×

Серьезный шаг к становлению истинной состязательности

Законопроект о дополнительных гарантиях независимости адвокатов – кодификация разрозненных достижений, которых добились отдельные адвокаты в борьбе за возможность полноценно осуществлять защиту по уголовным делам
Колосовский Сергей
Колосовский Сергей
Адвокат КА «Свердловская областная гильдия адвокатов»
Законопроект № 99653-7 – просто сказочный. Он разрешает большую часть проблем, которые возникали перед адвокатским сообществом в течение последних 10 лет. Собственно, адвокаты не сидели перед этими проблемами сложа руки, а преодолевали негативные тенденции путем создания позитивной судебной практики, обращений в Конституционный Суд РФ (некоторые из которых принадлежат и автору этих строк), использования механизмов, заложенных в законодательстве об адвокатуре. Тем не менее каждый положительный сдвиг давался очень тяжело. Все адвокатские наработки воспринимались правоохранительной системой критически, и свою правоту, основанную на подзаконной практике, в каждом суде приходилось доказывать заново.

Поэтому предлагаемая законопроектом кодификация тех разрозненных достижений, которых добились отдельные адвокаты в борьбе за возможность полноценно осуществлять защиту по уголовным делам, безусловно, выглядит если не революционно, то хотя бы фундаментально. Вероятно, закон будет принят без особых изменений, и это наконец поставит точку в большинстве конфликтных ситуаций, возникающих у адвокатов при защите по уголовным делам.

Хочу начать не с самого важного, но с самого симптоматичного.

Изменения в ст. 49 УПК РФ констатируют уведомительный, а не разрешительный порядок вступления адвоката в дело. Строго говоря, об этом впервые написал Конституционный Суд РФ еще в 2001 г. (Постановление Конституционного Суда РФ от 25 октября 2001 г. № 14-П), однако до последнего времени мы сталкивались с ситуациями, когда следователь или суд решали, допускать или не допускать адвоката к защите. Предлагаемое изменение говорит о фундаментальном и комплексном подходе авторов законопроекта, охватывающем все проблемные аспекты в работе защитника.

Предлагаемая ч. 4 ст. 49 УПК РФ подтверждает вывод о серьезном изучении проблем, связанных с защитой по уголовным делам, поскольку разрешает вроде бы малозначительный, однако на самом деле существенный вопрос, который мы всегда старались просто обходить. Для первой встречи с обвиняемым, содержащимся под стражей, адвокат должен представить ордер. При этом, в соответствии с действующей редакцией УПК РФ, в ордере предполагается указание только одного характера поручения – это защита (заведомо неверные варианты, когда не вполне грамотные коллеги-назначенцы, о которых, кстати, также упомянуто в законопроекте, указывают «предъявление обвинения» или нечто подобное, мы не рассматриваем). Однако зачастую первая встреча необходима лишь для решения вопроса о согласии обвиняемого на участие данного защитника, и порой такое согласие по результатам беседы не бывает достигнуто. Вместе с тем в деле остается ордер адвоката, из которого следует, что он уже осуществляет защиту. Такой ордер, с учетом положений ст. 72 УПК РФ в интерпретации правоприменителей, чаще всего исключал возможность вступления этого адвоката в дело на стороне другого обвиняемого, даже если первый обвиняемый от участия данного защитника отказался и адвокат к работе фактически не приступал. И наоборот, следователь или суд в силу положений ч. 2 ст. 52 УПК РФ могли попытаться вынудить адвоката осуществлять защиту вопреки воле самого обвиняемого. Еще раз повторю: вопрос не самый важный, технический, но то обстоятельство, что даже этот технический вопрос авторы законопроекта учли, говорит о глубокой проработке законопроекта.

Теперь о важном.

Одной из актуальнейших проблем последнего времени стало массовое отобрание у адвокатов подписки о неразглашении данных предварительного расследования. Об этом неоднократно писали я и мои коллеги («Адвокаты в группе риска», «Новая адвокатская газета», 2015 г., № 2; «Намордник для адвоката», «Новая адвокатская газета», 2015 г., № 5). Фактически следствие, отбирая у адвокатов неконкретизированную подписку о недопустимости разглашения данных предварительного расследования, решало три задачи: исключало возможность собирания адвокатом доказательств, включая поиск свидетелей и привлечение специалистов, пресекало возможные жалобы со стороны защиты на нарушения прав обвиняемого в различные государственные и международные органы и обеспечивало себе монополию на подачу информации в СМИ. Особенно актуально эта проблема проявлялась по резонансным делам. Безусловно, адвокаты выработали некоторые методы борьбы с необоснованным ограничением права на защиту в этой части, однако необходимость конкретизации законодательства была очевидна. Внесенный законопроект такую конкретизацию предлагает.

Во-первых, предлагается уточнение порядка участия адвоката в делах, связанных с государственной тайной. АП г. Москвы выработала очень интересную позицию о том, что уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает обязанности адвоката-защитника давать подписку о неразглашении материалов уголовного дела, кроме случая, когда в них содержится государственная тайна и защитник не имеет соответствующего допуска к указанным сведениям (п. 8 Обзора дисциплинарной практики Совета АП г. Москвы (по состоянию на 13 сентября 2007 г.)). Этой позицией я охотно пользуюсь, и предлагаемая редакция ч. 5 ст. 49 УПК РФ ее как бы поддерживает.

