения размера такой компенсации
10 Октября 2018
Золотухин Борис
Золотухин Борис
Адвокат, член Совета АП Белгородской области
Нарушения прокурора в прошлом не могут быть устранены в настоящем
Правосудие
Суд дал парадоксальный ответ, отказав в принятии жалобы к производству
14 Августа 2018
Фоменко Станислав
Фоменко Станислав
Адвокат Пензенской областной коллегии адвокатов № 3
Тайна следствия против принципа гласности судопроизводства
Правосудие
Внимание правозащитников и прессы стало поводом для закрытия судебных заседаний
06 Августа 2018
Мальбин Дмитрий
Мальбин Дмитрий
Адвокат юридической фирмы «ЮСТ», кандидат юридических наук
КС: природа жалобы на имя Председателя ВС РФ и его заместителя – кассационная
Правосудие
Подход КС РФ не лишен внутренних противоречий
26 Июля 2018