При заключении соглашения об оказании юридической помощи и принятии поручения на защиту прав и законных интересов доверителя формализм и неопределенность недопустимы, и практика в очередной раз это подтвердила.
Нередко у адвокатов имеются заранее заготовленные бланки соглашений, где остается только вписать Ф.И.О. доверителя и сумму вознаграждения за оказание юридической помощи. Поделюсь примером из практики, когда формальный подход к заключению соглашения и неопределенность принятого поручения стали предметом судебного разбирательства.
В феврале 2023 г. адвокат и доверитель заключили соглашение об оказании юридической помощи. Адвокат принял на себя обязательства по защите доверителя на этапе предварительного следствия (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Сумма вознаграждения была определена в 200 тыс. руб. за два месяца и 30 тыс. руб. за каждый последующий месяц.
Понятие «защита» в соглашении не раскрывалось.
В течение двух месяцев следственные действия с участием доверителя не проводились. Далее адвокат попросил пролонгации соглашения и уплаты вознаграждения в размере 30 тыс. руб. ежемесячно. Доверитель не согласился. Он просил расторгнуть соглашение и вернуть часть вознаграждения. Адвокат отказался расторгать соглашение и возвращать часть вознаграждения, мотивируя подготовкой к следственным действиям и, соответственно, – исполнением поручения в полном объеме.
Доверитель обратился в адвокатскую палату субъекта РФ, а впоследствии – в суд за защитой своих имущественных прав.
Согласно доводам доверителя адвокат обязался изучить материалы уголовного дела, грамотно составить ряд документов (заявления, жалобы и ходатайства), направить адвокатские запросы, получить ответы и принять участие во всех следственных действиях с участием доверителя, где защищать его интересы.
Адвокат в свою очередь утверждал, что изучил бухгалтерские документы, созванивался и переписывался со следователем, писал ходатайства (которые не подал, поскольку не согласовал текст с доверителем) и готовился к проведению допроса, который не состоялся по вине следователя (отпуск и болезнь).
Согласно заключению Квалификационной комиссии адвокатской палаты в действиях адвоката усмотрены нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и КПЭА. Со стороны адвоката соответствующих доказательств оказания юридической помощи в надлежащем виде не представлено. К доводам адвоката квалификационная комиссия отнеслась критически.
Суд в свою очередь удовлетворил исковые требования частично: договор об оказании юридических услуг был расторгнут, с ответчика взысканы денежные средства в сумме 100 тыс. руб., а также компенсация морального вреда (5 тыс. руб.) и расходы на уплату госпошлины (2740 руб.). Данное решение устояло в апелляции.
Суд установил, в частности, что адвокат принял на себя поручение на защиту доверителя на этапе предварительного следствия, однако фактически защиту по уголовному делу не осуществлял – он изучал документы, созванивался со следователем, готовился к следственным действиям, которых не последовало.
При этом суд высоко оценил действия адвоката по подготовке к допросу – в 100 тыс. руб., что составляет 50% вознаграждения за два месяца.
А причиной всему стали формализм и неопределенность при заключении соглашения – что в данном случае конкретно подразумевалось под защитой, где она начинается, где и когда заканчивается?
Далее поручение на защиту доверителя принял я. С позиции корпоративной этики для меня это было эмоционально сложным решением, но доверитель жаловался, что адвокаты не принимают поручение, а несправедливость хочется устранить. Очень жаль, что коллега и доверитель не нашли способов разрешения спора без судебного разбирательства. Полагаю, в данном случае инициатором урегулирования спора должен был выступить именно адвокат, а не доверитель, который заплатил 200 тыс. руб. и был вынужден писать жалобы, претензии и искать нового защитника.
В заключение добавлю, что со своей стороны также принимал меры к урегулированию данного спора, в соответствии с КПЭА предлагая разрешить его путем заключения мирового соглашения, с соблюдением прав доверителя и возмещением ему 3/4 от цены иска. К сожалению, ответчик мое письмо, как и претензию истца, оставил без ответа.