Хотя далее предлагаемая редакция ст. 161 УПК РФ все-таки говорит несколько о другом, однако в целом так серьезно конкретизирует возможные ограничения адвоката, что фактически делает их несущественными.

Так, предлагаемая ч. 4 ст. 161 УПК РФ устанавливает, что запрет на предание гласности данных предварительного расследования не распространяется на сведения:
1) о нарушениях прав, свобод и законных интересов участников уголовного судопроизводства и других лиц, а также о нарушении закона органами государственной власти и их должностными лицами;
2) распространенные стороной обвинения в средствах массовой информации;
3) оглашенные в открытом судебном заседании.

Не является разглашением изложение сведений по уголовному делу в процессуальных документах по этому делу, в заявлениях и иных документах, подаваемых в государственные и межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, а также предоставление сведений по уголовному делу лицу, привлекаемому в качестве специалиста, при условии дачи им письменного обязательства о неразглашении указанных сведений без согласия следователя или дознавателя.

Таким образом, сторона защиты получает возможность активно защищаться в условиях равноправной дискуссии в СМИ, снимаются всякие ограничения на подачу жалоб в любые органы, а также устанавливается граница действия ограничений – до оглашения этих данных в открытом судебном заседании.

При этом сторона защиты получает свободу в привлечении специалистов. По смыслу предлагаемого законопроекта письменное обязательство от специалиста отбирает сам адвокат, привлекающий специалиста. Это выгодно отличается от позиции Конституционного Суда РФ, ранее обязавшего адвокатов информировать следователя о привлекаемых специалистах (Определение Конституционного Суда РФ от 16 апреля 2009 г. № 559-О-О).

Вторыми по значимости я бы назвал предлагаемые изменения, связанные со статусом адвоката и его документацией при проведении в отношении него следственных действий.

Законопроект наконец-то приводит общие нормы УПК РФ в соответствие со специальной нормой – ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Кроме того, авторы законопроекта приняли во внимание как позиции Европейского суда по правам человека в части следственных действий в отношении адвокатов, так и позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в Определении от 15 января 2016 г. № 76-О («Процессуальный иммунитет», «Новая адвокатская газета», 2016 г., № 4).

В целом предлагаемые изменения в этой части состоят в том, что обыск в помещении, занимаемом адвокатом, проводится на основании судебного решения, в котором четко определены предметы, подлежащие изъятию. Изъятие и даже копирование иных документов не допускаются. Использование в качестве доказательств по уголовному делу материалов адвокатского производства также исключается, такие материалы относятся к недопустимым доказательствам.

Законопроект содержит ряд уточнений, связанных с порядком участия адвокатов по назначению органов следствия и суда, возможностью внесения повторных кассационных жалоб, обязательностью приобщения документов, представляемых стороной защиты, и привлечения специалистов, о вызове которых ходатайствует адвокат.

В заключение хочу отметить, что авторы законопроекта настолько глубоко проработали как проблемы адвокатуры, так и межотраслевое законодательство, что принятие обсуждаемого закона существенно облегчит работу адвокатов в защите по уголовным делам. А как следствие, этот закон станет серьезным шагом к становлению истинной состязательности на следствии и в суде.

Рассказать коллегам:
Другие мнения
Буробин Виктор
Буробин Виктор
Президент адвокатской фирмы «ЮСТИНА»
Ст. 159 как источник уголовно-репрессивного давления
Уголовное право и процесс
О правовых способах улучшения бизнес-климата в стране
22 Февраля 2018
Гребенской Алексей
Гребенской Алексей
Руководитель уголовно-правовой практики АБ «А-ПРО»
Путаное применение 159-х
Уголовное право и процесс
Конкуренция уголовно-правовых норм приводит к нарушению положений УК о совокупности преступлений
21 Февраля 2018
Севастьянова Юлия
Севастьянова Юлия
Адвокат АП Волгоградской области
Не оставить должника за чертой бедности
Исполнительное производство
Поправки об ограничении размера взыскания величиной прожиточного минимума необходимо принять
21 Февраля 2018
Поляков Сергей
Поляков Сергей
Адвокат АП г. Москвы
Требуется реформа УИК
Уголовно-исполнительное право
Нужен механизм, который позволит направлять к месту отбывания наказания осужденных, ожидающих вступления приговора в законную силу вне изоляции
16 Февраля 2018
Маловицкий Роман
Маловицкий Роман
Адвокат, советник АБ «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» (г. Москва)
Синдицированное кредитование в России
Гражданское право и процесс
Установлены правовые основы для нового инструмента проектного финансирования
16 Февраля 2018
Насонов Сергей
Насонов Сергей
Советник ФПА РФ
Инициативы все важны
Уголовное право и процесс
Институт мер уголовно-процессуального принуждения в уголовном процессе нуждается в комплексном и концептуальном изменении
16 Февраля 2018