Широко обсуждаемый законопроект о примирительных процедурах, разработанный Верховным Судом РФ, направлен, прежде всего, на популяризацию в России примирительных процедур и закрепление в российском правосознании возможности урегулирования спора мирным путем даже на этапе, когда стороны дошли до суда.
Позитивные инициативы
В проекте, помимо ранее существовавшей процедуры медиации, закрепляются иные и, по сути, новые для российского судопроизводства виды примирительных процедур, такие как переговоры, судебное примирение, в том числе с участием посредника, сверка документов и другие процедуры, не противоречащие федеральному закону. Таким образом, список примирительных процедур и способов примирения является открытым, что свидетельствует о диспозитивности такого процесса, как примирение, ведь в нем, прежде всего, должны быть заинтересованы и выступать с инициативой сами стороны.
Также в законопроекте особое внимание уделяется вопросам оказания судом содействия сторонам в разрешении спора и пределам участия непосредственно суда в процедуре примирения. Между тем при оказании судом такого содействия важно соблюдать необходимый баланс. Так, с одной стороны, суд не должен оказывать давления на стороны, однако простого формального подхода будет недостаточно, чтобы убедить стороны в целесообразности мирного урегулировании спора.
При этом нельзя не отметить, что стремление ВС РФ к введению и развитию института примирительных процедур в российском судопроизводстве отражает положительную направленность правоприменительных органов на увеличение количества судебных решений, утверждающих мировые соглашения ввиду примирения сторон и достижения консенсуса относительно предмета спора. Так, например, в Европе, в частности в Германии, первоочередной задачей государственных судов является вынесение справедливого решения, к которому стороны пришли сами.
Кроме того, видится, что разрешение спора путем примирения сторон действительно несет в себе сразу несколько положительных факторов, таких как оптимизация судебной нагрузки; сокращение процессуальных сроков рассмотрения спора (в случае эффективности примирительной процедуры); достижение справедливого решения для обеих сторон; частичный возврат уплаченной госпошлины и др. Последнее, конечно, нельзя назвать самим по себе достаточным стимулом для примирения, поскольку установленный в РФ максимальный предел суммы госпошлины, уплачиваемой в бюджет (200 тыс. в рамках арбитражного разбирательства и 60 тыс. в рамках рассмотрения спора в суде общей юрисдикции), объективно нельзя назвать внушительным, особенно если речь идет о крупном бизнесе. Между тем, дабы заинтересовать стороны в мирном урегулировании спора, необходимо, чтобы процедура примирения была максимально гибкой для сторон и отвечала таким характеристикам, как свобода в выборе процедуры, а также в выборе посредника; его беспристрастность; конфиденциальность процедуры; эффективность и быстрота разрешения спора.
Что касается инициативы выступления судей в отставке в качестве медиаторов и судебных примирителей, то подобная практика уже давно действует за рубежом и довольно хорошо себя зарекомендовала. Думается, что многолетний опыт работы в качестве судьи поможет медиатору более профессионально содействовать сторонам в разрешении спора. Кроме того, при выборе примирителя стороны, вероятно, окажут больше доверия судье в отставке.
Неоднозначные предложения
Между тем предложенное в законопроекте закрепление в качестве судебных примирителей исключительно судей в отставке или работников аппарата суда ограничивает выбор сторон и при этом в некоторой степени лишает процедуру судебного примирения статуса альтернативного государственному суду способа разрешения спора, поскольку, по сути, дублирует государственное правосудие. Так, в качестве примирителей могли бы также выступать и лица, не относящиеся к аппарату суда, но имеющие высшее юридическое образование и занимающиеся юридической деятельностью на профессиональной основе, будь то адвокаты, юристы или преподаватели юридических факультетов.
Кроме того, рассматривая виды предложенных примирительных процедур, весьма сомнительным видится отнесение «сверки документов» к отдельному и самостоятельному виду примирительной процедуры. Во-первых, сама по себе процедура сверки документов, конечно, является признаком, свидетельствующим о направленности сторон прийти к консенсусу, однако служит скорее одним из этапов примирения, нежели ее видом. Во-вторых, в действующей судебной практике стороны и так нередко обращаются к сверке документов. К примеру, если стороны будут ходатайствовать об отложении судебного заседания ввиду такой необходимости, как сверка документов, с целью рассмотрения вопроса об урегулировании спора мирным путем, то суд едва ли будет препятствовать (данное право предоставлено сторонам в рамках п. 2 ст. 158 АПК РФ).
Также неоднозначным представляется вопрос о процессуальных сроках проведения примирительных процедур. Так, в законопроекте указано, что суд устанавливает срок примирительной процедуры, при этом по ходатайству сторон указанный срок может быть продлен. Как видно, максимальный срок для проведения примирительной процедуры не установлен, следовательно, не совсем понятно, как указанный срок должен коррелироваться с общим сроком рассмотрения дела и принятия решения. Как следует из АПК РФ, в связи с особой сложностью дела срок арбитражного разбирательства может быть продлен до 6 месяцев. При этом, поскольку указанный период не включает в себя срок, на который дело было отложено в случаях, предусмотренных Кодексом, общий срок рассмотрения дела должен быть определен в пределах разумного срока по смыслу ст. 6.1 АПК РФ. Так, подобная процессуальная неопределенность может привести к затягиванию судебного разбирательства в случае, если процедура примирения окажется неэффективной, либо же в случаях злоупотребления сторонами процессуальными правами, что нередко случается в судебной практике на сегодняшний день.
